Польская армия на шопинге. "Один генерал однажды сказал мне, что мы создаем одноразовую армию"
Происходящее с польской армией пугает информатора газеты Wyborcza. Расходы на вооружение стали в стране новой религией, а закупки для армии напоминают безумный шопинг. Но это лишь часть проблемы, которая тянет за собой другие. Никакой осмысленной программы развития оружейной отрасли не существует.
Желающих поговорить о политике польских властей в области закупки вооружения желающих хватает, но, как только речь заходит о том, чтобы обсудить эту тему «под запись» и с указанием имени собеседника, желание резко пропадает.
Наш информатор, связанный с польским ВПК, который для начала отрекомендовался польским патриотом, сообщил, что происходящее его пугает, а затем спросил: «Вы видели чешский мультсериал „Пат и Мат“»?
«Видел. Про горе-изобретателей».
«Верно. Вот и нас точно так же обстоят дела с закупкой вооружения. Одна проблема тянет за собой другую, которая оказывается еще больше, при этом решить ее пытаются все более нелепым и бестолковым образом».
«Один генерал однажды сказал мне, что мы создаем одноразовую армию. Причем это касается и ВПК. Наши военные заводы, если что-то еще и производят, то делают это силами одного предприятия (…). И если мы потеряем это предприятие, мы потеряем существенный элемент нашего потенциала, а кроме этого завода в мире нет никого, кто мог бы починить этого нашу самоходку Krab, БМП Borsuk или какое-то другое транспортное средство, которое этим заводом производится. Это так, в качестве вступления», — говорит он.
Сколько Польша потратит на вооружение?
В процессе подготовки этого материала я услышал от всех моих собеседников два тезиса, который все они полностью разделяют:
1. Расходы на вооружение стали в Польше новой религией. Их никто не осмеливается оспаривать. Обоснованны они или нет, неизвестно. Будут ли десятки миллиардов злотых потрачены надлежащим образом, никто не знает, потому что общество на этот счет остается в полном неведении. И порой не только гражданские, но и военные.
2. Закупки для нужд армии напоминают безумный шопинг эпохи пандемии. Они непременно должны быть крупными, потому что чем больше, тем лучше. Чем больше политики потратят денег, тем большую заботу о своей стране они проявляют. Любое сомнение в том, что данные расходы оправданы, считается государственной изменой.
Никакой осмысленной программы развития нашей оружейной отрасли не существует, покупки совершаются ради самих покупок.
Решения политиков, которые занимаются закупкой вооружения, влекут за собой множество негативных последствий, о которых большинство людей не имеют никакого понятия.
В отчете банка PKO BP говорится, что «согласно данным Стокгольмского Международного института исследований мира (SIPRI), который в течение многих лет контролирует глобальную торговлю вооружениями, Польша в 2023-2024 годах входила в число крупнейших мировых импортеров вооружений. 90% польского импорта приходилось на долю США и Южной Кореи (по 45%). Гораздо меньшую долю в объеме импорта в Польшу имели европейские страны: Великобритания (2,9%), Италия (1,9%) и Швеция (1,7%)».
Тренд на покупку всего, что только можно, за рубежом, сменился новой тенденцией — теперь мы желаем производить все внутри страны.
Между тем коллективный разум польских политиков, занимающихся закупкой вооружений, как галопировал, так и продолжает галопировать сразу на двух рысаках. Первый скакун — это «цена безопасности».
Закупки в США (по итогам их интенсивных обсуждений в американском посольстве) происходили отчасти по принципу: берем то, что нам велели. Для того, чтобы в час Х Польша оказалась в числе «хороших парней», которых нужно защищать.
Вы скажете, что это просто звонкий публицистический тезис? Ничуть не бывало. Примерно то же самое сказал недавно агентству Bloomberg заместитель министра финансов Польши Конрад Голота (Konrad Gołota).
В прошлом покупка военной техники США рассматривалась как своего рода плата за безопасность. Такой подход, хотя и обеспечивал нам место под американским зонтиком безопасности, сделал Польшу «наивным клиентом».
Вторая лошадь — это национальная гордость, исключающая, по мнению некоторых, дружбу с немцами.
