Комментарии участников:
Также в пятницу нефтяная компания распространила заявление ее президента Игоря Сечина в отчете за первое полугодие. «Вместе с нашими партнерами — ведущими нефтяными компаниями мира — мы работаем над планом минимизации последствий включения «Роснефти» в санкционные списки», — заявил Сечин. Американский партнер компании — ExxonMobil также изучает эффект санкций. «Мы в процессе оценки воздействия санкций», — ответил РБК по электронной почте представитель ExxonMobil. От дальнейших комментариев он отказался.
Запрет на технику
На этой неделе Евросоюз может ввести запрет на экспорт в Россию высокотехнологичной продукции для энергетической промышленности. В случае введения этих мер больше всего пострадают «Газпром» и «Роснефть», которым необходимы западные технологии для добычи на арктическом шельфе. Под угрозой окажутся проекты по разработке трудноизвлекаемых запасов и сланцевой нефти, предупреждают эксперты.
В этом случае суммарная добыча нефти может снизиться на 5–10%, или на 26–52 млн т в год, подсчитал исполнительный директор кластера энергоэффективных технологий фонда «Сколково» Николай Грачев.
По данным Минэнерго и Минпромторга, 25% оборудования, используемого в нефтегазовой отрасли, приобретается российскими компаниями за рубежом. Еврокомиссия, по данным The Financial Times, может ограничить его экспорт в рамках запрета на поставку в Россию «особо важных технологий». По подсчетам FT, европейские производители и поставщики потеряют от запрета не более 150 млн евро в год. Россия ощутит негативные последствия от санкций по прошествии нескольких лет.
Видимо, об этом говорил министр энергетики Александр Новак 4 июня на президентской комиссии по ТЭК. «Особого внимания требует решение проблемы импортозамещения, так как в настоящее время в целом ряде сегментов российский ТЭК сильно зависит от иностранных технологий, оборудования, комплектующих и материалов», — предупреждал собравшихся министр.
Особо Новак отметил отсутствие в стране равноценных аналогов оборудования для работы на месторождениях с трудноизвлекаемыми запасами. Без участия иностранных нефтесервисных компаний возникнут проблемы при работе с трудноизвлекаемыми запасами, высокотехнологичными скважинами (горизонтальное бурение), при добыче сланцевой нефти. В этих сегментах доля иностранных технологий превышает 80–90%, приводит экспертную оценку Грачев.
В зоне риска оказывается не только добыча, но и разведка новых месторождений. Здесь проблемы возникнут после 2018 года. Исполнительный вице-президент геологоразведочной компании IGSS Денис Чередниченко говорит, что почувствуют проблемы примерно через пять лет, когда имеющееся оборудование придет в негодность. «Для сейсмики запрет на экспорт в Россию технологий — это плохо, — говорит он. — Аналогов импортному оборудованию у нас нет, а моментально наладить его производство не получится, тем более что инвестиции в геологоразведку сейчас крайне малы — нет спроса потребителей».
«В краткосрочной перспективе негативного влияния на отрасль запрет на экспорт технологий (США и ЕС. — РБК) не окажет», — заявил сотрудник пресс-службы Министерства энергетики. Но в среднесрочной перспективе потери будут заметными. Запасы углеводородов, которых Россия не сможет «распечатать» в результате очередной волны санкций, оцениваются в 8,2 трлн долл., подсчитали эксперты Bloomberg. Более всего Россия зависит от поставок современного оборудования для бурения горизонтальных скважин, а также внедрения технологий гидроразрыва пласта.
Импортозамещение в Китае
Если Еврокомиссия введет технологические санкции, а США будут последовательны в изоляции сотрудничества с Россией, единственным выходом станет покупка оборудования в Китае, отмечает Чередниченко. Многие нефтесервисные компании уже сейчас используют оборудование из Китая, говорит председатель совета директоров «РУ-Энерджи Групп» Азад Бабаев. «Оно ни в чем не уступает американским аналогам, а по цене гораздо выгоднее», — утверждает он.
«Это может стать стимулом к поддержанию программ по импортозамещению. И это слово на напряженном геополитическом фоне может наконец то приобрести свое значение и перестать быть пустым звуком для профильных чиновников и госкорпораций», — говорит бизнесмен из нефтесервиса. Примерная годовая выручка Halliburton в России — 0,5 млрд долл. Аналогичный показатель у Baker Hughes. Schlumberger зарабатывает здесь примерно 3 млрд долл., Weatherford (компанию покупает «Роснефть») — около 1 млрд долл. Часть бюджетов Halliburton достанется ее российским конкурентам, часть — поделят американские.
Часть подрядчиков из США начали загодя готовить запасные варианты для работы в России. Schlumberger в этом году открыли московский научно-исследовательский центр «Шлюмберже». Минэнерго намерено оказывать поддержку компаниям по расширению деятельности в России, говорит сотрудник Минэнерго.
