Сейчас уже вряд ли найдется человек, который хотя бы краем уха не слышал о деле панк-группы Pussy Riot. История о трех девушках, спевших песню в московском храме, а затем схваченных и преданных суду облетела весь мир. Десятки тысяч просмотров трансляции судебного заседания, сотни тысяч написанных статей и заметок, миллионы оставленных комментариев. В марте 2012 года вряд ли кто-то мог предположить, что уголовное дело №177080 по обвинению Алехиной М.В., Толоконниковой Н.А. и Самуцевич Е.С. по ч.2 ст. 213 УК РФ превратится в самый громкий процесс нового тысячелетия и будет содержаться в повестках дня при встречах на высшем уровне. В дискуссию относительно этого дела, расколовшую общество на два непримиримых лагеря сторонников и противников группы, было вовлечено огромное количество людей всех сословий и слоев общества, включая двух президентов Российской Федерации – нынешнего и предыдущего.

Во многом, причиной столь масштабного интереса к данному делу стали сами фигурантки этого процесса. Их пассионарностью, самоотверженностью и стойкостью перед бездушным государственным механизмом восхищался весь мир. С другой стороны, интерес к делу подогревала сама власть, которая пыталась сформировать отрицательное общественное мнение к девушкам через подконтрольные ей средства массовой информации, включая федеральные телеканалы, что также способствовало распространению информации в обществе.

Именно информационное давление со стороны государства предопределило дальнейший ход развития этого процесса. Возникла коллизионная ситуация: имеется некое деяние, квалифицирующееся действующим законодательством как незначительное административное правонарушение, в правовом смысле и нестандартная общественно-политическая ситуация с трудом укладывающаяся в рамки представлений морали. В демократическом обществе, там, где верховенство права и закона обеспечиваются сменяемостью власти, а государственные институты действительно независимы друг от друга, все решения в подобной ситуации принимались бы исходя из буквы и духа закона. В авторитарных системах, пусть и таких мягких, как в современной России, решения принимаются не столько исходя из норм законодательства, сколько исходя из политической целесообразности, в интересах правящей элиты.

Безусловно, власть понимала, что действуя по закону, она была бы обязана отпустить девушек на свободу, приговорив их максимум к штрафу. Но в условиях крайне высокой политической протестной активности, в условиях прямой критики только что избранного президента Путина подобный шаг мог вызвать неприятие консервативной части общества, сторонников традиционных ценностей, тех людей, на которых власть опирается.
…