«Ну, хорошо, но Россия намного больше, чем Испания или любая другая европейская страна». Нередко, посередине какого-нибудь спора с русскими о величии и мелочах этой страны, я натыкался лбом на этот комментарий, не подлежащий обжалованию, как доисторический метеорит, и безапелляционный, как атака гигантских ленивцев. Только тогда чужеземец понимает, что состязание проиграно, и что продолжать подбрасывать рациональные доводы в диалектический огонь (такие, как например — величие страны не измеряется в ярдах) это так же бесполезно, как пытаться отцепить Кинг-Конга от Эмпайр-Стейт-Билдинг, кидаясь в него снежками.

Русская гордость – это альтернативное многогранное «лёгкое», которое позволяет гражданам этой страны выпячивать грудь перед любой появившейся ситуацией или иностранцем, оно раздувается и приобретает размеры аэростата, особенно, когда дело касается географической карты, или когда затрагиваются героические подвиги и национальные достижения.

Московский журнал «Тайм Аут» несколько дней назад опубликовал 50 причин (фактов, персонажей и вещей), которые наполняют гордостью русских, и которые Москва «подарила миру».

Среди многочисленных персонажей русской гордости выделяются такие иконописные и узнаваемые на Западе, как: величайший «творец» Лев Толстой, кинематографист Сергей Эйзенштейн, балерина Майя Плисецкая, виолончелист Мстислав Ростропович или первый космонавт Юрий Гагарин, который со своим первопроходческим полётом в 1961 году поставил очень высоко планку русско-американского космического соперничества. Почти пол века спустя этот советский миф с улыбкой в пол-лица продолжает затмевать другие символы бывшего СССР.