1941-1945 гг. Югославия была болезненным ребенком Версальского мира (1918), созданным Англией и Францией из королевства Сербии и южнославянских провинций Австро-Венгрии для того, чтобы помешать росту влияния на Балканах Германии, Советской России и Италии. Югославию на всем протяжении ее довоенного развития постоянно трясло от нерешенных межэтнических противоречий, социальных неурядиц и культурных противоречий. Особо острой проблемой был терроризм, к которому прибегали запрещенные движения: крайне-левые заговорщики, македонские, албанские и хорватские ультра-националисты. Коммунистическая партия Югославии (КПЮ), как террористическая организация, была под запретом с 1920 г. Сербская элита отказывалась воспринимать СССР как наследника России и не поддерживала с ним дипломатических отношений до 1940 г. Лишь в 1940 году королевство Югославии решилось установить дипломатические связи с СССР, в то время нейтральным государством, стоявшим в стороне от схватки Британии и Германии за передел Европы. Весомых причин для вступления Югославии во Вторую мировую войну не было. Этнические территории сербского народа, являвшегося в то время доминантным народом Югославии (большинство высшего офицерства, старшего чиновничества, королевская династия), были практически полностью собраны в составе Королевстве Югославии. Шаткая внутриполитическая ситуация также располагала к миру. Однако сохранить нейтральность было сложно. Почти все соседи Югославии уже присоединились к странам Оси и имели территориальные претензии к Югославии. Наконец, 25 марта 1941 г. премьер Югославии Д.Цветкович подписал с договор с Германией, по которому: правительство Рейха гарантировало целостность Югославии; Югославия не должна была использоваться для транзита вооруженных сил стран Оси; страны Оси пообещали не требовать от Югославии военной помощи. Сразу же после этого, 27 марта 1941 г. произошел военный переворот, совершенный руками группы сербских политиков и военных, финансировавшихя английской разведкой. Согласно мемуарам Черчилля, «когда всеобщее возбуждение улеглось, все жители Белграда поняли, что на них надвигаются катастрофа и смерть, и что они вряд ли могут сделать что-нибудь, чтобы избежать своей участи». Британский премьер без всякого раскаяния описывал последствия своей авантюрной провокации: «Утром 6 апреля над Белградом появились германские бомбардировщики… 8 апреля, когда настала, наконец, тишина, свыше 17 тысяч жителей Белграда лежали мертвыми на улицах города и под развалинами.