Партия Ярослава Качиньского считает, что нам лучше всего выступать в роли «младшего партнера» США, и никакая Западная Европа нам не нужна. Что является самым большим проступком с точки зрения «Права и справедливости» (ПиС)? Вести дела с другими членами этого отвратительного Евросоюза. А самое ужасное — якшаться с немцами. Согласно неписанному катехизису ПиС, это уже тяжкое преступление.
Вот откуда закупки вооружений в Корее. Надо признать, что их хаотичность и необдуманность были вызваны объективными обстоятельствами, а именно угрозой вооруженного конфликта – напомню, что речь идет о начале 2022-го года.
Итак, 26 августа 2022 года польское Агентство вооружений заключило:
— контракт на поставку 180 танков K2 Black Panther на сумму примерно 3,37 миллиарда долларов,
— контракт на поставку 212 пушек K9A1 Thunder на сумму примерно 2,4 миллиарда долларов.
(…)
Отголоски этой сделки зазвучали в августе прошлого года. Телеканал TVN сообщил о проведенном региональной прокуратурой в Варшаве расследовании в отношении небольшой польской консалтинговой компании (которую основали два гражданина Кореи еще в 2019 году). По странному совпадению эта фирма получила почти 100 миллионов злотых от корейского оружейного концерна вскоре после подписания упомянутых выше многомиллиардных контрактов.
«Расследование касается факта выставления польской компанией корейскому оборонному концерну двух счетов на многомиллионные суммы за оказанные консалтинговые услуги». (…)
Обвинения пока никому не предъявлены. Новые контракты с корейцами подписывал уже нынешний министр обороны Владислав Косиняк-Камыш. Стоимость всех этих заказов приближается к 7 миллиардам долларов.
Как доставить запчасти в случае войны?
Можно долго и упорно спорить, какие танки лучше: корейские или, например, немецкие Leopard 2А8 (у каждого есть свои плюсы и минусы, но Leopard`ов пришлось бы дольше ждать). С точки зрения логистики, выбор корейского вооружения, безусловно, имеет один недостаток.
Информатор: «Каждый, кто изучал геостратегию хотя бы на уровне первого курса, понимает, что это самое рискованное направление поставок. А если речь не идет о стопроцентной передаче технологий, что мы получаем в итоге?»
«Одноразовую военную технику».
«Вот именно».
В настоящее время танки К2 и гаубицы К9 доставляются непосредственно в Гдыню. Во время войны с Россией Балтика станет зоной интенсивных боевых действий. В случае военного кризиса польские порты стали бы главной целью ракетных атак, диверсий и постоянной угрозы со стороны русских подводных лодок. Технику и запчасти пришлось бы выгружать в портах Западной Европы, оттуда потом транспортировать их в Польшу. Кроме того, сам морской путь из Кореи в Европу занимает около 5 недель.
Информатор: «Северная Корея вовлекается в конфликт на Украине не случайно. В случае эскалации кризиса Северная Корея захочет захватить Южную Корею. Китайцы могут замедлить некоторые логистические процессы. В результате поставки для Польши будут последними, о чем корейцы будут в это время думать».
Единственный выход — быстрая полонизация таких закупок, то есть приобретение технологий и производство техники на месте.
Что мешает?
«У корейцев очень слабая мотивация для передачи нам технологий. Если она вообще у них есть. Они хотят как можно дольше сохранять денежный поток из Польши».
То же самое происходит и с американцами, которые тоже не хотят передавать технологии. (…)
Польша должна стать танковой державой
Танков у Польши всего тысяча:
— 250 суперсовременных американских Abrams (плюс 116 в более старой версии),
— 180 корейских K2,
— 180 корейских танков, адаптированных к польским условиям, то есть в версии K2PL
К этому нужно добавить 233 танка Leopard-2 различных модификаций и около 170-200 танков РТ-91 Twardy (их планируется списать, к тому же с 2022 года мы передаем постсоветскую технику на Украину).
Информатор: «У нас имеется несколько десятков видов танковых боеприпасов. И они не взаимозаменяемы. Нельзя зарядить К2 тем же снарядом, что и Abrams, и наоборот. Нет. Он даже не вылетит из ствола. А если и вылетит, то не попадет в цель».
Это губительное разнообразие платформ танков, гаубиц, самолетов выходит за рамки любого разумного экономического замысла.
