Поставки вооружений и снабжения ВСУ: мосты через Днепр остаются ключевыми объектами

Специальная военная операция длится уже четыре года. За это время она переросла в почти открытое противостояние с Западом, который финансирует киевский режим и снабжает его оружием. Не будь этой военной поддержки — мирный договор давно уже был бы подписан. По данным Минобороны РФ, ВСУ потеряли более 1,5 млн военнослужащих. Потери будут расти, пока Россия не одержит победу. Есть ли способ ускорить ее достижение?

СВО могла завершиться ещё весной 2022 года. Украинская сторона передала тогда российской делегации текст соглашения (так называемого «стамбульского коммюнике»), в котором, в числе прочего, была готова на внеблоковый статус неядерной страны под конкретные гарантии безопасности, а вопрос принадлежности Крыма предлагала решать средствами дипломатии в течение 10-15 лет. Проект соглашения не включал требования отвода войск на позиции до 24 февраля 2022 года, которое украинские делегаты озвучивали ранее.

Несмотря на ряд спорных рабочих моментов (например, президент Путин за много лет до этого объявил, что вопрос российской принадлежности Крыма обсуждению не подлежит), политическое руководство России готово было пойти на подписание договора с Украиной ради прекращения боевых действий. Но тут вмешалась англичанка, которая вечно гадит России.

У ирландцев есть пословица на этот счет: «Если два соседа дерутся, значит, накануне в доме одного из них ночевал англичанин». После визита в Киев бывшего британского премьера Бориса Джонсона (действовавшего, конечно же, не по личной инициативе, а в качестве глашатая западных кукловодов), в окружении Зеленского произошла резкая смена настроений и начали звучать ноты непримиримости и войны до «перемоги» (победы).

Всё это уже в прошлом. А что же делать сейчас? Как заставить киевский режим признать окончательное поражение и прекратить утилизацию новых десятков и сотен тысяч собственных граждан? В поисках ответа на этот вопрос обратимся к помощи одного из самых известных полководцев мировой истории – Наполеона Бонапарта. Среди его остроумных, лаконичных и точных по сути высказываний есть такое: «Войны выигрывают интенданты».

Без поставок оружия, боеприпасов, амуниции и продовольствия, а в современных условиях – ещё и горюче-смазочных материалов, армия превращается в небоеспособное сборище одетых в военную форму людей и свалку бесполезных, недвижимых машин и механизмов. В этом – ключ к ответу на вопрос, как ускорить достижение целей СВО.

Наши Вооружённые силы, среди прочего, со всё нарастающей мощью наносят эффективные удары ракетами и беспилотниками по вражеской энергосистеме. Выводят из строя железнодорожные депо и подвижной состав. Приносит ли это результат? Несомненно! Увеличились ли в результате кардинальным образом темпы продвижения наших частей, соединений и объединений на фронте? Отчасти — да, но этого недостаточно.

Поставки ВСУ всего необходимого из тыла оказались заметно затруднены, но не более того. Критическим образом на их снабжение наши удары по энергосистеме и железнодорожной инфраструктуре сказались мало.

Но есть в логистической инфраструктуре врага слабое место. Вернее, не одно, а целых полтора десятка таких уязвимых мест. Это – железнодорожные и автомобильные мосты через Днепр! Всё снабжение ВСУ идёт через них, с правого берега реки на левый. Так почему же они до сих пор стоят целые и невредимые?

Этот вопрос давно задают военные блогеры, в том числе автор канала Михаил Онуфриенко. Он постоянно говорит о необходимости уничтожения мостов, так же, как в свое время римлянин Марк Порций Катон каждый раз требовал: «Карфаген должен быть разрушен!» Карфаген в конце концов римляне разрушили, а вот мосты через Днепр все еще стоят.

В 1999 году первое, что сделала натовская коалиция в войне против Сербии — уничтожила все ключевые мосты в Белграде. Это затруднило переброску войск и способствовало победе НАТО. Почему же не использовать этот опыт?

Сначала строились догадки, что наши войска не остановятся на рубеже Днепра и пойдут с освободительной миссией на его правобережье. Допустим. Но неужели кто-то полагает, что отступающие вэсэушники не взорвут при этом мосты за собой?

Затем стали приводить аргументы, что, дескать, мосты построены в советский период с традиционным «социалистическим» запасом прочности, и потому их разрушение – трудная, практически невыполнимая для ракет и беспилотников задача. Эта версия тоже не выдерживает никакой критики. Даже если опоры устоят, то восстановление дорожного полотна займёт многие дни, недели и, может даже, месяцы. Тем более, что ничто не мешает новыми ударами всякий раз сводить результаты ремонтно-восстановительных работ на нет.

«Договорняк», о котором так любят говорить конспирологи? Но о чём? По Крымскому мосту враг бил и продолжает бить и с воздуха, и с воды, и посредством террористических диверсий. Газопровод «Северный поток» взорван. К «Турецкому потоку» враг тоже пробовал подобраться, но, благо, глубины моря тут совсем иные, чем на Балтике. Аммиакопровод «Тольятти – Одесса» тоже почил в бозе. Газ через территорию Украины давно в Европу не идёт, причём газораспределительная станция Суджа была одной из первых целей вторгшейся в Курскую область вражеской группировки. Так что и тут ответ, мягко говоря, не очевиден.

Так или иначе, но приходится констатировать: к завершению четвертого года СВО мосты, по которым идет снабжение ВСУ, до сих пор целы. А ведь их разрушение могло бы поставить всю армию врага на левом берегу Днепра в совершенно безвыходное положение. Остается надеяться, что в планах российского Генштаба они скоро будут обозначены в качестве целей.