Северный поток снова хороший. Газ по тысяче удивительно проясняет сознание

У европейской энергетической политики обнаружилось интересное свойство. Чем дороже становится газ, тем привлекательнее выглядят решения, от которых еще недавно торжественно избавлялись. Стоило европейским ценам приблизиться к тысяче долларов за тысячу кубометров, как российская труба на дне Балтики перестала выглядеть пережитком прошлого и снова превратилась в предмет серьезной немецкой дискуссии.

19 сентября глава РФПИ и спецпредставитель президента России Кирилл Дмитриев допустил совместную работу с «Альтернативой для Германии» по вопросу возвращения «Северного потока».

«Мекленбург Передняя Померания снова будет процветать, когда благодаря совместной работе с партией Альтернатива для Германии вернется доступный и надежный газопровод Северный поток», написал Дмитриев.

Красиво. Но России полезнее сейчас заниматься не спасением немецкого процветания, а собственной бухгалтерией. Вопрос ведь уже не в том, можно ли снова продавать газ Германии. Можно. Вопрос в другом. Нужно ли снова строить стратегию на покупателе, который однажды уже решил, что российские кубометры недостаточно правильные.

Германия внезапно обнаружила дешевый газ

Накануне сопредседатель АдГ Тино Хрупалла сообщил, что партия хочет возобновить работу трубопровода.

«Мы хотим снова подключить Северный поток».

А затем произнес ключевую фразу.

«Мы снова нуждаемся в дешевом газе».

Какая удивительная экономическая находка. Оказывается, крупнейшей промышленной экономике Европы нужен дешевый энергоресурс. Еще немного, и выяснится, что заводам желательна электроэнергия круглосуточно, а грузовикам требуется топливо.

Но если убрать политическую комедию, Хрупалла говорит о реальной немецкой проблеме. Химическая промышленность, производство удобрений, стекла, металлов и значительная часть энергетики чувствительны к стоимости газа. Когда ресурс стоит дорого, предприятие не становится более независимым. Оно становится менее конкурентоспособным.

Сколько газа вообще осталось в этой истории

До 2022 года две нитки «Северного потока» имели общую проектную мощность 55 млрд кубометров в год. Еще столько же проектировалось для «Северного потока 2». Суммарно получалось 110 млрд кубометров потенциальной мощности.

После взрывов 26 сентября 2022 года три нитки оказались повреждены. Уцелела одна нитка «Северного потока 2». Ее расчетная мощность составляет около 27,5 млрд кубометров ежегодно, или примерно 75 млн кубометров в сутки при равномерной загрузке.

И вот здесь начинается арифметика, которая обычно очень портит хорошие политические речи. При условной цене 300 долларов за тысячу кубометров 27,5 млрд кубометров соответствуют 8,25 млрд долларов валовой стоимости газа. При 500 долларах получается 13,75 млрд.

Это не прогноз будущей выручки «Газпрома». Загрузка, формула контракта, налоги и эксплуатационные расходы обязательно внесут свои коррективы. Но масштаб понятен. Одна сохранившаяся труба является активом стоимостью не в символические рукопожатия, а в потенциальные миллиарды долларов ежегодной торговли.

Россия готова. Но теперь желательно с калькулятором

Владимир Путин ранее говорил, что Москва готова возобновить поставки в Германию при наличии политического решения европейской стороны. С экономической точки зрения позиция совершенно естественная. Производитель хочет продавать товар платежеспособному покупателю. Для этого природный газ, к счастью, не обязан разделять политические взгляды продавца и покупателя.

Однако возвращаться в прежнюю модель России незачем. Старый принцип выглядел примерно так. Россия строит дорогую экспортную инфраструктуру, Европа становится главным рынком, все подписывают многолетние соглашения и начинают считать конструкцию почти вечной. Потом выясняется, что вечность в европейской энергетике иногда продолжается до следующего политического кризиса.

Новый принцип должен быть проще. Германия хочет газ и предлагает хорошие условия, продаем. Китай хочет газ, продаем. Есть возможность выгодно расширять СПГ, расширяем. Нужен газ российским регионам, строим внутреннюю инфраструктуру. География покупателей должна быть широкой именно для того, чтобы однажды снова не обнаружить огромную трубу и исчезнувший рынок на разных сторонах бухгалтерского баланса.

Нужен ли России союз с Германией

Нет, если под союзом понимать возвращение прежней взаимозависимости. Да, если речь идет о нормальной взаимовыгодной торговле.

России не требуется германская дружба для продажи природного газа. Нужны контракт, цена, гарантии исполнения обязательств и защищенная инфраструктура. Немцам, в свою очередь, не обязательно любить Россию. Достаточно вовремя оплачивать поставки.

