Киргизия подала в Суд ЕАЭС иск с требованием разъяснить порядок предоставления полиса ОМС для семей трудовых мигрантов. Бишкек считает, что Россия отступает в этом вопросе от ранее достигнутых соглашений. Между тем в самой Киргизии полисы ОМС предоставляются лишь тем трудовым мигрантам из стран ЕАЭС, которые выплачивают социальные взносы, а члены их семей должны приобретать их за свой счет.

27 января председатель Фонда обязательного медицинского страхования (ФОМС) Киргизии Азамат Муканов на заседании комитета Жогорку Кенеша (парламента) по труду, здравоохранению, вопросам женщин и социальным вопросам сообщил, что республика подала в суд ЕАЭС на Россию из-за ее отказа выдавать полисы ОМС членам семей трудовых мигрантов. «Кыргызская сторона подала в суд на российскую сторону, которая не исполняет требования, прописанные в соглашениях ЕАЭС, – заявил он. – Полис ОМС должен выдаваться и на членов семей, работающих в России».

В условиях и без того напряженной миграционной ситуации в РФ и нарастания связанных с ней угроз внутренней безопасности это обращение вызвало широкий общественный резонанс. Уже на следующий день ФОМС Киргизии был вынужден пояснить, что обращение в суд ЕАЭС инициировано Кабинетом министров и подано Центром судебного представительства при республиканском Минюсте. Касается оно разъяснения положений пункта 3 и 4 статьи 98 Договора о ЕАЭС от 29 мая 2014 г. в той его части, которая регулирует доступ к социальному обеспечению, в том числе обязательному медицинскому страхованию для членов семей трудовых мигрантов. В пояснении при этом подчеркивается, что сама Киргизия исполняет свои обязательства в рамках ЕАЭС и обеспечивает трудовым мигрантам из стран Союза доступ к медпомощи в рамках ОМС, согласно Программе государственных гарантий. А обращение в суд ЕАЭС является не чем иным, как «частью диалога в рамках интеграционного объединения».

Напомним, что правила трудовой миграции регулируются статьями 97 и 98 Договора о создании ЕАЭС, который наделяет граждан, входящих в него государств, значительными преимуществами по сравнению с выходцами из прочих стран СНГ. Так, согласно пункту 1 статьи 97 на трудовых мигрантов из стран Союза не распространяются ограничения, связанные с защитой национальных рынков труда. Поэтому им не требуется разрешения на осуществление трудовой деятельности. В соответствии с пунктом 5 той же статьи они могут находиться в принимающем их государстве в течение всего срока действия договора с работодателем, то есть при наличии работы, практически бессрочно. А по истечении срока действия договора в течение 90 дней они имеют право найти другого работодателя и заключить с ним новый договор. Всех этих преимуществ не имеют граждане, например, соседей Киргизии по Средней Азии – Таджикистана и Узбекистана, которые для легальной работы в РФ должны приобретать патент.

Из документов суда по указанному выше делу следует, что рассмотрение иска началось еще осенью прошлого года. Заявление Центра судебного представительства при Минюсте Киргизии было направлено в Суд ЕАЭС киргизским посольством в Белоруссии (Суд ЕАЭС находится в Минске) 20 октября прошлого года и первоначально не было принято в связи с тем, что оно не содержало подписи уполномоченного лица. После устранения этого недостатка 26 ноября заявление было принято судом к рассмотрению. Заявитель, ссылаясь на пункты 3 и 4 статьи 98 Договора о создании ЕАЭС, а также на приложение № 30, регулирующее вопросы оказания медицинской помощи трудовым мигрантам, просит суд дать консультативное заключение по вопросу о том, должны ли государства-члены Союза обеспечить членам семей трудовых мигрантов доступ к обязательному медицинскому страхованию, равный собственным гражданам.

