Комментарии участников:
«Правый сектор» — именно такая структура: его ряды в дни «евромайдана» были созданы из самых различных группировок, начиная от шаек фашиствующих футбольных хулиганов «ультрас» и заканчивая весьма маститыми «ветеранами» украинского политикума вроде УНА-УНСО. Как видим, опыт и конспирации, и уличной герильи, и боевых действий у этих бойцов имеется.
Но, самое главное — это сторонники и симпатизирующие. Уже упоминалась реакция украинских социальных сетей и части военных: это означает, что пособники «правосеков» есть не только в массе рядовых обывателей, но и среди занимающих важные должности в гражданском и силовом блоках государственного аппарата всех уровней.
Даже если хунта и «фюрер» Дмытро Ярош пойдут на взаимный компромисс, то можно с уверенностью сказать, что он будет не просто временным и хрупким, но будет использован «Правым сектором» для укрепления своих позиций. А если хунта решится на разгон неонацистов, то сложится ситуация, подобная той, что имела место в Петрограде в июле 1917 года.
Как мы знаем, тогда Временному правительству удалось взять верх, а значительная часть большевиков перешла на нелегальное положение, в частности — Ленин скрывался в Разливе. Но уже к октябрю ситуация резко поменялась и, в значительной мере, благодаря грамотно построенной линии руководства в РСДРП(б).
Поэтому если «Правый сектор» проведёт остаток лета на площадях и в рассеянных по лесам полевых тренировочных лагерях, то уже к осени, когда обострятся противоречия в украинском обществе, он сумеет накачать необходимые «мускулы» для дальнейших действий. И тогда Пётр Алексеевич имеет очень неплохие шансы услышать в свой адрес: «Которые тут временные? Слазь!»
не думаю, что правосеки как-то смогут раскачаться. Одно дело, когда тебя поддерживает хоть кто-то, и другое — остаться самому по себе.
Imho, если они хотят уцелеть, то единственный вариант — рассосаться.
Imho, если они хотят уцелеть, то единственный вариант — рассосаться.



