Александр Вершбоу (Alexander Vershbow)
За почти сорок лет, в течение которых я, помимо прочего, в качестве посла Соединенных Штатов в Москве и заместителя генерального секретаря НАТО участвовал в выстраивании отношений России и Запада, я был свидетелем некоторых непростых времен. Но едва ли было время — по крайней мере, после окончания холодной войны — когда отношения были настолько обременены проблемами, как сегодня.

Незаконная и нелегитимная аннексия Крыма Россией и поддержка ею сепаратистов на востоке Украины пошатнули принципы организации безопасности в Европе, которые мы все долгое время считали чем-то само собой разумеющимся. За прошедшие месяцы мы могли наблюдать, как Россия выдвигала все новые и новые войсковые соединения на Запад, на границу с государствами-членами НАТО. Был целый ряд масштабных военных учений. К ним относились и учения, о которых не сообщалось заранее, и в которых иногда принимали участие свыше ста тысяч военнослужащих. Это почти в два раза больше, чем на последних крупнейших со времени холодной войны учениях НАТО.

Созданию напряженности, которой у нас не было с 80-х годов прошлого века, способствовало решение России приостановить действие договора об использовании обычных вооружений в Европе и разочаровывающие итоги выполнения Россией уже существующих, подписанных ею таких международных соглашений по безопасности, как Венский документ, Договор по открытому небу и Заключительный акт Хельсинки. Реакция НАТО была активной и прозрачной.

На недавнем саммите в Варшаве Альянс анонсировал размещение на основе ротации четырех интернациональных батальонов в Эстонии, Латвии, Литве и Польше, включающих в себя в целом несколько тысяч солдат. Эти шаги адекватны и продуманы — соразмерная реакция на действия России. Имеется целый ряд существующих уже долгое время соглашений, регулирующих военные действия всех стран в регионе — а к ним относятся Россия и 28 стран-членов НАТО. Важнейшими из них являются Венский документ, согласованный между всеми 57 государствами-членами Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), и Основополагающий акт НАТО-Россия, подписанный в 1997 году в духе взаимного сотрудничества. Многие годы страны НАТО призывали Россию принять конструктивное участие в модернизации Венского документа.

Мы нуждаемся в более низком пороге применительно к учениям, о проведении которых следует сообщать заранее и которые проходили бы под наблюдением, и нам нужно заполнить пробел в урегулировании ситуации с учениями, о которых заранее не сообщается. Кроме того, нам необходимо создать бóльшую прозрачность в военной сфере. К сожалению, Россия, абстрагируясь от вызывающей одобрение, но сильно ограниченной инициативы создания зоны безопасных полетов над Балтийским морем, так или иначе отказалась обсуждать эти вопросы. Вместо этого Россия обвиняет НАТО в агрессии. Москва зашла так далеко, что обвиняет НАТО в нарушении важной части Основополагающего акта НАТО-Россия от 1997 года о длительном размещении вооруженных сил.

Имеющееся в акте соглашение по так называемым «субстанциональным» боевым соединениям, возможно, звучит как сомнительный пункт, однако Россия вновь пытается посеять сомнения в легитимности действий НАТО. В 90-х годах я входил в состав американской делегации, которая принимала участие в переговорах по основополагающему акту НАТО-Россия и в особенности по абзацу о «субстанциональных» боевых соединениях. Данный абзац гласит, что Альянс «в нынешних и обозримых условиях безопасности будет осуществлять свою коллективную оборону и другие задачи через обеспечение необходимых совместимости, интеграции и потенциала усиления, а не путем дополнительного постоянного размещения субстанциональных боевых сил». НАТО обращала особое внимание на соблюдение буквы и духа данного абзаца.

Она никогда не соглашалась с точным определением понятия «субстанциональные боевые силы», однако в официальных заявлениях России того периода предлагается определение количественной верхней границы одной бригады от каждой страны. Количественный состав четырех батальонов, размещение которых в четырех восточных государствах НАТО было согласовано руководителями наших государств и правительств, а также дополнительного двустороннего размещения боевых сил США в рамках «Европейской инициативы по перестрахованию» явно ниже предложенного Россией определения границы. Все обвинения в том, что НАТО нарушает Основополагающий акт или не держит свои обещания, в силу сказанного необоснованы. В 1997 году количественный состав военных сил Альянса, размещаемых в других странах НАТО, составлял порядка ста тысяч военнослужащих.

Это уже значительно меньше, чем к моменту окончания холодной войны. Даже если считать согласованное в Варшаве размещение новых подразделений, общее число военнослужащих в следующем году составит менее 75 тысяч. За те же два десятилетия объем вооруженных сил на границах с государствами НАТО существенно вырос. НАТО за последние 70 лет действовало в рамках оборонительного плана, адекватно и ответственно. Мы много сотрудничали с Россией. Согласованный в лучшие времена основополагающий акт НАТО-Россия говорил о «совместном обязательстве по выстраиванию стабильной, мирной и неделимой, единой и свободной Европы на пользу всех ее народов».

Это все еще является целью НАТО. Чтобы это стало возможным, должна измениться позиция России, в отношении Украины и не только. Являясь частью Европы, Россия должна в срочном порядке принять участие в переговорах на базе ОБСЕ по актуализации Венского документа. Европа — и весь мир — нуждается в России, которая была бы готова к прозрачности, сотрудничеству и диалогу. Переговоры в Вене были бы хорошим этому началом. Автор является заместителем генерального секретаря НАТО.