Информатор: «Достаточно посмотреть на программу закупок, например, танков К2. Когда я бываю в танковых воинских частях, то везде вижу одну и ту же картину: из каждого танка торчит кореец, потому что именно корейцы осуществляют необходимые ремонтные работы. Однажды один начальник технической инспекции сказал, что для того, чтобы система вооружения в Польше хоть как-то работала, нужна программа покупки инструмента и обучения людей, но стоит все это удовольствие миллиард».
«Корейские двигатели сыпятся, как рождественская елка в середине января. Начало их эксплуатации в Польше оказалось довольно сложным, это было связано с проблемами с топливом и смазочными материалами, но после серии абсолютно неоправданных аварий с K2GF я надеялся, что проблема решена. К сожалению, это не так. (...) Особенно беспокоит перегрев двигателей и случаи полного заклинивания силовых агрегатов. Имеются также серьезные проблемы с гидравлической подвеской ISU», — писал в начале года военный эксперт Ярослав Вольский (Jarosław Wolski) в своем профиле на сайте X.
Польские военные до сих пор не могут даже самостоятельно ремонтировать танковые двигатели. Их приходится отправлять обратно производителю (то есть в США и Корею).
Правда, ситуация в ближайшие годы должна измениться. Корейские танки планируется ремонтировать на Военном автомобильном заводе в Познани (в сентябре было объявлено о подписании соглашения с компанией Hyundai Rotem). Возможно, работа начнется уже в 2028 году.
К 2028 году в польском Демблине будет создан Авторизованный сервисный центр двигателей для танков Abrams. Политики, подписывавшие контракты на миллиарды злотых, о таких, казалось бы, элементарных вещах, в свое время не позаботились.
Польская оружейная мысль на уровне конструктора
На данный момент много говорится о полонизации 61 танка K2PL. Это должно произойти в 2029-2030 годах. За данное направление в первую очередь будет отвечать польский завод Bumar-Łabędy в Гливице в сотрудничестве с холдингом Polskа Grupа Zbrojeniowа.
То есть танки будут строиться в Польше. Это прекрасно. Но что стоит за этим красивым эвфемизмом — «строиться»? За ним стоит технология CKD (Complete Knock Down). Это когда танк поставляется в виде набора деталей и компонентов для сборки в стране получателя. Отдельно корпус и башня, отдельно силовая установка, отдельно пушка, подвеска и т.д. А потом все это складывается, как в конструкторе Lego.
Когда-то мы так же «строили» у себя автомобили Daewoo.
Злые языки говорят, что вся польская оружейная мысль находится на уровне конструктора. Взять, например САУ Krab. Что это? Британская башенная система, шасси от Samsung, ствол куплен у французов, правда, система управления огнем польская.
А БМП Rosomak? Это вообще финская машина с польской надстройкой и пушкой Bushmaster Mk 44S.
А ведь мы только что праздновали невиданный успех, к которому шли более 20 лет! Несколько недель назад завод Stalowa Wola подписал лицензионное соглашение на производство пушек с их производителем, концерном Northrop Grumman. Запуск полностью отечественного производства отдельных элементов орудия запланирован на 2028-2029 годы. Но как нам удалось заполучить этот контракт? Дело в том, что… пришли немцы и предложили заменить Bushmaster на более современную пушку Mauser Mk 30.
Нам нравятся играть мускулами, но мощная оборонная промышленность — это не про нас. Таковой в Европе могут похвастаться Великобритания, Франция, Германия, Италия, Швеция и Испания. К этой группе постепенно присоединяются Турция и Украина. Польша — это, мягко говоря, игрок третьей лиги. Другими словами, наша армия иногда покупает польскую технику, но только тогда, когда у нее нет другого выхода. Другие страны приобретать вооружение с берегов Вислы особым желанием не горят.
Наши самые большие экспортные хиты — это переносной зенитный комплект Thunderbolt, беспилотный разведывательный летательный аппарат FlyEye и ударный дрон Warmate. К этому недлинному списку можно добавить цифровую платформу внутренней связи транспортных средств холдинга Grupа WB и, в меньшей степени, систему командования и управления огнем TOPAZ.
Польша наконец-то передала и продала в общей сложности более 100 самоходных гаубиц Krab Украине — стоимость контракта составила 3 миллиарда злотых.
