В Европе и в Мире в целом компания против Путина и России приобретает особый размах. Стоит только кому-то сказать в отношении Путина или России нечто нейтральное (не говоря уже о поддержке), вся мощь карательной системы третьего тоталитаризма (либерализма) обрушивается на голову инакомыслящих. Примеры повсюду и бесконечны.

Однако главное не это. Главное то, что в самой России сложилась парадоксальная ситуация, когда власть начинает репрессии не только против «пятой колонны» либералов, откровенно состоящих на балансе у ЦРУ и Вашингтона, но против своих, против патриотов, поддерживающих Путина, против ополченцев и добровольцев Новороссии.

Россия — особенно в случае с Крымом — бросила вызов однополярному мировому порядку, заявила о своем суверенитете. В ответ — вполне закономерно — третий тоталитаризм (либерализм) — начал репрессии против симпатизирующих Путину и России в международном масштабе.

Во главе России и рядом с Путиным стоят те, кто являются врагами и России и Путина, и одновременно, принадлежат к единой мировой сети третьего тоталитаризма (=либерализма) и служат интересам однополярного мира. Это не какая-то химера, это просто российская политическая и экономическая элита 90-х, которая хочет и может жить и играть только по правилам глобального Запада, разделяет американские ценности и протоколы, хранит свои сбережения за рубежом, интегрирована (или ей так кажется) в мировой олигархат.

Именно российская элита является сегментом глобальной либеральной структуры — на нее завязан весь ее бизнес, все финансы, и что самое главное — сознание. Это и есть гегемония, эпистемологическая оккупация. Россия оккупирована местным сегментом мировой либеральной элиты, и в таком положении Россия у нее в заложниках. И сам Путин заложник этой элиты.