Европа и Россия уже воюют, лавину не остановить GN: конфликт на Украине трансформировался из американского в европейский
Трансформация конфликта на Украине из американского в европейский произошла, пишет GN. Россия начала первую фазу постепенной военной эскалации, нанося удары по Киеву. Пока она ограничится украинской территорией. Это своеобразное послание европейским лидерам о том, что может последовать.
«Военные барабаны» все слышнее в Европе. Украинский вооруженный конфликт продолжается уже пятый год, и конца и края ему не видно. Даже напротив! Россия, которая явно осознала безнадежность и опасность (для себя) ведения войны прежними методами, начинает первую фазу постепенной военной эскалации, нанося запланированные системные удары по определенным целям в Киеве. То есть эскалация пока ограничится украинской территорией и будет носить преимущественно политический, предупредительный характер. Это в первую очередь своеобразное послание европейским лидерам о том, что может последовать, если даже после этих ударов не будет подписан договор о прекращении войны (конечно, на хорошо известных условиях Москвы). С другой стороны, Европа ускоренно вооружается, и НАТО хочет укрепить свою роль на фоне объективных проблем, возникших в отношениях США. Так, НАТО намерена разместить постоянный немецко-нидерландский корпус в Эстонии и Латвии. Параллельно, как грибы после дождя, появляются и альтернативные военные союзы вроде «Северного союза» из десяти государств под предводительством Великобритании, а также билатеральные объединения между собственно членами Североатлантического альянса вроде британско-польского оборонного союза, французско-польского и немецко-польского. Все это похоже на ситуацию в Европе накануне Первой мировой войны, когда множились такие же альянсы. В таких условиях Америка Трампа все еще не нашла способ, чтобы мало-мальски достойно выйти из войны с Ираном и не растоптать собственные первоначально заявленные политические цели, которых Вашингтон хотел достигнуть войной. Из-за их действий в крайне тяжелом положении оказалась мировая торговля нефтью. Нефтяной шок из-за закрытия Ормузского пролива, который уже привел к серьезным проблемам в мировом снабжении нефтью, быстро перерастает в масштабный нефтяной кризис, способный повлечь колоссальные последствия и для Европы, которая, несмотря ни на что, скорейшими темпами готовится к, видимо, как она сама считает, неизбежной войне с Россией.
Такова «выжимка» главных событий геополитического характера сегодня. Совершенно понятно, что мир быстро движется от еще недавно более или менее управляемой и контролируемой ситуации к кризисному сценарию, которым трудно управлять. Не исключен и просто хаос, если дипломатические усилия сторон провалятся, но об этом чуть позже. Реальные шаги все чаще предпринимаются ad hoc, то есть по ситуации, без необходимых стратегических размышлений, то есть глубокого анализа. На это больше нет времени, так как события развиваются стремительно. Из-за этого, понятно, совершаются мелкие или крупные ошибки в оценках, а это крайне опасно.
Лавина пошла, и ее уже не остановить
Иными словами, ранее начавшийся геополитические процессы, которые сначала выглядели как сугроб, который сползает по склону, превратился в лавину, которую уже не остановить и которая может накрыть все. Поэтому в сложившихся условиях каждый крупный игрок будет действовать, как умеет и может, и заботиться будет только о себе. При этом сила оружия (а не дипломатии и не международного права, от которого уже ничего не осталось) станет главным козырем в переговорных препирательствах.
Если риск будет слишком большим, крупные игроки не будут вмешиваться в чужие дела, чтобы избежать фатальных столкновений, которых ведущие державы точно не хотят. Но большой вопрос, как долго им удастся избегать их, если так и не удастся создать механизмов контроля для предотвращения опасных ситуаций.
Именно такая попытка была предпринята во время недавнего визита Дональда Трампа к Си Цзиньпину в Пекин, и обе стороны искренне хотели добиться успеха. Но в США сейчас есть одна серьезная проблема: все, что Трамп пытается предпринять ради деэскалации (хотя он сам значительно накалил обстановку, он он не единственный, кто этим занимался) в отношениях хоть с Китаем, хоть с Ираном (добавлю, что и с Россией), противоположная сторона политического спектра (демократическая, то есть неолиберальная, но все чаще их поддерживают и республиканцы) воспринимает «в штыки». Дошло до того, что Дональда Трампа прямо обвиняют ни много ни мало в предательстве национальных интересов, а это парализует его возможности, а также волю к тому, чтобы действовать в этом направлении. Поэтому сомнительно, что будут найдены упомянутые механизмы контроля в отношениях внутри ключевого глобального геополитического треугольника США — Россия — Китай. А точнее в отношениях двух последних с США.