И здесь мы сталкиваемся со своего рода когнитивным раздвоением. С одной стороны, как наш оборонный сектор станет сильнее, если мы не пытаемся научиться делать новое и все более совершенное оружие? С другой стороны, возникает вопрос, кто эту ситуацию исправит?
Информатор (с сомнением в голосе): «Предположим, что через десять лет мы чему-то научимся, сможем чинить и К2, и К9, и Abrams. Только кто, кроме нас, починит всех этих барсуков, крабов и росомах, слепленных из разных компонентов? Вся документация находится у нас, к тому же у нас нет партнера, который мог бы сделать это во время войны. И задам еще один вопрос: где хоть один, кроме нашей армии, клиент, который хотел бы купить нашего барсука? Когда такой покупатель появится? Когда мы действительно будем выпускать продукцию, на которую будет спрос на европейском рынке?»
И это действительно проблема. Мы должны инвестировать в нашу оборонную промышленность.
Но такую технику (именуемую красивым словом «интероперативная», то есть совместимая с другим вооружением, которую используют военные нескольких стран и которую можно ремонтировать за пределами Польши) мы не производим. (…)
Наши политики тем временем хвалятся тем, как много они потратили денег
Тут все просто. Выступать в роли защитников Отечества политикам выгодно. Кроме того, тратить баснословные деньги большого ума не надо, гораздо сложнее тратить их с умом.
Этим патологическим шопоголизмом страдают политики всех мастей и политических ориентаций.
Три года назад тогдашний министр обороны Польши Мариуш Блащак обещал создать самую сильную сухопутную армию в Европе.
«В 2030 году Польша будет иметь самую сильную и самую большую армию в Европе. Лучше всех организованную и оснащенную. Это наша стратегическая цель, для достижения которой мы прилагаем все усилия». Это уже слова его сменщика, Косиняка-Камыша.
Но дело в том, что все эти речи — самая обыкновенная неправда. Или, если кому-то так больше нравится, политика. Согласно таким авторитетным рейтингам, как Global Firepower, военными лидерами в Европе являются Франция, Великобритания, Турция, Италия, Германия, Испания, и Украина. Вторым номером в мире после США стоит Россия. И в ближайшие годы в этой иерархии вряд ли что-то существенно изменится.
Позируя на фоне танков и пушек, политики упускают из виду, что Польша сама себя не защитит. Независимо от того, сколько техники мы еще купим. Впрочем, ни одна европейская страна не сможет защитить себя сама, даже Германия, чьи расходов на вооружение значительно опережают польские траты на эти цели. (…)
Но в одном поляки все еще опережают своих конкурентов по НАТО.
«Даже после завершения трансформации немецкие сухопутные войска будут иметь меньшие возможности, чем их польский аналог. (…)», — читаем мы в докладе.
Пессимисты сказали бы: то, что немцы вооружаются и это плохо. Оптимисты им возразят: в час испытаний они могут нас поддержать. (…)
С беспилотниками у Польши плохо
Возможно, значение дронов на современном поле боя несколько переоценено, но, они, безусловно, нужны, и с ними у нас как раз проблемы. (…)
Наша цель — создать многоуровневую систему противовоздушной, противоракетной и противодронной обороны. В общей сложности за несколько лет мы потратили на эти цели около 250 миллиардов злотых.
О каких системах идет речь? Вот они: Wisła (она же система Patriot), Narew, Pilica и SAN.
Последняя как раз предназначена для борьбы с беспилотниками. Без системы SAN по тревоге каждый раз придется поднимать в воздух истребители F-16, что ужасно дорого и не совсем эффективно. Во время попытки нейтрализовать дрон в польском местечке Вырыки-Воля одна из ракет AIM-120 AMRAAM сбилась с курса и попала в жилой дом.
Беспилотники «Герань» стоят около 20-30 тысяч долларов за штуку. А сегодня по ним стреляют, кроме всего прочего, ракетами малой дальности AIM-9X Sidewinder, один экземпляр которой стоит около 400-500 тысяч долларов, или ракетами средней дальности — вышеупомянутыми AIM-120 AMRAAM. Это ракеты с радиолокационным наведением, стоимость одной составляет от 1,5 до 2,5 миллионов долларов. То есть это буквально стрельба из пушки по воробьям.
