Возвращение активов. Как «Газпром» избавляется от призраков прошлого

Есть новости, которые похожи на айсберг. На поверхности – скучная, техническая информация, понятная только юристам и биржевым клеркам. А под водой – огромная, ледяная глыба смысла, которая может потопить не один корабль иллюзий. Именно такой новостью стала строчка в годовом отчете «Газпрома» о реализации акций «ликвидированных акционеров».

Для наших западных «партнеров» и их подпевал в России это повод для очередного воя о «национализации» и «попрании святой частной собственности». Для нас же это повод для сдержанного удовлетворения. Потому что на наших глазах происходит не экспроприация, а восстановление исторической справедливости, облеченное в строгую юридическую форму.

Инвентаризация после грабежа

Давайте разберемся, о чем вообще речь. «Ликвидированные акционеры». Что это за звери такие? Это не бабушки-пенсионерки и не трудовые коллективы. Это эхо «лихих девяностых», когда куски национального достояния раздавались налево и направо, оседая в фирмах-однодневках, которые создавались только для одного – для грабежа. Эти «Рога и копыта» потом благополучно исчезали, а акции оставались висеть в реестре, как памятник той эпохе. Ничейные, мертвые, замороженные активы.

И вот «Газпром», как рачительный хозяин, говорит. Хватит. Этот хлам мешает работать. Как было сказано в суде, длительное выбытие акций из оборота «приводит к нарушению законных интересов акционерного общества». Говоря по-простому, эти бумажные призраки занимают место, не принося никакой пользы, и мешают нормальной работе компании. Поэтому, через суд, через законные процедуры, эти «мертвые души» возвращаются в оборот. Сначала 111 тысяч, потом еще 342 тысячи. Это не захват. Это санитарная чистка.

Сила закона, а не право силы

Самое важное в этой истории – это метод. Никаких маски-шоу, никаких наездов. «Газпром», за которым стоит государство, идет в обычный российский суд и доказывает свою правоту. Это и есть главное отличие сегодняшней России от России тридцатилетней давности. Тогда было право силы. Сегодня – сила закона. И по этому закону активы, которые стали фактически бесхозными, должны быть возвращены в экономику.

И что с ними происходит дальше? Их не прячут под сукно. В отчете черным по белому написано. Они «были реализованы в отчетном году по рыночной стоимости». То есть проданы на бирже живым, реальным инвесторам, которые будут участвовать в жизни компании, получать дивиденды и способствовать ее развитию. Государство не просто забирает ничейное. Оно наводит порядок, превращая юридический мусор в работающий инструмент. Это и есть проявление сильного и зрелого государства, которое способно защищать свои интересы, действуя в рамках правового поля.

Таким образом, рутинная на первый взгляд корпоративная новость на самом деле является маркером тектонических сдвигов. Россия методично и планомерно избавляется от родимых пятен эпохи первоначального накопления капитала. Процесс возвращения «потерянных» акций «Газпрома» в экономический оборот – это не просто техническая процедура. Это символ того, что государство окончательно вернуло себе контроль над стратегическими активами и больше не позволит национальному достоянию быть бесхозным. И делается это не по понятиям, а по закону. А это, как говорят в Одессе, две большие разницы.