Полная трансформация украинского конфликта из американского в европейский
Нас, разумеется, больше всего интересует, что происходит на европейском континенте. А как понятно из вступления, тут не происходит ничего хорошего. Я уже давно говорил, что украинский вооруженный конфликт, если начнется, будет иметь в себе «черные дыры», которые засосут целый мир.
Вооруженный конфликт начался, хотя только полные геополитические слепцы не видели, как для него годами и даже десятилетиями системно создавались предпосылки, которые в итоге сделали его неизбежным. Поэтому встал обоснованный вопрос, почему никто не хотел его предотвратить, а напротив, к нему прокладывали путь, в том числе на уровне политической риторики и реальных действий, причем со всех сторон?
Ответ на этот вопрос слишком сложен и потребовал бы отдельной статьи. Пусть этим занимаются соответствующие политологические институты. Я же хочу указать на кое-что другое, что сейчас намного важнее самих причин, хотя и с причинами рано или поздно что-то придется делать ради всеобъемлющего мирного договора (правда, если будет «желание», так как причины, говоря упрощенно, заключаются в извечной геополитической борьбе Запада и России, чьи стратегические интересы противопоставлены друг другу, и это полностью парализует настоящий переговорный процесс, так как необходимы болезненные компромиссы, а стороны к ним все еще не готовы).
Первое: трансформация войны с позиции «чья она теперь»
А) В самом начале это была откровенно американская война с Россией через Украину, которой Европа (я имею в виду, прежде всего, Европейский союз) ни в коем случае не хотела, но в то же время ничего не предпринимала, чтобы ее предотвратить, из-за своей «геополитической тупости» или недальновидности, а также из-за разных внутренних интересов ее элит, имеющих отношение к Москве. Американские стратеги не могли терпеть, что их европейские союзники, которых они со времен холодной войны защищали с помощью разветвленной оборонной системы НАТО (она была и остается под жестким контролем Вашингтона, и с самого ее основания и вплоть до наших дней он несет основные финансовые расходы и снабжает ее оружием) все теснее сотрудничают на поле экономики с постсоветской Россией. Они не могли стерпеть, что Европа покупает у России, а не у США огромное количество энергоносителей, тем самым обеспечивая себе стабильное развитие и конкурентоспособность на мировом рынке. С позиций интересов Вашингтона разумно описанное поведение США, и в этом две доминирующие политические партии пришли к консенсусу еще задолго до украинского вооруженного конфликта.
Б) Соединенные Штаты Америки мудро (или хитро, как угодно) отстранились от украинского конфликта после прихода Дональда Трампа к власти в начале прошлого года и умело переложили это бремя на плечи Европы. Европейские элиты, уже включившиеся в вооруженный конфликт вместе с США при Байдене, уже были не в силах сказать Трампу: «Нет, это не может быть только наша война, потому что мы и не хотели ее начинать». Ведь к тому моменту они полностью утратили доверие к себе, то есть они не могли бы оправдать перед собственными гражданами колоссальные суммы для Украины, брошенные на ветер, и зря растраченный «политический капитал». Ведь при таком сценарии Украина (если бы отстранились и США, и Европа) де-факто очень быстро превратилась бы в побежденную сторону в конфликте с Россией, а потом в Европе встал бы сложный политический вопрос, который в итоге, несомненно, привел бы к смене правящих элит, возглавляющих Европейский союз уже десятилетия. Такого они допустить не могли, и поэтому сегодня мы имеем то, что имеем.
Прежде чем я продолжу обзор, я закрою тему с трансформацией войны. США в начале 2023 года добились с помощью украинского вооруженного конфликта всего, что хотели в геополитическом смысле. Об этом лучше всех написал влиятельный экспертный центр RAND Corporation еще в феврале того же года, заключив, что пришло время США выйти из войны, так как они достигли всего, чего хотели: надолго разрушили отношения между Европой и Россией, отрезали ее от дешевых российских энергоносителей и заменили их на американские, крепко привязали Европу в оборонном и политическом смысле к США. Продолжать активно участвовать в войне, как сочли в RAND Corporation, — значит нести ненужные расходы и идти на неоправданный риск непосредственного столкновения с Россией.
Второе: трансформация военных методов и средств
В первый год украинского вооруженного конфликта на фронте применялось традиционное конвенциональное оружие, а также традиционные стратегии, которые ранее закрепились во всем мире в послевоенный период. Преобладало традиционное применение пехоты, танков и боевых машин по всем правилам военного дела, а также артиллерии и ракетных систем и, конечно, авиации и военных кораблей.
