Банки блокируют счета без разбора: как вернуть доступ к своим деньгам

За последнее время в нашей стране резко выросло число блокировок банковских счетов. Эта проблема фактически уже вышла на уровень общественной дискуссии. За последние два года пользователи соцсетей оставили более 81 тыс. сообщений о блокировках счетов, причем их число только за последний год выросло сразу на 93%. В этой связи со стороны общественников и профсоюзов все громче раздаются призывы пересмотреть механизм блокировок банковских счетов. Смогут ли банки остановить мошенников, не лишая при этом обычных людей доступа к их собственным деньгам — в материале «МК».

«Система должна защищать, а не мучить»

О блокировках счетов граждан председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета Торгово-промышленной палаты РФ Тимур Аитов знает не только теоретически. Он сам столкнулся с подобной ситуацией буквально на прошлой неделе. «Перевел 25 000 рублей коллеге по СБП — обычный рабочий перевод — он прошел нормально, — рассказывает эксперт, — Но затем делаю следующий, на 35 000 рублей, тому же получателю, и система блокирует перевод, а следом и доступ к приложению. Войти ни по логину, ни по номеру карты, ни по телефону невозможно. Поехал в офис банка с паспортом. Там сказали, что помочь не могут — дескать, такой порядок, карту надо перевыпустить и попытаться снова, но без гарантий».

Будучи человеком «подкованным», Аитов начал звонить в службу информационной безопасности (ИБ) банка, но не дозвонился. Спустя полчаса, с помощью сотрудников, удалось перевыпустить карту в категории «no name» («безымянную»). Наш герой вошел в приложение банка и снова, уже на глазах сотрудников попробовал перевести своему адресату те же 35 000 рублей. И тут перевод вторично блокируют. Сотрудники банка заранее тоскливо предупредили, что не могут ничего гарантировать, и оказались правы. «Ситуация абсурдная: я в офисе, сотрудники видят меня, телефон у них в руках, приложения открыты, я перевыпустил карту у них на глазах, но они бессильны, — пояснил Аитов. — Служба ИБ сначала открыла доступ к приложению, потом снова заблокировала перевод. Но самое дикое другое: разблокировать карту в офисе невозможно. Ни я, ни сотрудник не смог это сделать. Единственный способ — перевыпуск. Если именную карту выпускать, то нужно ждать три дня, а вариант с неименной мы сразу опробовали и никакого толку».

Отдельного упоминания достойна история с колл-центром. Сотрудники офиса банка знают ключевые фразы, чтобы миновать робота-автоответчика, но разговор с живыми операторами — тоже превратился в кошмар. «Девушка Светлана (без фамилии и табельного номера) заставляет слушать лекцию про злоумышленников, — поделился Аитов. — Всё поверхностно: «опасайтесь фальшивых сотрудников спецслужб». Я объясняю, что сам разъясняю эти темы, ссылаюсь, кстати, на свое свежее интервью в «МК», но она не может поддержать разговор. Работают шаблонно, без энтузиазма, всё формально». Эксперт добавил, что видел, как на форумах топ-менеджеры, в том числе этого банка, рассказывали про цифровую трансформацию, а на деле — тупо не могут разрешить элементарную ситуацию. Система блокирует всё подряд, сотрудники офиса не имеют права голоса. ИБ-система видит угрозу везде, но не умеет отличать реального злоумышленника от своего клиента, сидящего в отделении с паспортом. «Нет человеческого фактора, — добавил Тимур Аитов. — Сотрудники заранее знают, что бессильны».

По данным ЦБ РФ, число хищений через СБП во втором квартале 2026 года — рекордный за всюисторию, превысивший прошлогодний показатель почти втрое. На 25% вырос объем похищенного. «Если система не отличает мошенника от клиента, перевыпустившего карту в офисе на глазах сотрудников, — она не защищает, а мешает, — делает вывод Аитов. —Реальные люди натыкаются на стену, а мошенники знают лазейки. Система должна защищать, а не мучить».

«Светофор» против произвола с блокировками

Наш эксперт Тимур Аитов — далеко не единственный клиент крупного банка, который столкнулся с заморозкой своего счёта в этом году. Судя по статистике, Россия вообще переживает эпидемию блокировок банковских счетов. За два года в сети накопилось свыше 81 тыс. жалоб на это действие. Причем только за последних год их количество выросло сразу на 93%. Именно такие цифры привел один из отраслевых профсоюзов в своем исследовании. На этом фоне не удивительно, что в нашей стране растет объем наличных денег в обращении. Только в апреле 2026-го граждане сняли со своих счетов 607 млрд рублей. В этой связи профсоюзы предложили пересмотреть правила блокировки банковских счетов. Сейчас кредитные организации «рубят сплеча» в подходе к денежным переводам: треть инцидентов списывают на подозрения в мошенничестве, ещё треть — на отмывание доходов, а в каждом шестом эпизоде и вовсе не удосуживаются назвать причину заморозки.

Чтобы остановить этот произвол, по мнению инициаторов, необходимо внедрить для граждан систему оценки рисков «Светофор» по корпоративному образцу. Активисты также настаивают на обязательной маркировке вердиктов, вынесенных искусственным интеллектом, и открытой статистике ошибок.

В Центробанке обращение уже изучают. Глава регулятора Эльвира Набиуллина ещё в конце 2025 года признавала, что в погоне за злоумышленниками система явно «перегнула палку», оставляя периодически законопослушных людей без доступа к их же «кровным» деньгам.

