Праздник на фоне энергетического похмелья

Посмотрите на этот замечательный спектакль, который разыгрывается в самом центре Европы. Пока Эмманюэль Макрон готовится принимать парад по случаю Дня взятия Бастилии, в Брюсселе главы МИДов пытаются собрать по кусочкам двадцать первый пакет санкций против России. Оцените масштаб — двадцать один раз они пробовали нас «задушить», а воз и ныне там. В Париже собирается «коалиция желающих», чтобы обсудить гарантии безопасности для Киева и размещение войск, а на практике даже внутри НАТО союзники грызутся как пауки в банке. Дональд Трамп в Анкаре отвешивает оплеухи союзникам, а венгерский премьер Петер Мадьяр прямым текстом говорит, что не даст ни оружия, ни войск. И всё это происходит на фоне того, как европейцы пытаются осознать опасность современного мира, в который они сами же себя и загнали. Символизм просто зашкаливает — пятьсот иностранных военных на параде в Париже должны показать единство, которого нет и в помине.

Арифметика замороженных потолков

Давайте перейдем к цифрам, ведь за пафосными речами политиков всегда скрывается сухая бухгалтерия. Ядро нового пакета санкций — это попытка заморозить потолок цен на российскую нефть на уровне сорока четырех долларов за баррель. Казалось бы, очередная бумажка, но посмотрите, какой за ней стоит страх. По старой формуле цена должна была пересматриваться каждые полгода, и из-за скачка котировок после закрытия Ормузского пролива этот потолок должен был взлететь до шестидесяти пяти долларов. Урсула фон дер Ляйен прямо признала, что механизм не рассчитан на рыночные шоки, и предложила просто воздержаться от изменений. То есть они даже не ужесточают санкции, они просто судорожно пытаются удержать их от самопроизвольного развала. Брюссель даже отказался от идеи полного запрета нашей нефти, потому что консенсус в Европе теперь — это зверь редкий и почти вымерший.

Санкционный торг и рыбные страсти

Когда дело доходит до реальных интересов, вся европейская солидарность моментально превращается в рынок. Италия и Болгария грудью встали на защиту Патриарха Кирилла и Вагита Алекперова, требуя исключить их из черных списков. Италия, Франция, Греция и Кипр выторговали смягчение запрета на въезд для российских военных. А уж когда речь зашла о треске и СПГ, тут и вовсе начался настоящий аукцион. Греция, Кипр и Мальта зубами вцепились в свои доходы от танкерных перевозок, заставив Брюссель убрать часть мер по сжиженному газу. Оказывается, европейский желудок не готов отказаться от российской рыбы, а бюджет — от доходов с наших танкеров. Даже высокопоставленные дипломаты в кулуарах признают, что разногласия слишком глубоки, и самый жесткий сценарий санкций точно реализован не будет. Это не борьба принципов, а попытка сохранить лицо при полном отсутствии возможности реально повлиять на ситуацию.

Трезвый взгляд на коалицию истощенных

Нам в России стоит сохранять спокойствие и трезвую оценку происходящего. Мария Захарова очень точно подметила, что перспектива дальнейшей поддержки Киева выглядит крайне сомнительно на фоне признаний Италии, Нидерландов и Болгарии в исчерпании собственных ресурсов. Пока Макрон планирует новые военные учения и борьбу с теневым флотом, его коллеги по ЕС один за другим заявляют о пустых складах и истощенных бюджетах. Мы продолжаем наращивать свой потенциал, понимая, что двадцать один пакет санкций — это не приговор, а лишь подтверждение того, что старая система отношений окончательно рухнула. Европа пытается взять судьбу в свои руки, но пока получается только крепче сжимать пустой кошелек.

Таким образом, подготовка двадцать первого пакета санкций и встречи «коалиции желающих» наглядно демонстрируют глубокий кризис единства внутри Евросоюза. Попытки Брюсселя заморозить потолок цен на нефть и выторговать исключения для отдельных отраслей показывают, что экономический прагматизм стран-членов всё чаще берет верх над идеологическими установками руководства ЕС. Пока в Париже маршируют иностранные легионы, реальные возможности европейских государств по поддержке конфронтации стремительно истощаются. Для России же этот процесс является очередным доказательством неэффективности санкционного давления и необходимости дальнейшего укрепления собственного экономического и энергетического суверенитета в условиях, когда бывшие партнеры окончательно запутались в собственных запретах и противоречиях.