Тюремные признания американца, который отправился в Москву — и все потерял.

Позвольте представиться. Самое важное для этой истории то, что я являюсь заключенным калифорнийской федеральной тюремной колонии обычного режима, куда меня засунули на 50 месяцев. В течение 11 лет до того, как очутиться здесь, я жил и работал в Москве в качестве адвоката у олигархов — тех самых невероятно богатых и коррумпированных российских бизнесменов с миллиардными состояниями, которые возникли подобно сфинксам из пепла Советского Союза, а потом начали процветать в окружающем российского президента Владимира Путина безнравственном мире (а иногда выпадать из него).

Как-то раз (в октябре 2001 года, если говорить точнее), окончив юридический факультет Колумбийского университета и проведя несколько лет на каторжной работе в нью-йоркских юридических фирмах, я вместе со своей женой отправился из Нью-Йорка на Дикий Восток — в Россию. Я не просто сбежал от пыли и нью-йоркских развалин после 11 сентября; я искал богатства, а то и славы в хаосе постсоветской России. Но на поездку туда меня вдохновило нечто большее, чем долларовые купюры. До юридического факультета я прожил там год, работая идеалистическим исследователем демократических институтов в Московском центре Карнеги. Именно там, организуя конференции с Михаилом Горбачевым, Борисом Ельциным и прочими российскими знаменитостями, я познакомился со своей русской женой.

Так что на этот шаг меня в значительной степени воодушевил мой — осмелюсь сказать — идеализм, мечта о едином мире, о союзе долгое время разделенных народов и стран, о великом процветании демократии. Я ошибался? Может быть. Парил в облаках? В свете последующих событий именно так оно и было. Но в то время я по-настоящему верил, что развитие России обещает ей расцвет демократии, либерализм и единение с Западом в великом и счастливом альянсе. Я думал, что смогу внести свою небольшую лепту и помочь Западу соединиться с Востоком на обширном международном игровом поле бизнеса и коммерции.

Теперь все это ушло, как и мое личное стремление к богатству и славе. Сегодня в тюрьме не только я, но и россияне. В тюрьме Владимира Путина.

Я признаю, что в нынешнюю эпоху российского недовольства, вторжений на Украину и внутренних репрессий мои прежние устремления кажутся безнадежно наивными. На самом деле, к тому времени как я в середине 2000-х вступил в союз с моим первым олигархом, представляя интересы его и ему подобных, и заключая их в защитные объятия западной юридической фирмы, предупреждение звучало уже довольно громко. Я просто не обратил на него внимания. Оказавшись на новой должности у этого первого олигарха, я внезапно оказался в западне спрятавшегося за занавесом чародея, внешнего лоска красивых слов и словесной поддержки демократии.

Свое решение я оправдывал практическими соображениями. Олигархи заставили вращаться русский мир, так почему бы не присоединиться к ним и не влиять на ход событий изнутри, помогая им делать не только плохое, но и хорошее? Но кро…