По словам аналитика Sberbank CIB Валерия Нестерова, влияние новых санкций в сфере российской нефтегазовой отрасли зависит от широты и продолжительности их действия. «Сама Европа не заинтересована в ограничении поставок энергоносителей из России. Это касается и нефти, и газа. Поэтому когда в результате санкций объемы добычи углеводородов в России уменьшатся, прежде всего пострадает европейский потребитель», — заключил аналитик.
Нефтяники комментировать возможные санкции ЕС отказались, сославшись на то, что документ Еврокомиссии еще не утвержден. В «Газпроме», ЛУКОЙЛе, «Башнефти» и «Газпром нефти» отказались от комментариев. «Роснефть» не смогла оперативно предоставить комментарий.
Справка:
В одной лодке с «Роснефтью»
Для разработки шельфовых проектов «Роснефть» привлекла экспертизу ExxonMobil, Eni, Statoil.
Совместно с ExxonMobil во второй половине 2014 года компания намерена начать бурение горизонтальных скважин на месторождении Баженовской свиты, говорится в материалах презентации компании по итогам отчета по МСФО за первый квартал.
В сфере трейдинга у «Роснефти» заключен контракт с BP Oil Int. о поставках нефтепродуктов до 12 млн т в течение пяти лет с возможностью замещения нефтью на условиях предоплаты в 2 млрд долл.
Действует контракт с венесуэльской PDVSA о покупке 66,5 млн барр. нефти и нефтепродуктов на условиях предоплаты (2 млрд долл.).
Во втором полугодии «Роснефть» планирует продлевать контракты с Maersk, CMA CGM, а также заключать договоры с Sakhalin Energy, Hyundai, NYK (Япония, судоходная компания), K-Line (Америка, трейдинговая компания), MOL (Венгрия, нефтегазовая компания), Evergreen (Тайвань, судоходная и транспортная компания) на Дальнем Востоке.
Тринадцать лет Halliburton в России
Halliburton работает в России с 1991 года. Специализируется на обслуживании месторождений в Западной Сибири. Среди ее заказчиков — крупнейшие российские компании: «Газпром», «Газпром нефть», «Роснефть» и ЛУКОЙЛ. Компания производит оборудование для бурения, проводит обслуживание трубопроводов, резервуарных парков, занимается разработкой IT-программ для оптимизации добычи.
В России у нее развернуты производства в восьми регионах. Самая крупная база компании находится в Нижневартовске. Генеральный директор российского филиала — Константин Шилин, офис — в Москве. Штат в России — около 2500 человек.
Запрет на технику
На этой неделе Евросоюз может ввести запрет на экспорт в Россию высокотехнологичной продукции для энергетической промышленности. В случае введения этих мер больше всего пострадают «Газпром» и «Роснефть», которым необходимы западные технологии для добычи на арктическом шельфе. Под угрозой окажутся проекты по разработке трудноизвлекаемых запасов и сланцевой нефти, предупреждают эксперты.
В этом случае суммарная добыча нефти может снизиться на 5–10%, или на 26–52 млн т в год, подсчитал исполнительный директор кластера энергоэффективных технологий фонда «Сколково» Николай Грачев.
По данным Минэнерго и Минпромторга, 25% оборудования, используемого в нефтегазовой отрасли, приобретается российскими компаниями за рубежом. Еврокомиссия, по данным The Financial Times, может ограничить его экспорт в рамках запрета на поставку в Россию «особо важных технологий». По подсчетам FT, европейские производители и поставщики потеряют от запрета не более 150 млн евро в год. Россия ощутит негативные последствия от санкций по прошествии нескольких лет.
Видимо, об этом говорил министр энергетики Александр Новак 4 июня на президентской комиссии по ТЭК. «Особого внимания требует решение проблемы импортозамещения, так как в настоящее время в целом ряде сегментов российский ТЭК сильно зависит от иностранных технологий, оборудования, комплектующих и материалов», — предупреждал собравшихся министр.
Особо Новак отметил отсутствие в стране равноценных аналогов оборудования для работы на месторождениях с трудноизвлекаемыми запасами. Без участия иностранных нефтесервисных компаний возникнут проблемы при работе с трудноизвлекаемыми запасами, высокотехнологичными скважинами (горизонтальное бурение), при добыче сланцевой нефти. В этих сегментах доля иностранных технологий превышает 80–90%, приводит экспертную оценку Грачев.
