Представьте: вы отлично сдали экзамены, набрали проходной балл, мечтаете о престижном университете — и вдруг получаете отказ.

Не из-за знаний.

А потому что когда-то в школе вы травили других детей.

В Южной Корее это уже не гипотеза. Это реальность.

Университеты закрыли двери для бывших школьных хулиганов

В 2025 году 45 абитуриентов не были зачислены в университеты Южной Кореи. Причина одна — участие в буллинге в школьные годы.

Как пишет Korean Herald, ведущие вузы страны начали официально учитывать дисциплинарную историю абитуриентов. И речь идёт не о драках с полицией или уголовных делах — достаточно подтвержденного факта систематической травли других детей.

Сеульский национальный университет и университет Кёнбок уже отклонили десятки заявлений о приеме.

А в Кёнбоке пошли ещё дальше.

Штрафные баллы за травлю

В университете Кёнбок внедрили систему дисциплинарных баллов. Наказанию подвергаются:

словесная травля,

давление,

кибербуллинг,

физическое насилие — всё фиксируется и оценивается по степени тяжести.

Набрал критическое количество — о высшем образовании в этом вузе можно забыть.

И это не разовая акция. Десять национальных педагогических университетов уже объявили: со следующего года любой абитуриент, замеченный в школьном насилии, автоматически лишается права поступления.

Без «исправился», без «давно было», без «он же талантливый».

Почему Корея пошла на такие меры

Южная Корея давно борется с последствиями школьной травли. С ими становятся поистине печальные факты:

депрессии,

суициды,

социальная изоляция,

разрушенные судьбы.

Общество пришло к простому выводу:

«если не останавливать буллинг в школе, он становится нормой во взрослой жизни».

Поэтому ответственность вынесли за пределы школы — в будущее.

Как с буллингом борются в других странах

Южная Корея — не исключение. Просто она сделала то, на что другие пока не решились.

Япония

После резонансного самоубийства школьника в 2013 году был принят «закон о предотвращении буллинга». Каждая школа обязана:

иметь собственную антибуллинговую политику,

выявлять травлю,

вмешиваться на ранней стадии.

Игнорирование проблемы — повод для проверок и санкций.

Швеция

Одна из самых жёстких систем в Европе. С 1979 года запрещено любое насилие над детьми, включая психологическое. Работает «Школьная инспекция», куда можно пожаловаться:

на учителей,

администрацию,

других учеников.

До 6 класса не ставят оценок, чтобы снизить давление и конкуренцию. Школьные обеды и принадлежности — бесплатны для всех.

Норвегия

Здесь действует знаменитая «программа Ольвеуса» — одна из самых известных в мире. Буллинг рассматривается не как «проблема ребенка», а как «сбой всей системы»:

обучают родителей,

педагогов,

школьный персонал,

самих детей.

Школьники участвуют в обсуждении правил и предлагают решения.

Австралия

Буллинг здесь официально считается «злоупотреблением властью».

С 2014 года в школах работают «комиссары по электронной безопасности», которые занимаются кибербуллингом, обучают детей и педагогов онлайн-этике и цифровой ответственности.

США

Подходы отличаются от штата к штату:

где-то за угрозы и систематическую травлю возможна уголовная ответственность,

где-то делают ставку на психологические программы.

Работают специальные курсы для:

жертв буллинга,

агрессоров,

детей с тревожностью и проблемами социализации.

А что в России?

В России нет отдельного закона о буллинге.

Травля чаще всего остается в серой зоне:

разговоры «по душам»,

формальные комиссии,

перекладывание ответственности на родителей.

Самое главное: школьный буллинг никак не влияет на поступление в вузы.

Можно годами унижать одноклассников —

и спокойно строить карьеру дальше.

При этом, по разным данным, с травлей сталкивался каждый третий российский школьник, а кибербуллинг только набирает обороты. Но каждый раз, когда заходит разговор о реальных санкциях за школьную травлю: будь то влияние на поступление в вуз, дисциплинарные ограничения или ответственность школ, в России звучит один и тот же ответ:

«Это слишком жёстко»

«Это сломает детям жизнь»

«Нельзя наказывать за ошибки детства»

Однако разговоры, классные часы и лозунги работают только тогда, когда за ними стоит реальная ответственность.

В действительности общество пасует перед буллингом, потому что боится

— признать проблему системной

— увеличить ответственность школ и администрации

— войти в конфликт с родителями детей-агрессоров

К этому добавляются вопрос трат на борьбу с буллингом, так как это требует оплаты значительного числа специалистов, а также нежелание выносить сор из избы в каждом отдельном учебном заведении, ведь это снижает его репутационных показатели.

Жестоко или справедливо?

Корейский подход кажется радикальным. Но он задаёт неудобный вопрос:

Должен ли человек, который ломал других, получать социальные лифты без последствий?

Цена бездействия высока. Это — сломанные дети, выученная беспомощность и взрослые, которые с детства привыкли унижать других. Но когда объявляется и цена травли тоже и это — не выговор, а реальное влияние на будущее — к буллингу начинают относиться иначе.