Министр иностранных дел России Сергей Лавров и Госсекретарь США Джон Ф. Керри дважды встречались в течение последних трех дней в таких отдаленных местах, как Катар и Малайзия и так и не смогли убедить друг друга уступить в разделяющих их вопросах. Эти вопросы включают противоречивые мнения Москвы и Вашингтона о том, кто несет ответственность за сепаратистский конфликт в Восточной Украине, необходимо ли свергнуть президента Сирии Башара Асада и прекратить четырёхлетнюю гражданскую войну в его стране, а также о роли союзника Кремля – Ирана – в многочисленных столкновениях на Ближнем Востоке.

Россия стремилась взять на себя роль медиатора в разрешении конфликта в Сирии в последние недели, когда президент Владимир Путин во время июньской встречи с наследным принцем и министром обороны Саудовской Аравии предлагал сформировать широкий «антитеррористический фронт», который должен объединить разрозненные страны и силы, которые сейчас по отдельности сражаются с анклавами боевиков «Исламского государства».

В среду, МИД России заявил, что он пригласил главную оппозиционную группировку Сирии в Москву для переговоров, и что сирийский лидер Национальной коалиции Бадр Джамусе принял приглашение. Обещание Джамусе «организовать визит настолько скоро, насколько только возможно» демонстрирует сдвиг в стратегии сирийских повстанцев, так как они достаточно долго давали отпор Кремлю в знак протеста в отношении того, что Кремль постоянно оказывает поддержку и поставляет вооружение силам Асада.

Неясно, что привело к изменению линии сирийских повстанцев. Усталость и разочарование могут быть таковыми, так как оппозиционные силы, борющиеся с Асадом, раскололись и вступили в союзы с иностранными ополченцами, которые имеют противоречивые цели, в том числе борьбу с ИГИЛ и ан-Нусрой.
Национальную сирийскую коалицию, возможно, привлекли слухи, исходящие из Турции и других стран о том, что Путин может быть более сговорчивым, чем он был в начале гражданской войны своего союзника.

Президент Турции Эрдоган заявил в понедельник журналистам, что он почувствовал во время июньской встречи с Путиным, что тот был готов пойти на компромисс в вопросе о будущем Асада как сирийского лидера, что он, возможно, даже откажется от поддержки Асада.