источник: rusplt.ru

На протяжении столетий торговля мехом приносила властям Руси сверхдоходы, сопоставимые по значению с современным нефте-газовым экспортом
Вплоть до XVIII столетия Россия не имела собственных источников золота и серебра, не обладала она ни избытками других металлов, ни достаточным количеством ремесленников, способных обеспечить массовый экспорт товаров за рубеж. Поэтому на протяжении почти тысячелетия страна поставляла на внешний рынок натуральное сырье, прежде всего разнообразную пушнину. Торговля мехом приносила властям древней Руси и Московского государства сверхдоходы, сопоставимые по значению с современным нефтегазовым экспортом.

«Главное богатство их составляет мех..»

В конце первого тысячелетия территория Руси представляла собой по сути сплошные леса, густо заселенные редкими животными с ценным мехом, вроде рыси или соболя. Даже сегодня в центре европейской части России, на севере Украины и в Белоруссии, немало бобров, не говоря уже о живности с мехом попроще — вроде выдр или белок. Тысячу лет назад эти русские земли были почти неисчерпаемым источником меха.

Напомним, что до XX века, до эпохи массового распространения хлопка, а затем синтетики, меха в Европе и Азии были единственным материалом для изготовления по-настоящему теплой одежды. К тому же наиболее красивые меха были предметом престижного потребления, наравне с драгоценными металлами и ювелирными изделиями. Поэтому на протяжении многих веков Русь широко экспортировала на Восток и Запад свой самый массовый ценный товар — пушнину, разнообразные меха.

Одна из первых датированных записей в древнейшей русской летописи «Повести временных лет» сообщает, что в 883 году князь Олег Вещий «воевал» племя древлян, «примучив» их платить дань «черной куной» (куницей). Древляне обитали в лесах между Днепром и Припятью, и тысячу лет назад этот регион еще был богат куницами, чей мех считался третьим по ценности после соболиного и чернобурых лисиц.
В дальнейшем практически вся внешняя торговля пушниной обеспечивалась таким внеэкономическим принуждением. Поначалу открытый военный грабеж сменил систематический меховой рэкет, когда князья, объезжая подчиненные территории (летописное «полюдье»), собирали с них незамысловатые плоды примитивного сельского хозяйства и разнообразные меха. Постепенно князья Киева сосредоточили в своих руках сбор меховой дани со всей Руси и контроль за главными торговыми путями, по которым перемещались экспортные товары, в первую очередь все те же меха.

Профессор В.В.Мавродин, один из ведущих исследователей Киевской Руси среди историков XX века, так описывал сведения о меховым экспорте тысячелетней давности: «Мехами торговали русские в Константинополе, столице Византии, в странах мусульманского Востока, в горах побережья моря Джурджана (Каспийского моря), в далеком Багдаде и Хорезме, в странах христианского Запада, в Праге и Раффельштеттене, Регенсбурге и Линце, Эннсе и Ратиборе…