Энергетические проекты: потоки и спекуляции

В течение 2000-2015 гг. добыча природного газа в Европе сократилась на 70 млрд. м3. Месторождения Нидерландов, Великобритании и Норвегии истощаются, новых залежей за 15 лет не обнаружено. За этот же период европейские потребности в природном газе испытывали взлёты и падения, составив 430 млрд. м3 в прошлом году. Что существенно ниже рекордных 510 млрд. м3 в 2010 году, но заметно больше 400 млрд. м3 в начале века. Энергетический рынок Европы формируется различными тенденциями, рыночными и административными. Важнейшие из них:

— Всяческое поощрение энергосберегающих технологий. Вместе с выводом производства в развивающиеся страны, кризисными последствиями 2008 года и медленным ростом населения это позволило… увеличить общеевропейское потребление энергии. Пусть и незначительно, всего на 8% за 15 лет.

— Активное развитие возобновляемых источников энергии. Как правило, за счёт государственных субсидий и бюджетных преференций, в условиях высоких мировых цен на нефть и газ. Сравнительная дешевизна углеводородов крайне опасна для «зелёной альтернативы» – в США этот период ознаменовался кладбищами ветрогенераторов и солнечных панелей, похороненных напором сланцевого газа.

— Разведка сланцевого газа в различных европейских странах закончилась безрезультатно, в ряде государств ЕС технологии фрекинга законодательно запрещены. В период до 2020 года по экологическим соображениям будет серьёзно ограничено сжигание угля во всём ЕС.

— Отказ от атомной энергетики в подавляющем большинстве европейских стран. Работающие АЭС эксплуатируются по остаточному принципу даже во Франции, где 58 реакторов вносят 45% вклад с энергетический баланс Пятой республики. Количество строящихся либо проектируемых АЭС в Старом Свете можно пересчитать по пальцам одной руки. Число выводимых из обращения европейских промышленных реакторов в ближайшие 10 лет измеряется десятками, их мощности необходимо компенсировать.

— Экспорт сжиженного природного газа обеспечивает Европу 46 млрд. м3 топлива в год, используя потенциал уже построенных терминалов на 20%. Новые СПГ-терминалы задействованы даже слабее старых. Сжиженная альтернатива вслед за возобновляемой разбивается о финансовые рифы.

Например, от РФ Греция получает российский трубопроводный газ по цене 170 $/тыс. м3, с доставкой через четыре транзитные страны. СПГ из ближайшей Турции, от компании «Botas», стоит 210 $/тыс. м3. Алжирская «Sonatrach» предлагает грекам свой сжиженный газ по 230 $/тыс. м3. Американская «Cheniere» оценивает своё топливо у греческих причалов в 250 $/тыс. м3. Вот и вся разжиженная арифметика.

Европе в целом и 27-и государствам Евросоюза в частности нечем заменить продукцию «Газпрома». Альтернативная генерация достигла своего максимума, атомная и угольная уходят в прошлое, сжижено-танкерная чрезмерно затратна. Потому и построен «Северный Поток» первой очереди и реализуется второй этап балтийского газопровода. Потому и загружены все прочие магистрали на поставки российского газа в ЕС. Потому к спешной реанимации сразу двух черноморских трубопроводов призывают видные еврочиновники и политики потенциальных государств-транзитеров. Хронология продвижения-поражения-возрождения Потоков весьма поучительна.

«Южный Поток» разрабатывался как дополнение Северному в течение нескольких лет. С целью полного обеспечения газовых потребностей Южной и Центральной Европы в обход транзитных шантажистов из ближнего российского зарубежья. Мощность четырёх «ниток» ЮП равна 63 млрд. м3, стоимость сооружения – порядка 16 млрд. $. Срок полной окупаемости трубопровода – 10-12 лет. При соблюдении графика строительства «Южный Поток» планировалось запустить ещё в прошлом году.

Вместо этого Еврокомиссия и власти Болгарии последовательно и настойчиво препятствовали осуществлению ЮП. Требование энергетического еврокомиссара отменить строительство «Южного Потока» и вложить средства в модернизацию украинской ГТС датировано январем 2011 года – причём речь идёт о российских средствах! За истекшие пять лет ни ЕС, ни США, ни любой иной иностранный инвестор в ГТС Украины не вложил и ломаного доллара.