Чтобы покончить с таким расточительством, у Польши вот-вот появится — как это красиво называют Туск с Косиняком-Камышем — «самое большое и современное антидронное решение в Европе».
SAN будет состоять из 18 батарей антидронных систем, 52 огневых взводов, 18 командных взводов и 703 транспортных средств. Стоимость заказа составляет около 15 миллиардов злотых нетто, бóльшая часть средств будет поступать в рамках европейской программы кредитования закупок вооружения SAFE.
Это не классическая антидронная система, а зенитный комплекс с возможностью борьбы с беспилотниками.
Но насколько эта система польская?
«Участие члена консорциума, норвежской компании Kongsberg Defence & Aerospace, в программе Sаn оценивается примерно в 6 миллиардов злотых. Остальная сумма будет осваиваться польскими компаниями (…)»
Вышеупомянутый норвежский Kongsberg поставляет башни MCT-30, в которых будут установлены пушки калибра 30 мм
Кроме того, SAN — это радары, системы РЭБ и т. д. График предусматривает поставку первых трех огневых взводов до конца 2026 года, а последующих — до 24 месяцев с момента подписания договора.
Оправдает ли SAN возложенные на него надежды?
Информатор: «Могу поспорить, ничего из того, что мы запланировали по программе SAFE, вовремя выполнено не будет, а даже если это произойдет, будет делаться с применением административного рычага: армию вынудят принимать “товар” таким, каким он есть, а не каким он должен быть. Показательным будет проект SAN, который, скажу прямо, представляет собой ярчайший пример нарушения внутренних нормативов».
Почему?
Система была приобретена ввиду срочной оперативной необходимости, то есть в ускоренном режиме, потому что Генеральный штаб посчитал, что наша армия должна получить инструмент для борьбы с беспилотниками. Но (…) система должна соответствовать условиям TRL 8 (это один из Technology Readiness Level, то есть уровней технологической готовности).
Соответствие TRL 8 означает, что система готова, протестирована, что имеется готовый конечный продукт и все ключевые подсистемы интегрированы; тестирование и проверка проводились в условиях, соответствующих целевому использованию
Информатор: «В системе SAN мало компонентов, которые имеют такой уровень готовности, и все же она была заказана. Из этой системы бить по “Герани”, которая прилетела по железнодорожной станции, невозможно, можно даже не пытаться. Это не та система, которая способна попасть в такие скоростные цели».
Возможно, это слишком радикальное мнение. Однако скепсис нашего собеседника разделяют и другие специалисты.
«Практически ничего из того, что было куплено, не готово к использованию (...). Мы только в начале пути. Мы купили то, чего на самом деле не существует», — прокомментировал подписание контракта в эфире Polsat News капитан второго ранга в отставке Максимилиан Дура (Maksymilian Dura).
«Эта единая автономная автоматизированная система командования, составленная из отдельных элементов — новинка, с которой нам придется как-то справляться», — признался недавно порталу Defence 24 замглавы Агентства вооружений, полномочный представитель министра обороны Польши по строительству системы комплексной противовоздушной и противоракетной обороны. генерал-майор Михал Марчиняк (Michał Marciniak).
Впрочем, по поводу этой системы политики произносят очень много красивых слов, которые в польских реалиях звучат крайне тревожно. Например: «система очень большая и очень быстрая», «сверхбыстрый темп», «первый столь технологически продвинутый щит в Европе», «интегрировать все это чудовищно сложно».
Программа SAN реализуется консорциумом, лидером которого выступает польский холдинг Polska Grupa Zbrojeniowa (PGZ), который если чем-то и славится, то нарушением графиков. Обеспечит ли система SAN нам защиту? Сомнительно. Создадут ли ее вовремя? Вряд ли. Покроет ли она всю страну? Нет.
Сможет ли система SAN сбивать современные беспилотники, такие как «Герань-5»? Соответствует ли SAN условиям TRL 8?
Вопросы относительно системы SAN компания PGZ перенаправляет заказчику, уверяя при этом, что реализация проекта осуществляется в соответствии с установленным графиком.
Что лучше — иметь несовершенную систему SAN, или вообще никакую? Разумеется, лучше иметь хоть какую-то систему, даже дырявую.