В зоне риска оказывается не только добыча, но и разведка новых месторождений. Здесь проблемы возникнут после 2018 года. Исполнительный вице-президент геологоразведочной компании IGSS Денис Чередниченко говорит, что почувствуют проблемы примерно через пять лет, когда имеющееся оборудование придет в негодность. «Для сейсмики запрет на экспорт в Россию технологий — это плохо, — говорит он. — Аналогов импортному оборудованию у нас нет, а моментально наладить его производство не получится, тем более что инвестиции в геологоразведку сейчас крайне малы — нет спроса потребителей».
«В краткосрочной перспективе негативного влияния на отрасль запрет на экспорт технологий (США и ЕС. — РБК) не окажет», — заявил сотрудник пресс-службы Министерства энергетики. Но в среднесрочной перспективе потери будут заметными. Запасы углеводородов, которых Россия не сможет «распечатать» в результате очередной волны санкций, оцениваются в 8,2 трлн долл., подсчитали эксперты Bloomberg. Более всего Россия зависит от поставок современного оборудования для бурения горизонтальных скважин, а также внедрения технологий гидроразрыва пласта.
Импортозамещение в Китае
Если Еврокомиссия введет технологические санкции, а США будут последовательны в изоляции сотрудничества с Россией, единственным выходом станет покупка оборудования в Китае, отмечает Чередниченко. Многие нефтесервисные компании уже сейчас используют оборудование из Китая, говорит председатель совета директоров «РУ-Энерджи Групп» Азад Бабаев. «Оно ни в чем не уступает американским аналогам, а по цене гораздо выгоднее», — утверждает он.
«Это может стать стимулом к поддержанию программ по импортозамещению. И это слово на напряженном геополитическом фоне может наконец то приобрести свое значение и перестать быть пустым звуком для профильных чиновников и госкорпораций», — говорит бизнесмен из нефтесервиса. Примерная годовая выручка Halliburton в России — 0,5 млрд долл. Аналогичный показатель у Baker Hughes. Schlumberger зарабатывает здесь примерно 3 млрд долл., Weatherford (компанию покупает «Роснефть») — около 1 млрд долл. Часть бюджетов Halliburton достанется ее российским конкурентам, часть — поделят американские.
Часть подрядчиков из США начали загодя готовить запасные варианты для работы в России. Schlumberger в этом году открыли московский научно-исследовательский центр «Шлюмберже». Минэнерго намерено оказывать поддержку компаниям по расширению деятельности в России, говорит сотрудник Минэнерго.
По словам аналитика Sberbank CIB Валерия Нестерова, влияние новых санкций в сфере российской нефтегазовой отрасли зависит от широты и продолжительности их действия. «Сама Европа не заинтересована в ограничении поставок энергоносителей из России. Это касается и нефти, и газа. Поэтому когда в результате санкций объемы добычи углеводородов в России уменьшатся, прежде всего пострадает европейский потребитель», — заключил аналитик.
Нефтяники комментировать возможные санкции ЕС отказались, сославшись на то, что документ Еврокомиссии еще не утвержден. В «Газпроме», ЛУКОЙЛе, «Башнефти» и «Газпром нефти» отказались от комментариев. «Роснефть» не смогла оперативно предоставить комментарий.
Справка:
В одной лодке с «Роснефтью»
Для разработки шельфовых проектов «Роснефть» привлекла экспертизу ExxonMobil, Eni, Statoil.
Совместно с ExxonMobil во второй половине 2014 года компания намерена начать бурение горизонтальных скважин на месторождении Баженовской свиты, говорится в материалах презентации компании по итогам отчета по МСФО за первый квартал.
В сфере трейдинга у «Роснефти» заключен контракт с BP Oil Int. о поставках нефтепродуктов до 12 млн т в течение пяти лет с возможностью замещения нефтью на условиях предоплаты в 2 млрд долл.
Действует контракт с венесуэльской PDVSA о покупке 66,5 млн барр. нефти и нефтепродуктов на условиях предоплаты (2 млрд долл.).
Во втором полугодии «Роснефть» планирует продлевать контракты с Maersk, CMA CGM, а также заключать договоры с Sakhalin Energy, Hyundai, NYK (Япония, судоходная компания), K-Line (Америка, трейдинговая компания), MOL (Венгрия, нефтегазовая компания), Evergreen (Тайвань, судоходная и транспортная компания) на Дальнем Востоке.
Тринадцать лет Halliburton в России
Halliburton работает в России с 1991 года. Специализируется на обслуживании месторождений в Западной Сибири. Среди ее заказчиков — крупнейшие российские компании: «Газпром», «Газпром нефть», «Роснефть» и ЛУКОЙЛ. Компания производит оборудование для бурения, проводит обслуживание трубопроводов, резервуарных парков, занимается разработкой IT-программ для оптимизации добычи.
В России у нее развернуты производства в восьми регионах. Самая крупная база компании находится в Нижневартовске. Генеральный директор российского филиала — Константин Шилин, офис — в Москве. Штат в России — около 2500 человек.
