Р.Санчес (как переведено): Спасибо, господин Президент. Хочу Вас по-настоящему поблагодарить за то, что есть, Вас недостаточно часто хвалят [за то, что приглашаются СМИ]. Я американский журналист, хотя я сейчас работаю в России. Мне редко дают возможность выступить, обычно CNN и BBC получают слово, я там раньше работал.
Мне бы просто хотелось, чтобы некоторые другие лидеры в западных странах делали то же самое и так же давали возможность задать вопрос российским коллегам, репортерам в США, которых не пускают на новостные конференции. Так что респект Вам, спасибо, что Вы это делаете, Вы делаете больше, чем лидеры в других частях мира, но тем не менее Вас критикуют.
Вопрос следующий. Вы только что говорили об этом, мне просто интересно. Вы говорили о Минских соглашениях – Вы были готовы пойти на сделку. Вы говорили про Стамбул – Вы были готовы пойти на сделку. Вы говорили про Анкоридж – мне кажется, у Вас уже была сделка или компромисс, который Вы были почти готовы принять.
Во всех этих случаях похоже, что Вам отказывали. На тот момент, конечно, можно сказать, что война или конфликт на Украине был, по сути, ничьёй или в тупике. Но сейчас ситуация другая. Как Вы сказали, в 2,5 раза больше территорий, чем в предыдущие месяцы. Большинство военных экспертов, не Владимир Путин, большинство военных экспертов говорят, что Россия сейчас выигрывает войну.
Так что мой вопрос следующий. По сути, просто приходит на ум, учитывая такой сценарий, учитывая какое количество раз Вам отказывали, учитывая, что происходит в конфликте, почему ы хотите пойти на переговоры?
В.Путин: После этого вопроса можно не отвечать. (Смех.) В силу избыточной и традиционной для российской политической сферы наивности и веры в будущее.
А если серьезно, то смотрите. Кстати говоря, Вы сказали про то, что CNN всегда дают возможности задавать вопросы. По-моему, в США что-то изменилось, CNN уже не дают возможности задавать вопросы, мне так кажется. Ну, это не наше дело, это ваше, мы не вмешиваемся.
Что касается Минских соглашений, то, действительно, они были непростыми для наших партнеров и для Украины – это правда. Я Вам скажу сейчас, не буду вдаваться в детали, но я сейчас скажу самое главное. Смысл отдельных положений сводился к тому, что, если Украина все-таки пойдет в НАТО, то юго-восток Украины, по сути, имеет право отделится от Украины. Это очень грубо, но смысл был в этом. Там девятая статья, еще что-то. Сейчас не буду, это много займет времени. Но, видимо, это именно и не нравилось ни самому руководству Украины, которое в конце концов пришло к власти с помощью переворота, ни западным спонсорам. И поэтому они свинтили на сторону все Минские договоренности. И более того, и ведущие политики европейских стран прямо сказали, что они и не собирались выполнять эти Минские соглашения. Хотя я думаю, что на самом деле все-таки некоторые из них, во всяком случае, хоть и госпожа Меркель сказала, что «мы не собирались», мне все-таки кажется, что она-то надеялась на то, что удастся вырулить куда-то в мирный процесс. Я сейчас не буду вдаваться в детали, не важно. Важно, что никто не стал их [Минские соглашения] исполнять.
В Стамбуле мы договорились, действительно договорись, и я же сказал, это же не придумал, там же подпись стоит руководителя переговорной группы со стороны Украины, он парафировал эти договоренности. Значит, в целом Украину это устроило. Можно было говорить еще о каких-то деталях, но в целом, значит, устроило, если подпись поставил. Он же не сам это сделал, наверняка по договоренности и с санкции главы режима сделал все это. Но и от этого отказались по предложению западных партнеров. Потом этот же руководитель, который сидел во главе переговорной группы в Стамбуле, сказал, так и сказал на пресс-конференции: «Приехал Джонсон, бывший Премьер-министр Великобритании, и нас отговорил». Ладно, отговорил. И больше того, он сказал, что «если бы мы тогда согласились, война была бы уже закончена».
Теперь по поводу Анкориджа. Нам были сделаны определенные предложения, я сказал: «Надо подумать». А в Анкоридж приехал и сказал, что мы согласны с предложениями США. Не наши предложения мы обсуждали Анкоридже, а предложения США. И я приехал сказать, что мы согласны. Но теперь американская сторона сказала, что надо подумать. Ну, понятно, это вопрос серьезный, мы ни на чем не настаиваем.
Теперь по поводу того, о чем Вы сейчас спросили. Сейчас я скажу, такая тонкая вещь, я может быть публично никогда этого и не говорил. Вот мы слышим: «Вы выигрываете войну, вы уже сделали то-то, то-то. Может быть, хватит?» Вопрос даже не в куске земли. В Донецкой Народной Республике под контролем Украины осталось примерно 11 процентов. И вот то, что я скажу дальше, важно. На уровне украинского высокого звена говорят о том, что они удержат еще оставшиеся 11 процентов территории ДНР на протяжении полутора лет. В Европе говорят, Украина удержит на протяжении двух лет. Мы считаем, что это произойдет гораздо раньше, учитывая темпы движения наших войск, о чем я только что сказал, нарастающие темпы, хочу обратить внимание. Вопрос. Если утрата этих территорий неизбежно произойдет, есть ли смысл за них цепляться? Жертвуя людьми, их безопасностью и жизнями.
Нам говорят: «Чего вам, вы и так побеждаете, хватит». Дело не в этом куске территории. Дело в людях. Дело в том, что нам нужно создать условия не для перемирия, а для длительного мира на длительную историческую перспективу. Нам нужны гарантии безопасности не только для той стороны, с чем мы согласны, и там много предложений, в том числе и Президент Трамп сделал, сложные для нас решения. Но в целом мы понимаем, что в правильном направлении движение.
