СМИ уделяют много внимания отношениям Москвы с США и Европой, но не стоит игнорировать взаимодействие Кремля с другими государствами, считает Time. В своей статье издание приводит список из пяти стран, которые способны повлиять на будущее России.
По вполне понятным причинам пресса сегодня уделяет достаточно много внимания напряжённым отношениям Запада с Москвой. И хотя Владимир Путин «морочит голову» США и Европе — «и сохраняет свой неясный альянс с Сирией и Ираном», — нельзя игнорировать другие страны, которые определяют будущее России, считает Time и предлагает свою пятёрку таких государств.
Китай
По мнению издания, выбор этой страны первой выглядит очевидным. Российские власти надеялись, что поворот на восток поможет им восполнить западные инвестиции и торговые связи, утраченные из-за украинского кризиса 2014 года.
Только в первый год американо-европейские санкции и ответные контрсанкции стоили России от 1 до 1,5% ВВП. По прогнозам МВФ, в среднесрочной перспективе этот показатель может вырасти до 9%. И хотя Поднебесная действительно увеличила инвестиции в российские проекты — на 172% в первую половину 2016-го, — этого было недостаточно, чтобы покрыть потери в росте и финансировании, вызванные ограничительными мерами Запада.
«Что ещё хуже: Пекин так и не признал российскую аннексию Крыма, на что когда-то рассчитывала Москва. Но в этом и вся суть —хотя Китай будет заключать новые сделки с Россией, его не интересует участие в её геополитических играх», — подчёркивает издание.
По словам журналиста, китайцы с радостью развивают деловое сотрудничество с Москвой, учитывая, что из-за ограниченности выбора она вынуждена предлагать им выгодные условия и цены. Тем не менее Пекин в целом устраивает текущий статус-кво в мире, и он хочет сохранить его с «некоторыми изменениями». Россия, напротив, желает «изменить существующее положение дел полностью».
«Вдобавок Китай продолжит бороться с Россией за влияние, особенно в Центральной Азии. Поэтому не ожидайте, что Пекин подружится с Москвой в ближайшее время — или когда-либо вообще», — утверждает Time.
Япония
Москва уже не первый год поддерживает контакты с Токио, чтобы «ограничить» Китай и получить японские технологии, опыт и эффективность для внедрения на собственных производствах. И хотя отчасти последнее действительно происходило (особенно в энергетическом секторе и автомобильной промышленности), это сотрудничество не достигло уровня, на которое рассчитывал Кремль.
Как отмечает издание, при обсуждении будущего российско-японских отношений история и геополитика имеют наибольший вес. Токио продолжает территориальный спор с Москвой о принадлежности Курильских островов, и до сих пор страны официально не подписали мирный договор.
Не стоит забывать и о том, что геополитическое положение Японии становится всё более сложным. Китай «толкается по соседству», а Северная Корея «устраивает переполох». И у России нет средств, чтобы справиться с любой из этих ситуаций. Вместе с тем США, «несмотря на весь политический хаос» в Вашингтоне, сохраняют статус ведущей военной силы в регионе.
«США остаются нужным союзником в регионе, если вы —Токио. И этим также объясняется желание России сблизиться с Японией», — рассуждает Time.
Саудовская Аравия
В Сирии Россия продемонстрировала, что она «готова броситься туда, куда всё ещё боятся вступить США». Благодаря этому Москва стала заметным игроком в регионе, «более заметным, чем предполагали её экономика и военная мощь».
Хотя Саудовская Аравия и Россия оказались по разные стороны сирийского конфликта, им удалось работать сообща, чтобы остановить падение цен на нефть, «опустошившее экономику обеих стран». И у их отношений существует потенциал — саудовский принц Мухаммед бин Салман сыграл важную роль в создании партнёрства инвестиционных фондов двух государств.
Пока Белый дом во главе с Дональдом Трампом, вероятно, устраивает саудовцев, но нет никаких гарантий, что ситуация не изменится. С учётом этого дополнительные варианты Эр-Рияду не помешают, полагает издание.
Турция
Россию и Турцию возглавляют два «самых ярких авторитарных лидера», и обе страны играют главную роль в сирийской драме. В ноябре 2015 года турецкие ВВС сбили российский истребитель. Москва в ответ ввела торговые санкции, но довольно быстро восстановила дружественные отношения с Анкарой после извинений Реджепа Тайипа Эрдогана. Затем почти год спустя в турецкой столице офицером полиции был застрелен российский посол.
В обычные времена всё это было бы достаточным поводом для войны. Но критика Запада в адрес Анкары, вызывающая «негодование» Эрдогана, стимулирует более тесное сотрудничество России и Турции. В настоящий момент страны стремятся создать газопровод «Турецкий поток» и участвуют в мирных переговорах по Сирии.
И всё же мнения Эрдогана и Путина о Башаре Асаде и его месте в сирийском будущем расходятся. Кроме того, вопрос о территории сирийских курдов станет ещё одним «источником подозрений» между двумя сторонами.
Венесуэла
По мнению Time, эта страна вызывает «наименьшее внимание» из всех представленных в списке. Венесуэлу «сотрясает». Её граждане ежедневно выходят на улицу для участия в протестных акциях против президента Николаса Мадуро, требуя покончить с нехваткой продовольствия и лекарств.
«Учитывая, что Венесуэла обладает крупнейшими разведанными запасами нефти в мире, это впечатляющее падение одного из бывших центров влияния в Латинской Америке», — считает издание.
Но есть другой примечательный момент. Испытывающая недостаток наличности государственная венесуэльская нефтяная компания PDVSA владеет американской энергетической компанией Citgo. В декабре PDVSA получила кредит от «Роснефти» под залог 49,9% акций Citgo.
Если PDVSA не сможет выплатить долг до конца 2017 года — а вероятность этого велика, — то российская компания получит эти акции и контрольный пакет американской компании окажется «в пределах досягаемости».
Это даст Москве стратегическую возможность сконцентрировать в руках нефтяные активы «задёшево». Более того, «Путин в восторге от идеи получить в собственность крупнейшие перерабатывающие установки США —и его желание может осуществиться», заключает Time.