Но уже с конца 2022 года вооруженный конфликт начал быстро меняться, потому что все шире применялись новые легкие и переносные системы вооружений и дроны. Сначала они были в основном разведывательными, а со временем распространились ударные. Ситуация быстро менялась, особенно после провала долго анонсированного как победоносное (или по крайней мере переломное) украинского наступления 2023 года. Тогда выяснилось, что сотни и сотни танков разных типов, поставленные Украине (и немецкие «Леопарды», и американские «Абрамсы»), — это смертельные ловушки для их экипажей. То же можно было сказать и о российских танках разных модификаций. И те, и другие уничтожались сложными переносными противотанковыми комплексами так же, как переносные зенитные системы уничтожали в основном российские вертолеты и штурмовики, стремившиеся господствовать в небе.
С тех пор военные технологии стремительно развивались, и с 2024 года дроны превратились в хозяев фронта, убийц танков и пехоты. Они продолжали совершенствоваться (и в точности, и в дальности), а недавно обрели ИИ и много чего еще, что делает их доминантой и страшной убойной силой. При этом они остаются относительно дешевыми. Тем не менее дроныпарализуют любые серьезные попытки продвижения пехоты с обеих сторон. Теперь все отслеживается с воздуха в режиме реального времени, и любое крупное передвижение воинских частей пресекается — также в режиме реального времени.
Речи о слабости российской или украинской армии тут не идет. На данный момент они действительно лучшие, если говорить о способности вести войну в совершенно новых технологических условиях и с новыми стратегиями, которые им передают лучшие специалисты в мире.
Таким образом, мы говорим о совершенно новой форме ведения войны, вчера еще неизвестной, и ей все еще не обучают в военных академиях, но вскоре, конечно, начнут, так как старое больше не имеет смысла. В этих новых высокотехнологичных условиях войны любая армия мира в любом современном конфликте столкнулась бы с одной и той же неразрешимой проблемой, как защититься от дронов. Ее все еще нет в полном смысле этого слова, и вопрос, появится ли она когда-нибудь вообще. Их очень удобно массово применять (дешевые и простые для производства, что позволят выпускать дроны в огромных количествах) в ходе атак, так что, несмотря на густую сеть средств ПВО, которая их ждет и готова с ними бороться, всегда найдется дрон, которому удастся прорваться через «дыры» и поразить цель.
Поэтому совершенно неудивительно, что мы давно не слышали о том, чтобы на украинском фронте были крупные передвижения, широко применялись бы танки и артиллерия. Не потому что у армий их нет, а потому что больше невозможно их эффективно применять (стоят они дорого, а пользы могут принести сейчас мало). Кроме того, очень легко разоблачить их местонахождения даже в глубоком тылу. Поэтому на кадрах уже много месяцев, если не дольше, мы видим исключительно удары БПЛА по заданным целям врага.
В стратегическом смысле (не тактическом или оперативном, которые присущи собственно фронту) сейчас преобладают дальнобойные дроны и дальнобойные ракеты, которые наносят удары глубоко в тылу противоборствующих сторон. Российские удары более многочисленны и разрушительны, а украинские менее часты и менее интенсивны, но они дают больший психологический и медиа-эффект, поскольку разрушают то, что еще недавно, как казалось, было в безопасности. Они бьют по глубокому российскому тылу и российским стратегическим объектам, таким как НПЗ и аэродромы.
Россия наконец встала на путь к опасной эскалации?
Именно последний факт, удары украинских БПЛА по России (особенно они участились после начала американо-израильской войны против Ирана 28 февраля), теперь впервые подвели россиян к необходимости изменить прежний стиль ведения украинского вооруженного конфликта. Многие российские аналитики часто с недовольством отмечали, что государственное руководство воюет с «одной привязанной рукой». Они считают, что Москва намного больше заботится о своем имидже в мире (прежде всего, в глазах государств, с которыми сейчас укрепляет партнерские отношения после окончательного политического и торгового разрыва с Западом: с Китаем, Индией и странами Ближнего Востока), и Москва якобы не хочет представать в том свете, в каком ее уже давно выставляют на Западе (массовые военные преступления, безжалостность к мирному населению). Также Москву упрекают в излишней озабоченности экономическими аспектами, а также желании сохранить у российского общества ощущение довоенной жизни, как будто вооруженный конфликт развивается где-то далеко, очень далеко от улиц российских городов. Кроме того, есть мнение, что Владимир Путин слишком доверяет Трампу и наивно ожидает от него, что он за Россию найдет выход из войны, которую США сами начали.