Если та сторона вместе со своими западными спонсорами – деньги которых она постоянно разворовывают, это всем уже известно, но тем не менее, они соглашаются с этим, чтобы заставить Украину воевать с нами, – если они согласятся с теми условиями, которые и для России являются приемлемыми, то тогда лучше, наверное, прекратить эти тяжелые события, избежать дополнительных потерь с обеих сторон и выйти на те договоренности и в гуманитарной сфере, касающиеся и русского языка, и других [вопросов], кстати, отношения к Православной церкви. Вот международное сообщество молчит, но там же страшные вещи происходят с церковью: убивают священников, выбрасывают людей из храмов, захватывают храмы. Тишина, как будто ничего не происходит. А почему? Потому что это тоже используется западными спонсорами, в данном случае европейскими, для решения вопроса окончательного отрыва и территорий, и людей от России и создания условий невозможности сосуществования, мирного сосуществования в будущем.
Все эти элементы должны быть исключены, и мы готовы к тому, чтобы начать эти переговоры и завершить их как можно быстрее, но, разумеется, на тех условиях, которые являются приемлемыми и для Российской Федерации, для нашего народа, для народа России.
Но, похоже, там просто нет желания приостанавливать эти боевые действия, с той стороны. Они нам забрасывали предложение возобновить… Не мы ведь приостановили переговорный процесс, с той стороны, с украинской приостановили, но сейчас, в последнее время, имея в виду ситуацию на поле боя, забросили нам просьбу восстановить переговорный процесс. Мы сказали: хорошо, только после выборов в Государственную Думу. 20 [сентября] выборы – мы хоть 21-го готовы начать переговорный процесс.
Но чего сделали? Сами выборы не проводят и нам попытались сорвать: с 19-го на 20 сентября предприняли попытку прорвать ПВО Москвы. Свыше 1600 беспилотников запустили по Москве, не переставая били по избирательным участкам в других регионах Российской Федерации. У нас в ходе избирательной кампании и непрекращающихся ударов со стороны Украины по избирательным участкам погибло шесть человек – членов избирательных комиссий, среди них один председатель избирательной комиссии. Удары наносились по их домам целенаправленно. Я уж не говорю, сколько пострадало и было ранено. И наши люди, несмотря на эти угрозы, в очереди выстраивались для того, чтобы принять участие в голосовании.
Я думаю, это один из элементов в целом просчета тех, кто довел боевые действия до войны. Ведь думали, что наше общество развалится, экономика разрушится, финансовая система рухнет, и столкнулись с тем, чего не ожидали, – не ожидали такой консолидации и мужества российского общества, стабильности финансовой системы и экономики России.
Ошибаться может каждый, но настаивать на ошибке может только идиот. Если видят, что ошиблись, надо как-то что-то менять в этих подходах.
Мы готовы к мирным переговорам, но, повторяю еще раз, с учетом национальных интересов России и российского народа.
Ф.Лукьянов: Владимир Владимирович, а если мы ошибаемся, мы тоже, мы готовы менять подходы?
В.Путин: Да. А мы меняем, конечно, мы и меняем. Я же сказал, что американская сторона предложила нам вариант выхода из кризиса, и первоначально мы сказали: нет, мы должны подумать. А потом я приехал в Анкоридж и поменял свою позицию, сказал: «Согласен». Мы меняем.
Читал ли Путин Цицерона — это отдельный вопрос, а вот то, что Ленин читал Цицерона, а Путин Ленина — доподлинно известно.
Содержимое ответа
Да, Владимир Ильич Ленин читал произведения Цицерона. Это связано с его классическим гимназическим образованием. document.wikireading.ru
Соученик Дмитрия Ульянова (старшего брата Ленина) Д. М. Андреев вспоминал, что ещё в гимназии Владимир Ульянов на память читал речи Цицерона, в частности, речь против Катилины. Это производило сильное впечатление на слушателей: класс «чувствовал себя римлянами», а слова оратора «падали в самое сердце». document.wikireading.ru
Исследователи также отмечают, что в стилистике Ленина присутствуют латинские конструкции фразы и цицеронианские стилистические заимствования, что связывают с его классическим образованием. Однако в его речах и печатных трудах не наблюдается тех элементов латинских апологий и филиппик, которые делали речь Цицерона патетичной и мелодраматической. magazines.gorky.media
*РКН: иностранный владелец ресурса нарушает закон РФ
Какие ещё римские ораторы влияли на Ленина?
Как Цицерон повлиял на стиль речи Ленина?
Какие особенности риторики Цицерона можно выделить?
Быстрый ответ Алисы AI
Содержимое ответа
Это известный афоризм Марка Туллия Цицерона (римского оратора и философа): «Человеку свойственно ошибаться, а глупцу — настаивать на своей ошибке». eksmo.ru gdz.topresh.skysmart.ru
Смысл высказывания в том, что ошибаться — естественное свойство человека, особенно в процессе обучения и познания мира. Ошибка — это опыт. А вот настаивать на своей ошибке, то есть упрямо не признавать и не исправлять её, считается признаком глупости. gdz.top
Некоторые причины, по которым люди могут упорствовать в своих заблуждениях:
- гордость;
- страх показаться слабым;
- упрямство.
gdz.top
Таким образом, настоящая глупость заключается не в совершении ошибки, а в нежелании её признавать и исправлять.
![[Ошибки глупцов] Путин цитатой про идиота прокомментировал ошибки позиции Украины по урегулированию конфликта, продемонстрировав знание первоисточника Ленинского классического наследия](/story_images/739000/1790886600_59_generated.jpg)
