― А кто, простите, на биткоин молится?

Г.Павловский
― Есть, есть. Я знаю таких, я знаю несколько таких. Вы недооцениваете страстей, которые в нашей стране разгорелись не на совсем пустом все-таки месте: эти цифры все-таки более надежны, чем цифры рейтингов.

М.Наки
― Раз уж у нас всё сошлось – и Путин, и биткоин в одном предложении, — то, собственно, на этой неделе Путин и биткоин тоже были в одном предложении. Он про них и говорил. Говорил, что надо не запрещать, но регулировать, чтобы защитить граждан, чтобы предотвратить отмывание денег. Почему заинтересовались этими криптовалютами, и, действительно ли, заботятся о населении?

Г.Павловский
― Заинтересовались криптовалютами уже некоторое время назад, потому что там есть, чем интересоваться. Вообще, это интересный процесс с большим количеством приложений возможных, в том числе, и для власти, потому что это ведь, помимо прочего, еще и возможность обхода запретов, связанных с санкциями. То есть, уверяю вас, интерес к этому разносторонний.

Но сейчас возник страх, потому что «а, как же моя монополия?» Наша власть, когда чем-то интересуется, она хочет, чтобы все остальные отошли на расстояние оружейного выстрела, чтобы ей никто в этом не мешал. Поэтому Путин так осторожно сказал: «Отойдите. Мы еще не решили, как нам с этим обращаться».

Е.Канакова
― А если не отойдут?

Г.Павловский
― Ну, дальше начнутся принятия запретов, неисполнения, естественно, этих запретов. Когда, вы знаете, такие цифры, они, не вечные, конечно, будут цифры – биткоина, — тем более, они мотивируют. Когда такие цифры, запреты не работают вообще нигде, даже у самых лояльных людей.

М.Наки
― А какие-то риски для государства несет ли такое обращение валюты, которой они не управляют, для нашего государства?

Г.Павловский
― Для всех государств это несет риски. На самом деле, ведь еще непонятно, во что выльется все это уже начинающееся движение лавины, сход лавины, которая пошла. Ее называют «цифровизацией», но ведь это процесс, который, действительно, очень быстро, быстрее, чем интернет изменит наш ландшафт — и государственный, и политический, и так далее. Но никто не может пока сказать, как именно. Поэтому воскресают старые страхи: какие-то негодяи будут это использовать, чтобы… не знаю что – переводить деньги Сороса сюда и финансировать, не знаю кого… Каца. Люди ведь простые существа, у них фантазия далеко не идет. Поэтому биткоин – это что-то, чем я не вполне владею. Раз я не вполне владею, значит, это что-то вражеское.

М.Наки
― То есть нам в любом случае ожидать если не полного запрета, то существенных ограничений?

Г.Павловский
― Да, ограничений и всяческого контроля подходов в этому месту. Уже много раз сказано, что нужно знать всех, кто этим занимается, они должны быть как-то особо зарегистрированы, видимо, в местной управе, не знаю, в отделении милиции.

М.Наки
― В МФЦ получить бумажку на биткоин, например.

Г.Павловский
― Да. Мы понимаем, что это не сработает, поэтому можем просто наблюдать за процессом.