Подобные мнения (у них есть своя логика) все быстрее укореняются в российском обществе, и граждане все больше разочарованы конфликтом, что вредит политическому имиджу Владимира Путина. Но не настолько, как того хотели бы в Киеве и западных столицах. В российском обществе не крепнет пацифизм (хотя он тоже присутствует), а скорее наоборот! Путинский стиль ведения войны (а он в этом, несомненно, играет ключевую роль и имеет последнее слово) вызывает огорчение у граждан, которые устали от унижений стране и требуют победы России. Они уверены, что добиться этого можно, только применив более мощное оружие, причем не только против Украины, но и ее спонсоров.
Своеобразным переломом, после которого Кремль встал на путь, которого большинство граждан страны уже откровенно требуют, включая СМИ (даже государственные), послужил украинский удар дронами по элитному кварталу в центре Москвы, всего в нескольких километрах от здания Министерства обороны и Красной площади. Причем накануне главного русского государственного праздника — Дня Победы, когда проводится традиционный военный парад. Однако окончательно позиция Кремля определилась после событий в Старобельске, где погиб 21 человек, в основном студентки, в результате ночного удара ВСУ. Украина утверждает, что била по военному объекту, а Москва заявляет, что вблизи интерната нет никаких военных объектов, и возбудила дело по статье «терроризм».
Поэтому 25 мая Москва через МИД обратилась к жителям Киева и иностранным гражданам с призывом эвакуироваться из города, поскольку Россия готовит систематические и массированные атаки на объекты военного назначения и центры принятия решений, а, поскольку они рассредоточены по всему городу, это не исключает жертв среди гражданского населения. Позже министр иностранных дел России Сергей Лавров сообщил об этом по телефону госсекретарю США Марко Рубио.
Из того, что Рубио ответил Лаврову, самым интересным оказалось то, чего он не сказал. Он не сказал, что заявленные российские планы совершенно неприемлемы для США или что из-за этого они начнут снова активно вооружать Украину и снабдят ее средствами противовоздушной обороны, которых ей хронически не хватает, такими как система ПВО Patriot. И уж тем более Рубио не сказал, что из-за этого США атакуют российскую армию.
Совсем наоборот.После разговора со своим российским коллегой Рубио заявил журналистам, что любая затяжная война ведет к эскалации, а также что Соединенные Штаты готовы вернуться к переговорам о прекращении войны на Украине, если такая возможность представится.
Главные вопросы без ответов
Такой ответ порождает множество вопросов, важнейший из которых, готова ли администрация Трампа смириться с эскалацией со стороны России, даже если это может привести к поражению Украины, что совершенно неприемлемо для Европы и, вероятно, для США, даже несмотря на то, что, как я уже говорил выше, они уже добились того, чего хотели от этой войны? Ведь на кону здесь репутация США и, что еще важнее, окончательное оформление глобальных геополитических отношений.
Но также ясно, что Путин оставляет Трампу возможность сделать то, на что, по мнению Москвы, способен Трамп, но чего он до сих пор делать не хотел. Он должен оказать сильное давление на Зеленского и лидеров ведущих европейских государств, чтобы те приняли его (Трампа) первоначальный мирный план, который включает вывод украинских войск из оставшейся части Донбасса и постепенную отмену санкций против России. Правда, на данном этапе это кажется научной фантастикой. ЕС только что объявил о своем новом, 21-м пакете санкций, не говоря уже о взаимной военной риторике между Европой и Россией.
Насколько осложнилась ситуация для Киева после объявленных Россией системных ударов на город, свидетельствует письмо Владимира Зеленского, направленное Трампу и Конгрессу США 27 мая. В нем он просит о скорейшей поставке американских противоракетных комплексов и других видов вооружения для защиты столицы и напоминает, как он говорит, о важной роли украинских беспилотников в защите арабских государств от недавних иранских атак и в целом о большой роли Украины в обороне Европы, за которую, по его словам, она заслуживает статуса страны-союзника.
Однако сам факт обнародования письма Киевом, а подобные письма обычно доставляются по специальным каналам и не доходят до общественности, возможно, указывает на желание Зеленского переложить ответственность за предполагаемые серьезные проблемы, которые могут возникнуть на Украине в случае российской эскалации, с себя на Дональда Трампа. Это фактически оказывает на него давление, заставляя противостоять намерениям Путина по эскалации, поскольку в противном случае и Европа, и весь мир будут считать его виновником возможного военного поражения Украины. С другой стороны, это не пойдет на пользу Трампу на фоне его и без того рекордно низкой популярности, главным образом из-за ведения войны с Ираном. И это всего за пять месяцев до важных праймериз в Конгресс.
