— Сергей Викторович, расскажите, пожалуйста, как развивается российско-американский диалог по Сирии?

— Ну, достаточно интенсивно, не могу сказать, что интенсивность встреч отражается на количестве конкретных договоренностей, потому что непростая сейчас ситуация. Главная заковырка состоит в том, что мы убеждены, что надо принимать более эффективные меры по борьбе с террористами. А все остальное должно иметь второстепенное значение. Важно гуманитарные доступы обеспечивать, выдерживать режим прекращения огня, пресекать нарушения. Важно и политический процесс запустить, который тормозится радикальной оппозицией, которая выдвигает предварительные требования.

Терроризм — это наша общая угроза, и большинство наших западных партнеров признает в беседах, что не должно быть каких-либо предлогов, чтобы задерживать разгром ИГИЛ и «Джхат аль нусры». Нам говорят, не надо по ней бить, потому что там есть нормальная оппозиция. Нормальная оппозиция должна уйти с позиции террористов и об этом давно договорились. Вот наши американские партнеры пока еще больше подвержены влиянию тех, кто хочет выдвигать предварительные условия. Буквально сегодня разговаривал с Джоном Керри в очередной раз, это, наверное, был наш 34-й разговор с января, обсуждали достаточно подробно все эти вещи. Плюс, есть американский канал видеоконференции, идет связь с американскими представителями в столице Иордании. В Женеве, как вы знаете, создан российско-американский центр по реагированию на нарушения. Инфраструктура связи создана, главное преодолеть предварительные условия, которые нужно отодвинуть на второй план.