«С тех пор, как в 2014 году был свергнут президент Виктор Янукович в результате народных волнений, которые украинцы называют „революцией достоинства“, западные политики выстроились в очередь, чтобы дать Киеву нравственные и технические советы, как бороться с коррупцией и Россией», — напоминает в The New York Times специалист по коррупции, льготным налоговым режимам и СССР Оливер Буллох.

«Когда вице-президент США Джозеф Р. Байден выступил перед украинским парламентом в декабре, он завершил свою нотацию словами: „Вы не сможете назвать мне ни одной на свете демократии, которая была бы охвачена раком коррупции“. И все же каждый раз, когда западные политики произносят подобные речи, хочется спросить: „А куда же, по-вашему, деваются грязные деньги?“ — говорится в статье.

»Эти деньги не остались на Украине. Нет их и в этих налоговых гаванях. Если бы в Панаме оставалось все, что через нее проходит, она была бы одной из богатейших стран на земле", — утверждает аналитик.

«Тем, кто постарался наворовать миллионы долларов, хочется держать их в каком-нибудь более безопасном месте, чем Панама. Они хотят, чтобы их деньги были на Манхэттене, в Цюрихе или Лондоне, — рассуждает автор. — Они хотят держать их там, где отличные больницы, лучшие в мире школы, главные знаменитости и события мирового уровня. Они хотят держать их там, где можно наслаждаться жизнью».

«Украина пытается бороться с этой системой. В конце 2014 года она приняла закон, требующий от украинских компаний сообщать, кто на самом деле владеет или управляет ими. Никаких больше анонимных холдингов, зарегистрированных в офшорах», — говорится в статье. «Это критически важный инструмент для обнажения подлинных связей между политикой и бизнесом», — цитирует Буллох директора «Центра противодействия коррупции» (Украина) Дарью Каленюк.

«Примеру Украины следуют другие страны: Великобритания, Норвегия и Дания планируют потребовать от компаний указывать их конечных владельцев, так называемых бенефициарных собственников, — сообщает издание. — Эти законы следует принять как можно скорее, потому что главный сообщник коррупции на Украине — не Mossack Fonseca и даже не Панама. Это Запад. И пока мировым клептократам позволяют использовать анонимные корпоративные счета, чтобы покупать яхты, пентхаусы и особняки, юристы будут открывать эти счета в налоговых гаванях от Делавэра до Сейшел».