«Участившееся применение банками ограничительных мер обусловлено прежде всего усилением антифрод-регулирования (антимошеннического – «МК»), расширением перечня признаков мошеннических действий и пополнением базы данных подозрительных реквизитов, — утверждает завкафедры мировых финансовых рынков и финтеха РЭУ им. Плеханова Светлана Фрумина. — Однако рост количества жалоб в социальных сетях на 93% я бы не интерпретировала, как аналогичный рост числа заблокированных банковских карт. Официальная статистика Банка России показывает, что в первом полугодии 2026 года в ЦБ поступило 210,9 тыс. жалоб потребителей финансовых услуг и инвесторов, что на 15,7% превышает показатель аналогичного периода 2025-го. Общий рост был обусловлен преимущественно увеличением числа претензий к микрофинансовым организациям, а также к юридическим лицам, обещающим заемщикам списать долги. Но количество жалоб на кредитные организации выросло всего на 2,3%. Я связываю это с усилением мер по противодействию финансовому мошенничеству».

У блокировки карт есть два разнонаправленных эффекта: положительный и отрицательный. Положительный выражается в предотвращении хищений средств аферистами. По данным регулятора, злоумышленникам не удалось совершить 134,16 млн мошеннических операций. Из отрицательного — временная потеря удобного доступа к деньгам и платежам, срыв расчетов, снижение доверия к безналичным операциям, отметила ученый.

«Цифровизация — инструмент, а не цель, — подчеркнул Тимур Аитов. — Система должна помогать клиенту, а не воевать с ним. Крупная корпорация построила антифрод-молот, но для него мы все — гвоздики. Надо сделать так, чтобы система понимала: этот клиент — свой, и не бить по нему молотом».

Борьба щита и кинжала

О том, так ли трудно настроить систему информационной безопасности банков для блокирования мошенников и адекватной работы с добросовестными клиентами, «МК» рассказал независимый эксперт по кибербезопасности Антон Редозубов.

— Почему банки стали чаще блокировать карты?

— Рост блокировок обусловлен сочетанием объективных факторов и усилением регулирования. Объективный фактор — рост числа карт и масштабов мошенничества. Количество выпущенных платёжных карт в России достигло практически 545 млн на начало 2026 года. Это 3,6 карты на человека. Для сравнения: 10 лет назад, в сентябре 2016 года, насчитывалось около 249 млн карт (примерно 1,7 карты на человека, включая младенцев). Банковские карты остаются самым массовым платёжным инструментом, что закономерно привлекает внимание злоумышленников. Рост мошеннических операций подтверждается и статистикой МВД.

Второй фактор, который также нужно учитывать — ужесточение регулирования со стороны ЦБ РФ. С 1 января 2026 года Банк России расширил перечень признаков подозрительных операций с 6 до 12.

— Насколько масштабной стала проблема блокировок и народного недовольства?

— Это отдельный вопрос. Хотя упоминаемые 81 тыс. сообщений в соцсетях за два года выглядят внушительно, в масштабах всей банковской системы это крайне малая доля. Даже если предположить, что о блокировках пишет каждый десятый или сотый, это всё равно тысячные доли процента от общего числа карт. Тем не менее, официальная статистика ЦБ РФ подтверждает рост жалоб: с 34,8 тыс. в 2024 году до 58,1 тыс. в 2025 году по категории «блокировка счета».

— Чем это опасно для людей?

— С точки зрения безопасности пользователей, усиление контроля защищает их от мошеннических схем, и в этом смысле блокировки — вынужденная мера. Я не вижу никакой опасности ни в самих фактах блокировок карт, ни в их количестве. Важно отметить, что российский рынок платёжных карт достиг стадии насыщения: сейчас замедлился темп эмиссии карт, сокращается доля безналичных операций по картам в пользу альтернативных инструментов — СБП, QR-кодов, электронных кошельков. Это означает, что люди не отказываются от безналичных платежей принципиально, а выбирают более удобные каналы.

— А с чем тогда связан рост доли наличных на руках у россиян?

— Он, скорее, говорит о проблемах при оплате из-за недоступности интернета. Это может замедлить процессы цифровизации платежей, хотя рынок карт в целом демонстрирует структурную зрелость и насыщение.

— Что будет дальше? Количество блокировок вырастет или сократится?

— Я ожидаю дальнейшее постепенное снижение числа ложных срабатываний по мере адаптации систем и корректировки регулирования. Назову три фактора, которые будут способствовать снижению.

Во-первых, это реакция ЦБ. Регулятор уже получил и изучает предложения профсоюзов. Предлагается внедрить для физлиц систему оценки рисков «Светофор» по аналогии с бизнесом, маркировать решения, принятые с участием ИИ, и публиковать статистику ошибочных блокировок.

Во-вторых. совершенствование технологий. Системы становятся «умнее» — анализируют комплекс поведенческих факторов (историю операций, устройства входа, местоположение), а не единичные признаки. Эксперты полагают, что банки адаптируют алгоритмы в течение полугода-года, и число ложных срабатываний нормализуется.

В-третьих, законодательные изменения. Президент подписал закон, обязывающий с 2027 года банки раскрывать информацию об условиях денежных переводов и электронных средств платежа. Это повысит прозрачность.

Однако полностью отказываться от жёсткого контроля за переводами банки не будут — это противоречит задачам борьбы с мошенничеством. Скорее всего, мы увидим постепенную оптимизацию: банки научатся лучше отличать реальные мошеннические операции от легитимных, а клиенты получат больше информации о причинах блокировок и процедурах их снятия. Должен быть найден баланс между защитой и удобством.