...
Поскольку силовики постоянно выявляют радикальные ячейки внутри страны, вербовщики активизируются в эмигрантских общинах. Такие общины — лучшая питательная среда для вербовки. На чужбине за молодежью не следят аксакалы, муллы, шейхи, потенциальные жертвы пропаганды радикалов оторваны от семьи. Современные методы вербовки учитывают тонкие психологические нюансы, и превращение светского человека в смертника может пройти всего за несколько месяцев.
Типичная жертва вербовки — выходец из небогатой семьи, не имеющий религиозного образования. «Недостаточно знать лишь некоторые принципы ислама и иногда читать Коран, чтобы утверждать, что ты религиозен, — рассуждает координатор киргизского аналитического исследовательского института «Сереп» Искендер Ормон. — Важна систематичность таких занятий. У нас есть много религиозных учебных заведений, медресе, и из них радикалы не выходят. Экстремистами как раз становятся те, кто не знает религию».
Эмигранты из Центральной Азии, особенно те, что сейчас проживают в России, находятся в очень сложном положении, с трудом находят работу и жилье, указывает Ормон. Из-за этого у них накапливается агрессия, их взгляды день за днем обостряются, и таких людей вербовать очень легко, рассуждает эксперт.
Экономический кризис и социальная депрессия становятся основными факторами для вербовки граждан из Центральной Азии в России, подтверждается в презентации от 2017 года общественной организации Search for Common Ground, с которой ознакомился корреспондент РБК. Автор документа конфликтолог Икболжон Мирсаитов разбирает схему вербовки джихадистов в Сирию. Главным способом остаются встречи «лицом к лицу» в крупных городах. Вербовщики находят свои цели в общежитиях, на рынках, при мечетях, на стройках. Как правило, они говорят о том, что к трудовому мигранту несправедливо относятся в России, потому что он мусульманин, он достоин лучшей жизни и не должен позволить страдать единоверцам.
На первом этапе вербовщики создают ролики с обращениями на родных языках, стараясь эмоционально воздействовать на аудиторию. Далее, отмечается в документе, жертва вербовки начинает сама искать дополнительную информацию и втягивается в процесс. На этом этапе человек замыкается, отрывается от родных, которые представляются ему впавшими в «джахилийа» (невежество). Затем новобранец мысленно примеряет на себя образ участника боевых действий — именно тогда он начинает полностью верить вербовщику и отбрасывать все сомнения. На заключительном этапе для жертвы составляется маршрут в зону боевых действий.
Репортаж РБК: как «тихий мальчик» из Оша стал террористом-смертником.