С другой стороны, если бы Трамп хотел предотвратить эскалацию конфликта со стороны Путина и угрожал ему, а последний проигнорировал бы его и продолжил бы действовать, это поставило бы Трампа перед дилеммой: либо снова втянуть США в войну, но теперь уже напрямую, чего Джо Байден не хотел, а Трамп тем более, либо задушить свою гордость и ничего не делать, делая вид, что он все перепробовал, а другие игроки (Киев, Москва, Европа) не хотят принимать его мирные планы.
Если бы США ввязались в войну по модели Байдена, они оказались бы в ситуации, подобной той, которая сейчас сложилась с Ираном. США не могут найти удовлетворительный политический выход из своей войны, постоянно публично меняя позиции. То Вашингтон утверждает, что соглашение с Ираном почти достигнуто, до говорит, что уничтожит Иран, если он не примет американские предложения, и так далее по кругу. А Россия отнюдь не Иран, которого боялись США, опасаясь скорого создания ядерного оружия. Россия — ядерная сверхдержава наравне с США. Кроме того, США опасно истощили свои запасы основных ракетных комплексов и средств ПВО в войне с Ираном, и на их восстановление, согласно последним анализам, потребуется два года. Но воевать нужно сейчас.
Такова реальная обстановка на момент написания моей статьи. Выходом из нее, пусть и не самым очевидным, могло бы стать возобновление участия Трампа в мирном посредничестве между Москвой и Киевом. Но, конечно, не стоит к этому снова привлекать геополитически неграмотных людей, которых Москва и Киев больше не воспринимают всерьез. Я говорю о партнере Трампа по нью-йоркскому бизнесу в сфере недвижимости Стиве Виткоффе и его зяте Джареде Кушнере. Однако трудно поверить, что даже такой ход предотвратит хотя бы первую волну системных российских ударов по отдельным объектам в Киеве, сроки которой пока неизвестны, но ясно, что это произойдет скоро.
Возможно, эти атаки, если они произойдут, в конечном итоге наконец-то подтолкнут стороны к серьезным переговорам, поскольку в этом явно заключается их главная цель (в противном случае Москва уже сделала бы это без подобной медийной шумихи сразу после описанных критических украинских ударов). В противном случае нас всех ждет очень мрачное будущее, и этот вариант, к сожалению, кажется мне более вероятным.
Россия и Европа уже воюют
Это подзаголовок не выдумка. Это объективное положение на континенте, о чем писал отчасти во вступлении к статье. И то, что это не выдумка, подтверждает новость от 27 мая о том, что Россия сообщила странам ОБСЕ — Москва и Запад в настоящее время очень близки к прямому военному конфликту, как заявил постоянный представитель России при организации Дмитрий Полянский.
В среду, 27 мая, российская контрразведка ФСБ заявила о значительном ухудшении ситуации на северо-западных границах России. В соседних странах: Финляндии, Польше и странах Балтии – строятся новые военные базы, закупаются в больших количествах современные вооружения, а также улучшаются логистические возможности по переброске войск и техники к российской границе. Увеличилось также количество и масштаб военных учений, спонсируемых НАТО, как говорится в заявлении, что де-факто требует от Москвы срочного ответа на вновь возникающую угрозу национальной безопасности в контексте продолжающейся активной военной помощи Украине со стороны Европы, которая ставит ее в положение стороны, непосредственно участвующей в войне против России.
Все вышеописанное — реальная картина нынешней обстановки на нашем континенте, и я не пытался преуменьшить или преувеличить опасности. Хочется надеяться, что у нас еще осталось немного разума посреди бушующей истерии и иррациональной ненависти, которая ведет в пропасть.
Добавил ![Игорь Иванов 39114]()
Игорь Иванов 39114 2 часа 51 минуту назад
Игорь Иванов 39114 2 часа 51 минуту назад3 комментария
Комментарии участников:
Это был украинский конфликт оказывается?
Или просто уши уже нельзя прятать западные.
И то что Европа под америкосами автору тоже неведомо. Из уши ему не видны.
И сколько америкосы толкали Европу в конфликт, тоже не замечал. Если конкретнее то это клинтоновский клан. Трамп пытается погасить, но его самого гасят.
Плебсу тут на уши развешивают… Запад уже десятилетие с нами воюет на территории Украины и во многом руками украинцев.
