Одобрение семилетнего бюджета — затяжное событие в европейском политическом календаре. Проект нынешнего плана был предложен в 2025 году и стал первым со времени фактического разрыва отношений с Россией в 2022 году. Европейская комиссия предлагает сделать его «бюджетом скачка» с увеличением расходной части на 60% — до €2 трлн. Предусматривается также отдельная статья на нужды Украины в €100 млрд, то есть 5% от общего пирога.

Предыдущий семилетний бюджет 2021–2027 годов не тяготел к военным расходам: на них выделялось всего €15 млрд. В новом не только эта цифра может увеличиться в девять раз, но и предусмотрены лазейки для последующего роста. Основная из них — фонд конкурентоспособности: гигантская статья бюджета размером в €409 млрд. В ее рамки предлагают поместить образование, науку, промышленность с отдельным упоминанием производства вооружений. При необходимости средства могут перебрасываться с одного направления на другое внутри единого фонда. Что больше отвечает целям конкурентоспособности в каждый конкретный момент — оставят решать чиновникам ЕС.

Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен обещает увеличение расходной части и по другим направлениям. С одной стороны, больше денег получат восточноевропейские страны, имеющие общую границу с Россией, Белоруссией или Украиной. ЕС называет это обеспечением своей безопасности. С другой — предстоит обслуживать общеевропейский долг. Речь о займе 2021 года, взятом с целью восстановления экономики после пандемии. Поскольку сумма была астрономической — €807 млрд, каждый год предстоит выплачивать 24 млрд на обслуживание долга. За семь лет набежит €168 млрд — 8% бюджета.

Обеспечение стольких новых трат одновременно не могло не завершиться раздуванием бюджета. Но в Еврокомиссии смотрят на это не как на изъян, а как на возможность. Выйти из положения предлагают путем введения унифицированных налогов по всей Европе, поступления от которых направлялись бы без посредников в Брюссель. При таком сценарии Еврокомиссия, несмотря на трудности, стала бы влиятельнее и богаче за счет урезания части независимости стран-членов. Германия и ее союзницы — страны Скандинавии не согласны. Там предпочли бы просто сэкономить на фермерах.

Баталия разворачивается уже в течение года. На острие атаки — немецкий канцлер Фридрих Мерц. В октябре он выступил с еле завуалированным предупреждением Брюсселю: для Германии «лучше никакого финансового плана», чем непригодный. На стороне ФРГ веский аргумент — статус первого с большим опережением плательщика в европейский бюджет. Поэтому если немцы настаивают, что 2 трлн — это неподъемно много, то к их мнению приходится прислушиваться. Тем более что им удалось сформировать коалицию еще из пяти бережливых стран — Финляндии, Нидерландов, Швеции, Австрии и Дании, вместе обеспечивающих евробюджету 40% его поступлений.

По иронии те же самые, желающие экономить, государства возглавляют список щедрых доноров Украины. Поэтому секвестр бюджета, который они предлагают, не затрагивает ни вооружения, ни дотации Киеву. Выбор того, что можно отправить под нож, сужается до минимума: социальные расходы, поддержка отстающих европейских регионов и субсидии фермерам. Еврокомиссия уже предусмотрела урезание помощи сельхозпроизводителям: с 386 млрд в прежнем бюджете до 300 млрд. По оценке Германии, этого недостаточно. Из нового бюджета немецкая коалиция требует изъять не менее €400 млрд. Попавшим под сокращение статьям это грозит фактическим коллапсом.

Осознав серьезность ситуации, 17 стран Евросоюза объединились в очередную коалицию и бросили вызов немцам. Необходимость повышенных трат на оборону в этой группе не оспаривают, но и не хотят терять в уровне жизни. «Союзники» согласовали совместное заявление и направили его на имя Еврокомиссии. Двухтриллионный бюджет предлагают оставить в изначальном объеме. В противном случае, как они предупреждают, «возникнет риск того, что общественная поддержка всего европейского проекта будет подорвана».

Именно скользкий вопрос евроскептицизма выходит на первый план в осенние дни 2026 года. Вместе с их завершением для Старого Света закончится и сравнительно спокойный межвыборный период. Его сменит череда голосований: в Испании, Франции и Польше. Плохое время для непопулярных решений, к числу которых относится и урезание расходов. Потому не будет преувеличением сказать, что время работает против коалиции, возглавляемой немцами.

На случай, если двухтриллионный план удастся отстоять, Еврокомиссия подготовила смету пяти новых налогов, от которых ждут поступлений на сумму в €66 млрд в год. Основную ее часть хотят переложить на крупный бизнес. Платить могут заставить производителей «неэкологичной продукции», а также все без исключения компании, чьи обороты превышают установленный порог. К этому может добавиться довольно оригинальный налог на электронный мусор — то есть на выброшенные по причине негодности на свалку бытовые приборы, содержащие микросхемы. В тех же планах — увеличение уже существующих сборов на табак и продажа лицензий на вредные выбросы. Это напрямую затронуло бы систему отопления в Европе и автотранспорт.

Как и всегда в случае повышения налогов, их тяжесть не может миновать конечных потребителей товаров. Сборы на электронный мусор предполагают рост стоимости холодильников и стиральных машин, табачный налог — сигарет, а обложение выбросов может принять форму асимметричного налога, бичующего тех, кто не использует солнечные батареи. Таких много в Восточной Европе, где энергетика особенно зависит от углеводородов. Одной рукой Еврокомиссия готова перечислять деньги Словакии, Румынии и Польше как странам, граничащим с Украиной, другой — сама же готовится эти средства и забрать.

Есть ли в Европе те, кто предпочел бы экономию иного рода — на украинских расходах или перевооружении? Теоретически да, но голос этой части европейцев представлен неравномерно и политически почти незначим. В Европейском парламенте (его одобрение необходимо для прохождения бюджета) против военных трат выступает фракция левых. Ее немецкий депутат Озлем Демирель отозвался о пакете бюджета как о «недемократическом, несоциальном и милитаристском». Однако в активе пацифистов вместе со всеми союзниками не более двух сотен голосов из 720, поэтому рассчитывать на корректировки, внесенные с их подачи, фактически невозможно.

Единственное европейское правительство, убежденно критиковавшее расходы на Украину, в этом году также сошло со сцены. Речь о венгерском кабинете Виктора Орбана, чей политический советник Балаж Орбан по поводу бюджета заявлял: «У ЕС хоть деньги и закончились, но когда доходит до Украины, то 100 млрд всегда находятся». Оба Орбана строго придерживались линии: никаких отчислений из Венгрии Киеву. Но при смене власти и курс изменился. Новый премьер Петер Мадьяр до сих пор не критиковал проект европейского бюджета, а молчание в щекотливой ситуации обычно истолковывается как знак согласия.

Конечно, остается еще голос здравого смысла. В середине года Европейская счетная палата произвела независимую оценку проекта бюджета ЕС и осталась не удовлетворена его непрозрачностью. Это затрагивает напрямую и €100 млрд, обещанных Украине. При составлении бюджета не уточняется ни форма, ни сроки перечисления этих денег, ни то, что это будет — заем под процент, грант или разовая выплата, что чрезвычайно осложняет возможности по контролю за финансовыми операциями. Однако Европейская комиссия, желающая иметь свободу рук на украинском направлении, подобную критику оставляет без внимания.

Игорь Гашков,