"Господин премьер (Чехии Богуслав Соботка) готов поручить министру внутренних дел и, возможно, министру иностранных дел, заняться этим вопросом и подготовить проект конкретного решения, чтобы Чехия могла помочь нашим соотечественникам на Украине", — сказал Гамачек журналистам после встречи с председателем Общества волынских чехов в Житомирской области Украины Эммой Снидевич.

Спикер Палаты депутатов парламента Чехии обсудил в Праге со Снидевич ситуацию с чешским национальным меньшинством на Украине, а также развитие политической и экономической ситуации на Украине. Председатель Общества волынских чехов сообщила, что около 40 семей волынских чехов уже официально обратились к чешским властям с просьбой о репатриации.

По словам Снидевич, криминогенная ситуация на Украине за последние недели резко ухудшилась. «Мы боимся за свою жизнь, свои семьи, своих сыновей. Ситуация каждый день ухудшается», — рассказала она.

«Каждый день что-то происходит, нам не к кому обратиться. Появляются бандиты, которые говорят, что „мы из Самообороны“, милиция бездействует», — сказала Председатель общества волынских чехов.

По словам Гамачека, Чехия должна предложить волынским чехам вариант репатриации как можно быстрее. В настоящее время на территории Украины проживает около 20 тысяч этнических чехов, отмечает ЧТК.

Удачных всем выходных

Собственно, то, что я хочу сейчас сказать, говорить, в общем-то, не надо — это очевидно. Все мы взрослые люди, все мы в состоянии общаться на человеческом языке. С теми, кто не в состоянии — не общаемся. Пока не подрастут. Но соцсети такая штука, что еще раз проартикулировать некоторые моменты лишним не будет.

Есть вещи, которые о cебе можно говорить только самим. Например, когда человек говорит: «я не могу заработать денег», или «я не могу создать семью» — это разговор. Если человек говорит: «Да ты даже денег заработать не можешь!» или «да ты даже не можешь создать семью» — это оскорбление.

Я понимаю состояние моих украинских френдов. Я понимаю озлобленность и раздраженность, когда соседняя страна оккупирует твою территорию. Это нормально. Это обычные человеческие эмоции.

Поверьте, мне сейчас тоже совсем нерадостно. Стать гражданином государства-оккупанта — блин, это одна из последних вещей, которые я хотел бы получить в своей жизни.

Я поддерживаю стремление Украины к свободе, желаю ей быстрого развития и становления в качестве сильного, свободного, демократическиого еропейского государства всей душой. И хочу такой же видеть и Россию. И нас таких — сотни тысяч.

И уж совершенно точно — пришедший в России к власти режим я ненавижу на порядок больше, чем вы, уж поверьте.

Тем не менее.

Есть вещи, которые про Россию можем говорить только мы — россияне.

Если мы говорим: «мы рабы, мы не в состоянии стать свободными» — это — не совсем верная и эмоциональная — но оценка все же существующего факта. Но когда о том, что мы рабы и чего мы там не в состоянии мне говорят граждане другого государства…

Я не Пушкин, и в, отличие от Александра Сергеевича не презираю (по крайней мере пока еще) Отечество мое с головы до ног — но мне не менее досадно, когда это чувство с Пушкиным разделяет иностранец.

Поверьте — мы всё знаем и мы все в курсе, что мы можем, а чего пока не можем.

Но рассуждать на эту тему можем пока только мы. По крайней мере пока. Как минимум — до победы.

Украинофобов я не люблю. Но также в равной степени я не люблю и русофобов. А ярых украинофилов я опасаюсь ровно в той же степени, что и ярых русофилов. Как и вообще любых фанатиков. Фанатизм зашоривает взгляд на мир. И с такии людьми становится тяжело разговаривать.

Поэтому.

Дабы нам и в дальнейшем оставаться взрослыми людьми и продолжать разговор в нормальном микроклимате на человеческом языке — пожалуйста, давайте воздержимся от осбусждения того, кто раб, а кто не раб, кто на что способен и кто на что не способен, и кто там на что геннопредрасположен, а кто нет. И останемся в рамках приличий.

Это я без всяких задних мыслей. Просто еще раз проартикулировать очевидные вещи.

Спасибо.

Удачных всем выходных