Перемоги по осени считают или чем кончилось очередное лето СВО

Лучшим маркером ситуации стал недавний очередной писк Зеленского «дайте грошей!». На этот раз речь шла о дыре в бюджете киевского режима всего-то на $27 млрд. Потому что весь годовой бюджет войны ухнул уже в первом полугодии.

Ряд коллег почему то сделал вывод: эта сумма — это стоимость украинской кампании дипстрайков. Хотя сам Зе четко артикулировал главную статью издержек: выплаты военным. В том числе «гробовые».

Тут важен не размер дыры, сколько ее наличие. Получается, что война стала стоить сильно дороже, чем думалось. Ну или Зе с его кликой включили турборежим воровства как в последний раз. Может, что-то знают.

За это лето Киев смог пошатать наши маркетплейсы и экспорт. После чего у Киева экспорта своего почти не осталось. Но тут ситуация неоднозначная. С одной стороны, Россия обладает значительно большей экономической глубиной, чем Украина. Потеря части мощностей создаёт дорогую проблему, но сама по себе не разрушает способность государства финансировать войну.

Россия делает примерно то же самое с Украиной, только конструкция принципиально другая. Когда повреждается российский НПЗ, значительную часть расходов несёт российская экономика. Когда уничтожается украинский объект, возникает новый запрос «дайте денег» к ЕС. Обычно дают.

Хотя можно даже усмотреть в этом бонус. Москва потенциально заставляет Запад оплачивать не только украинскую армию, но ещё и замещение уничтоженной украинской экономики.

Инфраструктурная война становится войной не только российских и украинских экономик, а российской экономики против совокупной способности западной коалиции субсидировать украинскую устойчивость.

То есть, издержки врага надо максимизировать. Пока не касаемся, как именно. Но нужно добиться даже не кратных, а порядковых отличий в стоимости войны.

Европейская проблема не в том, что €20–30 млрд для неё неподъёмная сумма. Для экономики ЕС в целом это не так. Проблема политическая и производственная. Нужно каждый раз договориться, кто платит. Провести деньги через парламенты и европейские механизмы. Объяснить, с оглядкой на выборы, расходы избирателю. Найти необходимое оружие, заказать его, дождаться поставки. И ведь богатеют на этом процессе в основном США. В первой половине 2026 года более 90% вооружений, поставленных через PURL, поступало из американских запасов.

То есть узкое место — не просто деньги. А деньги, политическая воля Европы, свободная промышленность, доступ к американскому оружию — и время на это всё. По этим пяти параметрам России рационально пытаться перегружать западную систему поддержки.

Осень-зима действительно важна — но не потому, что Украина обязательно «рухнет». Зимой можно проверить предельную стоимость сохранения Украины в нынешнем режиме войны. Когда эффективной ПВО у Киева нет, хотя возможность встречно бить по нам в глубину существует.

Мы будем наблюдать не столько соревнование кто кого экономически обрушит, сколько кто сильнее выйдет в минус в ходе обмена ударами.