Эксперты назвали причины, по которым цены на нефть продолжат расти
Сделав очередное громоподобное заявление, Дональд Трамп придал ускорение нефтяным котировкам, чей рост доселе сдерживался надеждами на благоприятный исход американо-иранских переговоров в Исламабаде. Стоимость июньских фьючерсов на марку Brent на лондонской бирже ICE Futures вплотную приблизилась к отметке $105 за баррель. Рынки жестоко лихорадит, а эксперты выдают алармистские прогнозы, причем абсолютно обоснованные.
![]()
Как пишет Financial Times со ссылкой на оценки бывших американских дипломатов, анонсированная главой Белого дома блокада Ормузского пролива еще сильнее дестабилизирует мировую энергетическую сферу. Дефицит топлива может стать повсеместной реальностью, а рост нефтяных котировок — незыблемой тенденцией.
Согласно свежей угрозе Трампа, ВМС США будут нещадно задерживать сухогрузы и нефтеналивные танкеры, с которых Иран получил пошлину за проход через Ормузский пролив. Попытки Тегерана атаковать американские корабли будут жестко пресекаться, предупредил президент, подкинув экспертному сообществу новую порцию пищи для размышлений.
«Рынок нефти заложил новую точку отсчёта, — говорит финансовый аналитик, частный инвестор Федор Сидоров. — Марка Brent, которая всего неделю назад опускалась ниже $92 на ожиданиях перемирия, в понедельник прибавила свыше 8% и торгуется снова на уровнях $102-103 за баррель. Причина — не только анонсированная Трампом блокада иранских портов, но и накопившееся структурное напряжение: через Ормузский пролив с конца февраля проходит в лучшем случае несколько десятков судов в день вместо прежних 130. Куда пойдут цены дальше — напрямую зависит от сценариев возобновления судоходства. Если пролив останется фактически закрытым ещё месяц, Brent в среднем превысит $100 до конца года. При более затяжном сценарии можно ожидать $120 в третьем квартале и $115 — в четвёртом. И потолок в $119, достигнутый в марте, в этих рамках выглядит нижней границей нового диапазона. Теперь, когда переговоры в Исламабаде зашли в тупик, а США перешли к военно-морскому давлению, вариант мягкой нормализации выглядит нереалистичным — по крайней мере, в ближайшие недели».
Для мировой экономики риски вполне конкретны, отмечает Сидоров. Саудовская Аравия уже потеряла около 600 тысяч баррелей в сутки добывающих мощностей из-за ударов по инфраструктуре, трубопровод «Восток — Запад» тоже пострадал. Азиатские покупатели — Китай, Индия, Япония, Южная Корея — получали через Ормуз около 75% своего нефтяного импорта. Перенаправить такие объёмы попросту некуда. На этом фоне $100+ за баррель — новая реальность рынка.
«Ситуацию вокруг Ормузского пролива принято описывать через нефтяные котировки, но за скачком цен стоит кое-что более серьёзное — системный сбой в глобальной энергетической логистике, который рынок ещё не успел полностью переварить, — рассуждает предприниматель, глава финтех-платформы SharesPro Денис Астафьев. — С конца февраля пролив работает в режиме «управляемой паузы»: в субботу его прошли всего 17 судов, а теперь американцы закрывают судоходство уже непосредственно для иранских портов. Скачок Brent выше $103 отражает не столько новый факт, сколько исчезновение последней надежды на скорое урегулирование. Всю последнюю неделю переговоры в Исламабаде давали рынку страховку от худшего сценария. Она сгорела в воскресенье, когда Вэнс покинул переговоры без результата».
Параллельно исчерпываются буферные мощности МЭА — экстренные резервы альянса закачивались в рынок с марта. По оценкам аналитиков, если судоходство через пролив не восстановится в ближайшие недели, физический дефицит предложения может расшириться до 10-11 млн баррелей в сутки. Такого не было даже в 1973 году, отмечает Астафьев. Для западной экономики это двойной шок. Нефть тянет за собой газ — европейские фьючерсы прибавили до 18%. При сохранении текущего уровня цен инфляция в США и ЕС снова разворачивается вверх, что связывает руки центральным банкам: сегодня же рынок начал сокращать ставки на снижение ставки ФРС в 2026 году. Потребитель на Западе получает сразу два удара — по топливу и по стоимости кредита.
«Конечно, цены будут расти, а дефицит нефти и нефтепродуктов — усиливаться, — говорит эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. — Провал переговоров в Исламабаде воспринимается как триггер для возобновления боевых действий. Трамп обещает уничтожить в Иране всю инфраструктуру — мосты, газопроводы, электростанции. Тегеран в ответ будет бить по объектам энергетики в Саудовской Аравии, ОАЭ и других странах региона, как он это уже делал. Во-вторых, в случае американской блокады Ормузского пролива иранская нефть в объеме 1,7-2 млн баррелей в сутки перестанет поступать на рынок, точнее, в Китай, который сегодня является чуть ли не единственным её покупателем».