В качестве утешения можно добавить, что купленные польской армией вертолеты Apache способны эффективно сбивать беспилотники, в том числе современные. И они делают это за меньшие деньги, чем самолеты, потому что применяют орудие калибра 30-мм.
Вертолетов мы купили 96 штук за 40 миллиардов злотых (некоторые эксперты не устают повторять, что их слишком много.) Поставки начнутся в 2028 году и закончатся в 2032 году. Когда они достигнут полной боеготовности? А вот это уже военная тайна (то есть не скоро).
Мощной угрозой для Польши являются баллистические ракеты
Это тот самый слон в комнате, которого никто не замечает. С начала июля русские в атаках на Украину применили не менее 160 баллистических и гиперзвуковых ракет.
Их очень трудно сбить.
В своем недавнем видео на YouTube эксперт Центра восточных исследований объяснил это так: «Баллистическая ракета летит почти вертикально вверх, достигая границы атмосферы, пересекает ее, входит в космос, не достигая первой космической скорости и не выходя на околоземную орбиту, а затем по очень крутой траектории почти вертикально падает из космоса на свою цель».
Для борьбы с баллистическими ракетами в настоящее время используется американская система Patriot. Согласно планам, у нас будет 64 пусковых установки, за которые вместе с сервисом и логистикой мы заплатим около 17,3 миллиарда долларов.
Они, конечно, защитят не всю страну, а только стратегически значимые зоны, например, те, где сосредоточены предприятия ВПК (т.е. Подкарпатье).
Проблема в другом. Для нейтрализации баллистических и гиперзвуковых ракет используются ракеты PAC 3 MSE. Они всюду в дефиците. Во всем мире. На данный момент на Западе их производится меньше, чем в России выпускается баллистических ракет.
Польша имеет на своих складах около 200 таких ракет. В будущем их будет 644. Чтобы сбить одну баллистическую ракету, обычно требуется две PAC 3 MSE (каждая стоит около 5 миллионов долларов).
Армия, у которой в последнее время ничего не было, готова к далекоидущим компромиссам
Коль скоро Польша купила F-16 или F- 35, то для них не помешали бы самолеты-заправщики, чтобы истребители могли оставаться в воздухе гораздо дольше и не возвращаться на аэродром для дозаправки. К воздушным танкерам польская армия приценивалась с 2012 года (программа «Карконоше»). Спустя 14 лет (!) произошел прорыв — вместе с испанцами мы купим семь самолетов Airbus A330 MRTT стоимостью 5,4 миллиарда евро (Польша получит четыре самолета к 2030 году).
Не решены и другие проблемы. Польские танки до сих пор не обзавелись полноценными активными системами защиты hard-kill, то есть физическим «щитом», способным уничтожать противотанковые ракеты при подлете к машине.
Ведутся переговоры — без этих систем приобретенные танки сильно уязвимы. Проще говоря, их нужно держать подальше от поля боя.
Наконец, польская промышленность имеет очень ограниченные мощности по производству основных артиллерийских боеприпасов, то есть снарядов калибра 155 мм.
Конфликт на Украине показал, что для защиты от русских необходимо обладать дальнобойной артиллерией.
И Польша действует в этом направлении. Она уже сейчас имеет самый крупный в НАТО «парк» 155-мм гаубиц (Krab и К9). Но вот незадача — из них надо чем-то стрелять. А с этим, мягко говоря, проблема. Для гаубиц используются те самые 155-мм снаряды.
Казалось бы, ничего сложного, просто сделай их. Но это не так-то просто.
Информатор: «У нас в стволе имеется объект весом 20 кг или 23 кг, который на расстоянии 9 метров разгоняется до скорости тысячи метров в секунду и выстреливается. А дальше он должен соответствующим образом сработать. Это сложный продукт, как и вся технология убийства людей. К сожалению, но так оно и есть».
По словам премьер-министра Дональда Туска, мы в ближайшее время должны производить 200 тысяч 155-мм снарядов в год. Цель — миллион.
Мечты и реальность не всегда совпадают
(…)
Глава Минобороны презентовал договор между государственным Агентством вооружений и консорциумом PGZ-AMUNICJA. Он предполагает поставку в общей сложности нескольких сотен тысяч единиц артиллерийских боеприпасов калибра 155 мм.