После визита американских конгрессменов в Софию (июнь 2014) болгарское правительство приостановило реализацию «Южного Потока». Вынудив прекратить строительство уже после доставки в болгарскую Варну партии труб, после заключения множества договоров с десятком европейских стран и оставив саму Болгарию на нищей обочине европейской энергетики.

Практически без паузы, в декабре 2014 года, «Южный Поток» преобразовался в «Турецкий». Он позволяет задействовать всю построенную инфраструктуру в России, обладает аналогичной пропускной способностью и сроком окупаемости, стоимостью около 12 млрд. $. Прекращение работ по ТП и резкое обострение российско-турецких отношений – следствия гибели Су-24 над северной Сирией в результате провокационной атаки турецкого F-16. В первом полугодии 2016 со стороны турецких, болгарских и европейских чиновников озвучивались декларативные желания возобновления Потоков.

Ситуация принципиально изменилась на турецком направлении, в мае-июле.
Во-первых, официальная Анкара нашла в себе мужество извиниться за авиационное злодеяние, инициатор воздушной атаки вылетел в отставку с премьерского поста, непосредственный убийца российского пилота оказался за тюремной решеткой.
Во-вторых, в Турции произошла кровавая попытка государственного переворота, подавленная весьма решительно и масштабно. Опале подверглись многие военные чины, в том числе пилоты и организаторы охоты за нашим штурмовиком.
Объективные экономические интересы России и Турции вынуждают наши страны к взаимовыгодному сотрудничеству. Через неделю после ликвидации турецкого путча возобновлено обсуждение «Турецкого Потока» на министерском уровне. 9 августа достигнута договорённость между президентами России и Турции о строительстве первой нитки ТП.

Моментально активизировались болгарские и европейские власти. Брюссель направил письмо Софии о её перспективах в качестве континентального газового хаба, дозволив подключение к российским месторождениям. Болгария вызвалась возродить сотрудничество с РФ не только по транспортировке газа, но и по атомной станции в Козлодуе. Решение международного арбитража о взыскании с болгарских заказчиков 500 млн. $ в пользу российских изготовителей оборудования для АЭС «Козлодуй» – «чистое совпадение». Как и финансовая невозможность строительства нового болгарского реактора компанией «Westinghouse». Даже при поддержке Экспортно-импортного банка США, Японского банка международного сотрудничества и корпорации «Toshiba»…

Черноморские газовые потоки вновь обласканы вниманием политиков, энергетиков, масс-медиа. Оба проекта экономически обоснованы, опираются на уже построенную в РФ инфраструктуру, крупнейшие в мире запасы «голубого топлива», на российское реноме надёжного поставщика энергоресурсов на внешние рынки. Но при международном сотрудничестве надежность и предсказуемость должны быть взаимными. Они определяются не политическими заявлениями, а долгосрочными интересами участников проекта.

Болгария покупает у России 3 млрд. м3 газа ежегодно, самостоятельность её властей сравнима с развитием болгарской промышленности, разрыв партнёрства могут диктовать не только брюссельские бюрократы, но и американские конгрессмены.
Турция покупает у России 27 млрд. м3 природного газа, причём половину – через причерноморскую «транзитную дугу». Турция намерена увеличить как объём закупок, так и независимость от третьих стран при газовых поставках.
Законодательный диктат Евросоюза вызывает душевный трепет болгарских властей и пренебрегается Анкарой. Влияние США в Турции также носит ограниченный характер, особенно в отношении торгово-экономической сферы. «Мировой гегемон» вынужден терпеть блокировку базы ВВС «Инджирлик», периодические запреты использовать на ней свою авиацию и отбиваться от выдачи «организатора» мятежа для расстрела в Турции. Возможностей для табуирования турецких внешнеэкономических связей у Вашингтона немного.

В интересах России возобновить ТП и построить одну нитку газопровода для полного обеспечения Турции прямым экспортом из РФ. Уже озвучены предложения о паритетном финансировании «Турецкого Потока», причём из Анкары. Кроме того, благоразумно позабыты турецкие пожелания дополнительных скидок от «Газпрома».
Спекулятивные предложения болгарской стороны нуждаются в железобетонных финансовых гарантиях. Транзитные поставки российского газа в Южную и Центральную Европу допускают как турецкое, так и болгарское направление и вполне возможны при полномасштабной реализации «Nord Stream 2.0».
Диверсификация газовых потоков полностью вписывается в нормативы номерных энергопакетов ЕС. Россия остаётся лидирующим поставщиком природного газа в ЕС, вне зависимости от выбора транзитных маршрутов.