На фоне яростной борьбы столиц Донбасса — Донецка и Луганска — за свою независимость от Киева странно немощными выглядят Харьков и Одесса, два крупнейших города следующие после Киева по численности населения на той территории, которую всё ещё называют Украиной.

Но, видимо, называют последний год.

Казалось бы, такие города, далеко превосходящие бледный крестьянский какой-то Киев, города с такими культурными мощными традициями, с многочисленной интеллигенцией, и нате вам! Позволили захватить себя и оккупировать власти, несущей всего лишь примитивный западенский национализм образца окончания Второй мировой войны.

Это Харьков-то и Одесса!

Насмешливые, высокомерные, с высоты своего интеллектуализма глядевшие на сельскохозяйственный запад Украины, который им достался словно в нагрузку, бессмысленным довеском.

Как же так?!

Во-первых, Харьков в значительной степени обескровила Россия, Москва и Ленинград, куда все мы бежали, как в Париж, из Харькова. И я, грешный, тоже сбежал в далёком 1967 году. То есть талантливые и страстные садились в поезд Харьков–Москва и утром уже выходили из переходов Курского вокзала, чтобы начать новую жизнь. Москва и Питер выкачали таланты и организаторов в нескольких поколениях.

Одессу обескровили не только Москва и Ленинград, но также Израиль. Я лично абсолютно уверен, что немало общественных авторитетов, которые ой как пригодились бы в противостоянии с задрипанным западенским национализмом, укатили в последние несколько десятков лет в истинные столицы нашей Родины — в Москву и Питер. Ну и в Израиль из Одессы: из Харькова тоже туда ехали, но из Одессы валили валом.

Кстати, то обстоятельство, что карьеристы, выскочки, таланты — всё самое энергичное, что появлялось в южной провинции, бежало не в Киев, — ещё одно неоспоримое, непобиваемое, несокрушимое доказательство того факта, что столицей той территории, которую называли Украиной, никогда не был Киев.

Это всё было, во-первых.

Во-вторых, националистическая, порождённая майданом власть правильно определила важность Харькова и Одессы для себя и в первые же буквально дни после своей революции в Киеве 22 февраля послала туда оккупационные экспедиции.

Никакого серьёзного противодействия зарвавшемуся хулиганью с майдана (как-никак но хулиганьё отстояло на майдане целых четыре зимних месяца и многому научилось) харьковчане оказать не смогли.

В те дни харьковская администрация несколько раз переходила из рук в руки, и присланные из Киева на самом деле вполне жалкие в сравнении с полуторамиллионным городом, какие-то пара сотен правосеков и членов нацгвардии всё же имели преимущество благодаря опыту майдана, как я уже отметил.

Пара сотен пришельцев сумели не только отстоять важный символический объект — здание обладминистрации, но и препятствовать захвату оружейных комнат в отделениях милиции, который полным ходом уже шёл в Донбассе.

На Донбасс киевская власть просто не обратила внимания. Ошибочно не ожидала такой прыти от, как она их презрительно именовала и именует…