Александр Лебедев: Публика, которую принято считать либеральной, предложение заметила и написала, что «наконец-то чекист Лебедев расчехлился». (Смеется.) Сколько угодно можно меня упрекать в том, что я «перешел на сторону режима», но я всего-навсего на стороне здравого смысла.

— И что дальше?

— Дальше мы вместе с профессором Иноземцевым написали статью для Financial Times, но нам отказали в публикации. Обратились в The New York Times. Тоже получили отказ. Опубликовали в Independent (Владислав Иноземцев — член научного совета и президиума Российского совета по международным делам. Статья Лебедева и Иноземцева была опубликована 10 ноября. — И. М.), что не очень комильфо. В статье мы обосновали предложение о проведении в феврале Ялтинской конференции, на которой предложили договориться рассматривать действия России в Крыму как превентивную гуманитарную интервенцию.

— Все-таки — интервенцию.

— Интервенция в данном случае — не военное вторжение, а вмешательство. Давайте вспомним апрель 1994 года и представим, что в Руанде перед началом геноцида народности тутси и хуту была бы военная база Франции… Неужели французы не вмешались бы во внутреннее дело Руанды и не предотвратили массовые убийства, когда в течение 100 дней были истреблены около миллиона человек? Поэтому уж точно нельзя согласиться с Карлом Бильдтом, который предлагает приравнять действия Ирака времен Саддама Хусейна в Кувейте к действиям России в Крыму.

Западных политиков можно понять. Они исходят из принципа неприкосновенности границ в Европе. Считают события в Крыму аннексией, а реальный результат референдума жителей Крыма, обстановки, которая сложилась в Украине — когда возникли угрозы безопасности и жизни граждан, во внимание не принимаются. Dura lex sed lex. Человеку, который много лет с Крымом связан своей деятельностью — и благотворительной, и культурно-просветительской, и деловой, — видно в том числе иное, не только то, что нашим европейским коллегам. Еще раз: их действия понятны и объяснимы. Но санкции контрпродуктивны с точки зрения поставленных Евросоюзом задач. Надо их отменять и договариваться. Всем.