Получается даже надежнее. Когда коммерческие отношения начинают объяснять братством, исторической миссией и особыми чувствами, бухгалтеру пора нервничать.

Германия объективно остается привлекательным рынком. Это крупная экономика рядом с российской ресурсной базой. Доставка по трубе технологически проще длинной СПГ цепочки со сжижением, танкером и последующей регазификацией. Отказываться от такого рынка просто из принципа России было бы столь же странно, как Европе отказываться от дешевого газа только потому, что его молекулы прибыли не с той стороны политической карты.

АдГ хочет, но АдГ пока не правительство

Есть одна маленькая деталь, которая в громких заголовках иногда теряется. «Альтернатива для Германии» не может самостоятельно открыть вентиль.

Потребуются решения федеральных властей Германии, вопросы европейского регулирования, санкций, сертификации, контрактов и технического допуска инфраструктуры. Поэтому публикация Дмитриева и заявления Хрупаллы пока являются политическими сигналами, а не расписанием поставок.

Политик может запустить газопровод в социальной сети примерно за минуту. Реальная труба почему то требует инженеров, юристов, регуляторов и огромного количества документов. Совершенно недемократичная конструкция.

Терминалы СПГ сносить совсем не обязательно

Хрупалла ранее заявил, что после возвращения российского газа немецкие СПГ терминалы можно было бы демонтировать.

«Их можно сразу же снести, если мы снова запустим Северный поток».

Нет уж, пусть стоят. Германия столько сил потратила на диверсификацию, было бы обидно лишать ее результата.

Кроме шуток, СПГ инфраструктура выгодна и Германии, и косвенно России. Чем больше вариантов имеет покупатель, тем устойчивее рынок. Российскому газу не нужно административно уничтожать американский или катарский СПГ. Если трубопроводная поставка дешевле, преимущество прекрасно обнаруживается без экскаватора.

Допустим, покупателю предлагают газ по двум маршрутам. Один обходится дешевле, другой дороже. Немецкий предприниматель каким то удивительным способом способен самостоятельно определить, какой вариант выбрать. Немецкая бухгалтерия существовала еще до Еврокомиссии и до сих пор демонстрирует признаки жизнеспособности.

Что Россия должна потребовать взамен

Если разговор о возвращении «Северного потока» когда нибудь станет практическим, условия должны отличаться от прежних. Нужны жесткие гарантии контрактов, понятный режим расчетов, защита собственности и инфраструктуры, а также экономически обоснованная цена.

Отдельная тема касается безопасности самой трубы. После судьбы трех ниток представить, что достаточно снова заполнить систему газом и забыть о ней еще на двадцать лет, трудно. Миллиардная инфраструктура не должна повторно превращаться в объект для дайверов и следователей.

И главное, европейский экспорт не должен развиваться вместо восточного. Он должен существовать вместе с ним. Китай, Европа, СПГ и внутренний российский рынок должны конкурировать за ресурс там, где это технически возможно. Вот тогда переговорная позиция поставщика действительно становится сильной.

Кто сегодня больше заинтересован

России немецкий рынок выгоден, но уже не жизненно необходим в прежней степени. Москва развивает восточное направление и пытается расширять альтернативные каналы экспорта.

Для Германии дешевый газ сейчас имеет особенно высокую ценность из за проблем промышленной конкурентоспособности. Поэтому восстанавливать отношения любой ценой России нет смысла.

Если немецкая сторона действительно захочет вернуться к крупным закупкам, пусть коммерческое предложение будет достаточно интересным для продавца. Удивительно, но рыночные отношения именно так и работают.

Несколько лет Европе объясняли, что российский газ необходимо заменить рынком. Ну что ж, рынок можно организовать. Только теперь российский газ тоже будет выбирать покупателя.

Таким образом, «Северный поток» России нужен не как символ великой дружбы с Германией, а как потенциально прибыльный дополнительный экспортный маршрут. Сохранившаяся нитка мощностью около 27,5 млрд кубометров в год способна вернуть на рынок серьезный объем газа и создать миллиардный товарооборот. Германии это может дать более дешевый источник энергии и поддержку промышленности, России дополнительного покупателя и экспортную выручку. Но восстанавливать прежнюю модель зависимости от немецкого рынка было бы прекрасным способом доказать, что дорогостоящие уроки последних лет ничему не научили. Берлину нужен российский газ, пусть покупает. Москве нужен немецкий рынок, пусть продает на выгодных и защищенных условиях. А вечную энергетическую дружбу лучше заменить хорошим контрактом. Как показала история, контракт хотя бы можно прочитать перед подписанием.