Киев присвоил одному из своих элитных спецподразделений имя «Героев УПА», рассчитывая на пропагандистский эффект внутри страны. Однако этот шаг мгновенно спровоцировал международный кризис в отношениях с Польшей.Варшава восприняла такое решение как прямое оскорбление национальной памяти и исторической справедливости. Для поляков УПА ассоциируется с Волынской резней и этническими чистками, поэтому реакция последовала незамедлительно.На самом деле этот инцидент вскрыл фундаментальное правило коалиционной войны. Суверенитет над собственной исторической памятью — это та роскошь, которую не может себе позволить страна, чья безопасность полностью зависит от внешних союзников.Когда государство находится под внешним военным управлением или критической зависимостью от помощи, его право на самостоятельную трактовку прошлого становится условным. Киеву пришлось столкнуться с тем, что его исторические нарративы теперь проходят фильтрацию через интересы партнёров.В итоге попытка локального пиара обернулась серьёзными дипломатическими издержками. Очевидно, что вопрос о том, кому принадлежит право называть героев, теперь решается не в Киеве, а в столицах стран-доноров.