Для того чтобы найти людей, которые привели к возникновению мировой рецессии, совсем необязательно ехать на Уолл-стрит или в Лондон. Достаточно посмотреть в зеркало или на своего соседа. Именно вы потратили личные сбережения и взяли кредит на покупку собственного жилья.

Здравый смысл подсказывает, что всемирный экономический спад произошел из-за желания людей – особенно в таких странах, как Великобритания, Испания и США – владеть собственным жильем. Если следовать этой логике, то получится, что восстановить порядок и вернуть экономику на круги своя поможет долгосрочная аренда.

Владение собственным жильем все чаще воспринимается как «экономическая дисфункция». Среди критиков мелкого домовладельца попадаются такие светила экономической мысли, как лауреат Нобелевской премии Пол Кругман и экономист Эд Глазер. Эти ученые считают, что стремление людей владеть собственным жильем стало главной причиной рецессии. Некоторые экономисты утверждают, что деньги лучше вкладывать в другие активы – например, в ценные бумаги.

Известный американский девелопер Крис Линбергер полагает, что кризис разрешится к лучшему в том случае, если застройщики начнут отказываться от частных жилых домов на одну семью в пользу зданий, рассчитанных на большее количество народа.

В словах этих специалистов есть доля истины, особенно если учесть, что многие люди, которые покупали собственное жилье по ипотеке, не соответствовали элементарным требованиям к заемщикам. Недоработанные стандарты ипотечного кредитования, которые активно продвигались «воротилами» ипотечного бизнеса (такими, как Анджело Мозилло, глава корпорации Countrywide Financial Corp.) и Конгрессом, только усугубили положение дел.

Однако недавние пертурбации на рынке недвижимости не должны принижать те позитивные моменты, которые связаны с владением собственным жильем. Массовое владение недвижимостью было важнейшим элементом функционирования успешных государств, от ранней Римской империи и Голландской республики до основания Соединенных Штатов Америки.

Президенты США, от Рузвельта до Клинтона, называли приобретение населением жилья в собственность важнейшей социальной задачей их администраций. В годы, последовавшие за Второй мировой войной, государственные программы ипотечного кредитования стали появляться, как грибы после дождя. Во многом этому способствовало активное строительство жилых домов. К 2005 году уровень домовладения в США приближался к 70%.

Эта тенденция проявлялась и в других развитых странах – от Австралии и Великобритании до Испании и Канады. Практически в каждой стране люди предпочитали селиться в пригородах, где земля стоила дешевле, а магазины и школы были новее, чем в самих городах. Это вызывало недовольство как людей, относящих себя к аристократии, так и городских жителей, многие из которых владели загородными домами и не хотели, чтобы пригороды превращались в «садоводства».

Однако, несмотря на весь негатив, мечта людей о собственном жилье не угасла. Да, мировой финансовый кризис сократил количество собственников недвижимого имущества. Но снижение данного показателя не будет вечным.

Во-первых, люди, которые родились в послевоенные годы, держатся за свои пригородные дома, что называется, «до последнего». Поколение X (те, кто родился в 1970-е гг.) также в массовом порядке делало выбор в пользу собственного жилья. Наконец, люди, появившиеся на свет в 1990-х гг., в следующем десятилетии «созреют» и тоже будут готовы стать собственниками.

Увеличение спроса на жилье приведет к оживлению таких секторов экономики США, как строительство и промышленное производство, что, в свою очередь, будет способствовать росту и процветанию экономики в целом.

К сожалению, некоторые политики в Вашингтоне относятся к частным жилым домам и пригородам с негативом. Министр по делам энергетики Стивен Чу и вовсе заявил, что «квартиру можно обогревать теплом человеческих тел», а значит – чем больше народу на меньшей площади, тем лучше. Подобные настроения в правящих кругах тормозят полное восстановление экономики США. Снижение уровня жизни населения и возврат к эпохе феодализма вряд ли можно назвать успешной политической стратегией.