Накануне заката: cравнение Евросоюза с Римской империей
отметили
14
человека
в архиве

Хотя многие люди, которые иногда занимаются серьезным изучением истории, не хотят этого признать — исторические параллели существуют.
А самое потрясающее заключается в том, что на их примере можно извлечь кое-какие уроки: военные кампании против России, к примеру, никогда нельзя было назвать хорошей идеей.
Алчность не является достойной вещью, поскольку она разрушает инфраструктуру, систему здравоохранения или даже целые армии. Ведь рынки не регулируют сами все то, что следовало бы регулировать с помощью экономики.
Если при распределении доходов, полученных народными хозяйствами, возникают слишком большие различия и, соответственно, несправедливости, то внутреннее спокойствие в обществе быстро улетучивается, а возникшее напряжение иногда реализуется в крайне деструктивной социальной борьбе.
Подобных примеров можно было бы, наверное, привести десятки.
Часто наблюдаемый в истории феномен
Несколько более дифференцированными являются исторические параллели, которые представил в своей новой книге «На пути в империю» (Auf dem Weg ins Imperium) преподающий в настоящее время в Брюсселе специалист в области древней истории Давид Энгельс (David Engels).
Он сравнивает позднереспубликанский Рим с Европейским Союзом и находит общие для них симптомы кризиса.
В центре его исследования, несомненно, находится, подходящий в данном случае и часто наблюдаемый в истории феномен: если какое-то сообщество теряет свою особую культурную идентичность, то тогда его сплоченность подвергается опасности.
Если, к тому же, такое сообщество перестает интересоваться ценностями, отличающими его от других сообществ, то оно неизбежно приходит в упадок.
Более поздним историкам оно служит лишь в качестве загадки: каким образом так легко смогла разрушиться великая культура?
Исторические примеры подобного стечения обстоятельств найти совсем не трудно. Так, например, классические Афины смогли защитить себя от натиска Персидской империи лишь потому, что его общество умело само заботиться о своих богах, о своем происхождении и о своих ценностях, а позднее ему удалось эту мощную внутреннюю сплоченность использовать даже для создания собственной империи.
В Галлии в V веке, а также в других частях Римской империи (Imperium Romanum) никто уже не хотел серьезно заниматься вопросами, связанными с общностью в широком смысле, и это неизбежно привело к развалу ее западной составляющей.
В своем известном списке разнообразных причин падения Римской империи Александр Демандт (Alexander Demandt) в свое время привел более 200 версий, среди которых бани, гастрономия и нацеленность на получение ренты (Rentnergesinnung) играли, скорее, маргинальную роль.
Культурное нивелирование и индивидуализация, а также культурный невроз, греческие влияния и паралич воли, напротив, являются теми ключевыми словами, которые уже, несомненно, очень близко подходят к идее относительно потери культурной идентичности.
А самое потрясающее заключается в том, что на их примере можно извлечь кое-какие уроки: военные кампании против России, к примеру, никогда нельзя было назвать хорошей идеей.
Алчность не является достойной вещью, поскольку она разрушает инфраструктуру, систему здравоохранения или даже целые армии. Ведь рынки не регулируют сами все то, что следовало бы регулировать с помощью экономики.
Если при распределении доходов, полученных народными хозяйствами, возникают слишком большие различия и, соответственно, несправедливости, то внутреннее спокойствие в обществе быстро улетучивается, а возникшее напряжение иногда реализуется в крайне деструктивной социальной борьбе.
Подобных примеров можно было бы, наверное, привести десятки.
Часто наблюдаемый в истории феномен
Несколько более дифференцированными являются исторические параллели, которые представил в своей новой книге «На пути в империю» (Auf dem Weg ins Imperium) преподающий в настоящее время в Брюсселе специалист в области древней истории Давид Энгельс (David Engels).
Он сравнивает позднереспубликанский Рим с Европейским Союзом и находит общие для них симптомы кризиса.
В центре его исследования, несомненно, находится, подходящий в данном случае и часто наблюдаемый в истории феномен: если какое-то сообщество теряет свою особую культурную идентичность, то тогда его сплоченность подвергается опасности.
Если, к тому же, такое сообщество перестает интересоваться ценностями, отличающими его от других сообществ, то оно неизбежно приходит в упадок.
Более поздним историкам оно служит лишь в качестве загадки: каким образом так легко смогла разрушиться великая культура?
Исторические примеры подобного стечения обстоятельств найти совсем не трудно. Так, например, классические Афины смогли защитить себя от натиска Персидской империи лишь потому, что его общество умело само заботиться о своих богах, о своем происхождении и о своих ценностях, а позднее ему удалось эту мощную внутреннюю сплоченность использовать даже для создания собственной империи.
В Галлии в V веке, а также в других частях Римской империи (Imperium Romanum) никто уже не хотел серьезно заниматься вопросами, связанными с общностью в широком смысле, и это неизбежно привело к развалу ее западной составляющей.
В своем известном списке разнообразных причин падения Римской империи Александр Демандт (Alexander Demandt) в свое время привел более 200 версий, среди которых бани, гастрономия и нацеленность на получение ренты (Rentnergesinnung) играли, скорее, маргинальную роль.
Культурное нивелирование и индивидуализация, а также культурный невроз, греческие влияния и паралич воли, напротив, являются теми ключевыми словами, которые уже, несомненно, очень близко подходят к идее относительно потери культурной идентичности.
Добавил
vceok 7 Января 2015
нет комментариев
проблема (2)
Комментарии участников:
Ни одного комментария пока не добавлено
