Поведение, которое нас часто возмущает, – соплеменника надо поддерживать, прав он или нет, – имеет очень глубокие корни, и мы сами к нему склонны.

Мы только (как это отмечают исследователи) проявляем эту склонность немного более изысканно – фильтруем информацию таким образом, чтобы в выстроенной нами картине мира «наши» были всегда правы. «Наши» – это необязательно соплеменники, тут возможны самые разные варианты – политические единомышленники, «либералы», «патриоты», «консерваторы», «западники» или вообще любая группа, к которой мы себя причисляем.

Вся полемика, которую можно наблюдать в интернете, – ну, не вся, а процентов 95% – не имеет никакого отношения к попытке кого-то в чем-то убедить или повести информационную войну, как-то повлияв на мнение собеседника.

С точки зрения пропаганды то, что пишут люди в сети, чудовищно контрпродуктивно. Но это и не пропаганда. Это энергичная декларация: «Я – лояльный член группы! Я – свой! Не бейте меня! Пустите меня к костру! Поделитесь со мной орехами!»

При этом, конечно, простейший способ заявить о своей лояльности группе – это выразить ненависть к ее врагам. Сказать «О, как я люблю прекрасные танцы рыбоедов в праздник Великого Карася!» – вяло как-то. Нет драйва. А вот воскликнуть «Рыбоеды! Сокрушим проклятых мясоедов!» – сразу понятно, что это речь верного рыбоеда, достойного быть допущенным к котлу и к самкам нашего стада. Группы так и формируются – через обозначение врага, которого надо поднять на ножи и вообще уничтожить.

И тут человек, который не хочет никого резать, навлекает на себя тяжкие подозрения – а истинный ли он рыбоед? Не подослан ли он проклятыми мясоедами? Может быть, он вообще – выскажем ему это в лицо – грязный, презренный клубнеед?