Есть анекдот о том, как после премьеры «Войны и мира» в 1968-м к Сергею Бондарчуку подошел один авторитетный критик и говорит: "Ах, дорогой Сергей Федорович! Какой прекрасный фильм вы сняли! Какие сцены! Какие краски! И как вы при этом умудрились показать, что роман-то — дрянцо?!"

Неизвестно, выйдет ли «Анна Каренина» в широкий прокат, но если выйдет, то издательства непременно разразятся очередным тиражом.

Экранизации хороши и полезны вот почему: пусть хоть гладкие и без озарений смастеренные кино- и телеварианты классических произведений наставят на путь истинный современных не-читателей.

Однако каждый носит в голове и в сердце СВОЮ книгу, но далеко не каждый готов согласиться с тем, что у режиссера, в конце концов, та же проблема. Во время просмотра трактовки обеих сторон, как правило, вступают в жесточайший конфликт, после чего зрители обрушивают на режиссера упреки в несоответствии оригиналу, а режиссер, как может, отбрыкивается со словами «я вам не обязан».

Нет, нам режиссер не обязан, а вот первоисточнику все же — да. Обязан отнестись по крайней мере с уважением — не имеет значения, роман Достоевского это или рассказ Виктории Токаревой. Уважение не означает скрупулезного отношения к деталям: можно и блондинку сделать брюнеткой, можно действие перенести из Саратова в Тверь или из настоящего в будущее. Но нельзя, например, взять историю великой любви, чтобы рассказать пошло и о пошлом, как сделал Баз Лурман в «Ромео+Джульетта».

Чтобы обезопасить себя, режиссеры идут на любые ухищрения. Те, которые либо не боятся критической атаки, либо просто не имеют других намерений, кроме как соприкоснуться с великим произведением, выбирают незатейливый путь прямой экранизации. В случае с «Гарри Поттером», киноверсии которого бережно повторяют коллизии книги, снятые с небывалым компьютерным размахом, это проходит вполне, поскольку, кроме картинки и собственно истории, там больше ничего и нету. К экранизации романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита», выполненной в том же стиле, у тех, кто прежде прочел книгу, есть много вопросов, так как простой пересказ удовлетворить их уже, увы, не может.

Но любимейший режиссерский трюк — создание картины «по мотивам». Большинству режиссеров кажется, что заветная строчка в титрах дает им полную свободу, результат которой таков, что уже непонятно, что связывает его с первоисточником. Такова участь повести Уильяма Сарояна «The laughing matter», взятой за основу фильма Андрея Звягинцева «Изгнание»; в этом упрекают почти всех экранизаторов творений братьев Стругацких.

…