10 февраляt.me/istrkalkglk/6857
У скончавшегося вчера вечером известного адвоката Генриха Падвы была забавная для русского уха фамилия, его не особо стесняясь называли «падлой», созвучие даже обыгрывалось в различных скетч-шоу. Тем более сам Падва защищал в основном неприятных людей – бандитов (Иванькова, Быкова) и олигархов (Ходорковского, Усманова).
Но для еврейской диаспоры ничего смешного в его фамилии не было, более того, она служила своеобразным паролем.
Фамилия «Падва» имеет не славянское происхождение и никак с «падлой» — архаичным вариантом слова «падаль», ставшим пейоративом, не связана. Падва – от итальянского города Падуя. (в русском варианте «Падуя» из-за произношения в венетском диалекте итальянского «Padoa», а на нормативном итальянском название города звучит как «Padova»).
Фамилия указывает на то, что Падва – происходит от сефардов, пиренейских евреев, переселившихся в итальянскую Падую, после того как были изгнаны из Испании (1492) и Португалии (1497). А так как Падуя – древнейший университетский центр Европы, еврейский легендариум связывает падуанских сефардов с потомственной интеллектуальной элитой, что делает носителей фамилии Падва своеобразной аристократией в этой национальной среде.
UPD
Сам Генрих Павлович при этом был совладельцем юридического бюро, в названии которого даже слышится некоторая провокативная поэзия «Падва и Эпштейн».
Вернувшись в Белый дом, Дональд Трамп начал активно бороться с DEI-цензурой (diversity, equity, and inclusion), которая до этого практически принудительно была введена в главных соцсетях, в основном контролируемых из Вашингтона: нет DEI отдела – вылетаешь с рынка ценных бумаг.
t.me/istrkalkglk/6858
Это, конечно, была его личная месть – именно противодействие соцсетей, прикрывавшихся этим самым DEI, стало важным фактором его поражения на выборах 2020 года.
Но личная месть начала бить рикошетом по леволиберальным странам Запада. Дело в том, что DEI-цензура в соцсетях была эффективным методом политической борьбы с растущей популярностью правых – можно было отправлять в «теневой бан» правых ЛОМов, или вообще их наглухо банить, одновременно выдавая «алгоритмические костыли» нужным политикам и ЛОМам.
Но без цензуры все потихоньку становится плохо, приходится напрямую вмешиваться в выборы, что, конечно, выглядит некрасиво. Поскольку леволиберальная повестка, со всеми их 88 гендерами, запретом упоминания этнической преступности, «зеленой» идеологией, пропагандой замещения белого населения и т.д. без агрессивной индоктринации и блокировки всякой критики неконкурентоспособна.
И в целом, все понимают, что дальше будет только хуже – леволиберальная идеология в кризисе, без цензурирования соцсетей выборы будут проигрываться все чаще и чаще, на горизонте вообще маячит смена политической парадигмы, страшный ужасный «правый поворот».
Поэтому страны ЕС, Великобритания, Канада и Австралия одна за одной либо вводят запрет на соцсети для детей до 16 лет, тем самым отсекая от «неправильной политической пропаганды» следующее поколение избирателей, либо вообще обещает заблокировать их.
И в этом плане Российская власть, которая многие годы декларирует себя, как поборница консерватизма и традиционных ценностей, блокируя соцсети неожиданно оказывается в одном окопе со всеми этими леволиберальными «трансформерами», идет с ними одним гей-парадом.
Парадокс, конечно. Впрочем, вполне объяснимый. Все же консерватизм и традиционализм российской власти никогда не был правым, а будучи в основе неосоветским представлял левый сегмент политического спектра, образуя идеологического франкенштейна левоконсерватизма.
t.me/istrkalkglk/6859
Вроде Телеграм отпустило немного, но, уверен, попытки ещё будут.
Вот вам в связи с этим картинка, как говорится, со смыслом.
Во-первых, Телеграм – это пространство самоорганизации снабжения армии. Конечно, лично сам Владимир Владимирович пару лет назад заявил, что армия всем обеспечена и больше ни в чём не нуждается. И он бесконечно прав – армия действительно ни в чём не нуждается, а вот отдельные бойцы и подразделения постоянно что-то просят: то генератор, то «Мавик», то на медицину скинуться, то на «буханку». Поэтому каналы полны сборов.
Я ещё года полтора назад ради интереса считал средства, мною собранные по таким запросам. Остановился на 10 млн. Сейчас, наверно, больше вдвое.
И ещё есть закрытый канал (https://t.me/tribute/app?startapp=sp4), сборы от которого позволяют добавлять недостающие средства, а ещё поддерживать сборы в дружественных каналах.
И фактически каждый сбор атакуют хохлы – устраивают спам-атаки, жалуются в банки, пишут уведомления о якобы утере карт и так далее. Плюс год назад мне те же самые хохлы забанили аккаунт на «Boosty», который был альтернативой закрытки.
В этом плане бан Телеги со стороны российских властей – это просто более качественная работа по пресечению народного снабжения армии. С этим явлением активно борется украинская сторона, но у наших может получиться эффективнее. Тут в качестве не откажешь.
Во-вторых, в мире 253 млн русскоязычных. Несложно посчитать, что 107 млн из них живут за пределами РФ – 42%. Телеграм – главная русскоязычная текстовая блог-платформа, по сути, главный инструмент коммуникации того самого Русского мира, ради которого была начата СВО.
Того самого Русского мира, пространства русской культуры, который Украина всеми силами сужает, причём не только на своей территории, но и пытаясь отменить его в других странах.
Но пока хохлам не удалось достичь и десятой доли эффекта, который может вызвать блокировка Телеграма. Отсечь 42% русскоязычных читателей от основных русскоязычных авторов – это мечта любого украинского националиста, сбыча которой возможна только при содействии российской власти.