Вопросы социального обеспечения трудовых мигрантов регулирует 98-я статья договора, согласно 3-му пункту которой оно осуществляется на тех же условиях, что и для граждан принимающего государства. Но под социальным страхованием, как поясняют юристы, в данном случае имеется в виду не медицинская помощь, которая оговаривается в договоре отдельно, а оплата больничных, компенсация за травмы на производстве и т. п. Предоставление медицинской помощи в экстренной, неотложной и иных формах регулируется приложением к договору № 30, законами принимающей страны и заключенными ею международными договорами. Приложение представляет собой протокол об оказании медпомощи, который и определяет правила её оказания. 4-й пункт протокола гласит, что принимающие трудовых мигрантов государства ЕАЭС бесплатно оказывают им и членам их семей наравне со своими собственными гражданами медпомощь только в экстренной и неотложной формах.

Оплачивается неотложная медпомощь за счет государственного бюджета принимающего государства, и предъявления полиса или иных страховых документов она не требует. Если же после оказания экстренной помощи и устранения угрозы жизни пациенту требуется дополнительное лечение, то он оплачивает его самостоятельно. То есть Договор о создании ЕАЭС не только не предусматривает обязанности страны, в которой работает трудовой мигрант, бесплатно обеспечивать членов его семьи наравне с собственными гражданами полисами ОМС, но и не наделяет таким правом его самого. Если следовать договору, то мигранту полагается только экстренная медицинская помощь, а все остальные медицинские услуги оказываются на платной основе. В том случае, если пациенту потребуется медицинская эвакуация в страну постоянного проживания, то оплачивается она по договору за счет бюджетных средств этого государства.

На включение трудовых мигрантов из стран ЕАЭС в систему ОМС, как отмечают юристы, Россия пошла добровольно с целью создать на рынке труда «единое цивилизованное пространство». В соответствии с пунктом 52 приказа Минздрава России № 496н от 21.08.2025 «Об утверждении правил обязательного медицинского страхования» трудовым мигрантам из стран ЕАЭС полис ОМС оформляется со сроком действия до конца текущего календарного года, но не более срока действия их трудового договора. О членах семей трудовых мигрантов в приказе ничего не сказано. А это значит, что никаких обязательство по их оформлению Россия ни по Договору о ЕАЭС, ни в рамках внутренних (подзаконных) правовых актов на себя не брала.

Иначе говоря, Киргизия требует предоставить членам семей трудовых мигрантов медпомощь в рамках ОМС, которую Россия в добровольном порядке предоставила ее гражданам в рамках Евразийского союза с тем, чтобы сделать его более привлекательным.

В истории с обращением Киргизии в Суд ЕАЭС самое интересное то, что сама она членам семей граждан стран Союза, которые работают на ее территории, полисы ОМС не предоставляет, а предлагает приобретать за собственные деньги. Пресс-служба киргизского ФОМС в связи с этим еще пару лет тому назад поясняла, что трудовые мигранты из государств ЕАЭС и члены их семей действительно имеют право получать медицинские услуги на тех же условиях и в том же объеме, что и граждане самой Киргизии. Но при этом трудовые мигранты должны быть официально трудоустроены и отчислять в бюджет социальные взносы, как это они обязаны делать и в России. А вот члены их семей должны приобретать полис ОМС самостоятельно. Не застрахованные по ОМС граждане стран Союза должны оплачивать медицинские услуги по прейскуранту для иностранцев. Правда, стоимость полиса для граждан стран ЕАЭС заметно ниже: на 2024 г. он стоил 1840 сомов, тогда как для иных категорий иностранцев – 11910 сомов.

Получается, что Киргизия настаивает на предоставлении членам семей своих трудовых мигрантов в России бесплатного полиса ОМС в условиях, когда сама она бесплатно его не выдает и требует приобретать за собственный счет. В такой ситуации логично было бы показать пример и вначале самим начать предоставлять такую медпомощь членам семей трудовых мигрантов бесплатно, настаивая впоследствии на взаимных шагах со стороны России. Тем более что расходы бюджета Киргизии на эти цели окажутся несоизмеримо меньше. Иначе требования к РФ выглядят не только совершенно нелогичными, но и неоправданными.

Впрочем, Суд ЕАЭС в любом случае выдаст лишь консультативное заключение, которое будет лишь разъяснять порядок толкования договора. К тому же решение суда, по прогнозам экспертов, которые базируются, прежде всего, на тексте самого договора, скорее всего, будет не в пользу Киргизии.