Стоимость контракта, финансируемого за счет средств SAFE, превышает 13,5 миллиарда злотых нетто.
Вроде бы все отлично. В чем подвох?
Ранее политики, а также представители PGZ много говорили о сотрудничестве с «британским гигантом BAE Systems, гарантирующим передачу передовых, полностью автоматизированных технологий для производства 155-мм боеприпасов».
Однако 155-мм боеприпасы, поставляемые консорциумом PGZ-AMUNICJA, в т.ч. в рамках контрактов SAFE, производятся по лицензии словацкого ZVS Holding, принадлежащему чешской Czechoslovak Group (CSG).
А эта лицензия была получена, как говорят в сказках, «в стародавние времена», а именно еще в 2010 году.
Информатор: «Почему PGZ выбирает себе нового поставщика технологий, то есть BAE Systems? Ответ очевиден — значит, что-то не так с прежним. Тем не менее, PGZ расширяет производственные мощности для старой технологии. И почему он это делает? Добро пожаловать в театр абсурда. Потому что этой новой технологии, которую PGZ хочет купить у BAE, не существует! Снаряд имеет маркировку X, что значит experimental, то есть он еще находится на стадии разработки. Вот и весь секрет. По имеющейся неофициальной информации, PGZ даже не надеется начать производство снарядов по технологии BAE до 2029 года. То есть эта программа не подпадает под кредитование SAFE. Поэтому сейчас все силы брошены на то, чтобы увеличить производство тех боеприпасов, которые они на самом деле не хотели бы выпускать».
И почему они не хотят их выпускать? Они просто не летают так далеко, как должны, поскольку в результате переделок их внутренняя баллистика ухудшилась.
(…)
Количество
PGZ рекламирует 155-мм боеприпасы, произведенные по словацкой лицензии, как «обладающие одними из лучших тактико-технических характеристик по сравнению с аналогичными типами боеприпасов, доступных сегодня на рынке».
Правда ли это? Ни британская, ни словацкая технология не обеспечивают снарядам высокоточных характеристик. Они стандартны или, если угодно, для своего класса не так уж плохи. Однако они «глупы». Ими можно выстрелить и промахнуться мимо цели на 100 или 200 метров.
Чтобы такими снарядами уничтожить бункер или танк, нужно запустить их целый рой.
Поэтому современные ракеты данного типа наводятся GPS или лазером. Их точность тогда колеблется от нескольких метров до метра. Несмотря на то, что управляемые боеприпасы во много раз дороже обычных, в итоге операция с их применением обходится дешевле. К тому же меньше изнашиваются стволы орудий.
Однако сотрудничество с британцами имеет свои плюсы. Они передают гораздо больше технологий, чем словаки (ноу-хау, технологий производства, автоматизации линий и т.п.).
В итоге, через несколько лет PGZ от этого сотрудничества выиграет. Но пока холдингу приходится покупать товар у посредников.
Он следует принципу: лучше иметь хоть какие-то снаряды, чем вообще никаких.
А что на это Минобороны?
(…)
Группа из девяти депутатов Сейма от партии «Конфедерация» в конце июня попыталась выяснить, как обстоят дела с возможностями производства в Польше 155-мм боеприпасов (…).
Ответ министерства был коротким и максимально уклончивым. «Вопрос обеспечения потребностей Вооруженных сил Польши боеприпасами — как с точки зрения текущих оперативных потребностей, так и в контексте долгосрочного планирования — является одним из приоритетов оборонной политики государства».
И вообще — Минобороны предпринимает «комплексные меры по созданию стабильной и устойчивой системы снабжения боеприпасами».
Если перевести этот ответ с бюрократического языка на человеческий, месседж звучит так: «не суйте свой нос, потому что мы вам все равно ничего не скажем». В этом смысле ведомство, возглавляемое Косиняком-Камышем, стойко держит заданную еще его предшественниками планку.
И все бы ничего, но расплачиваться за эти покупки будут налогоплательщики. Причем в течение ближайших нескольких десятилетий.
Добавил ![Игорь Иванов 39114]()
Игорь Иванов 39114 17 Октября
Игорь Иванов 39114 17 Октября нет комментариев
Комментарии участников:
Ни одного комментария пока не добавлено