Чтобы эту историю закончить в этой части – вас тут спрашивают: «Ну что, вот этого журналиста, Михаила Афанасьева, судить?» — то есть, все считают, что вы приказали отдать его под суд.

С.ШОЙГУ: Ну, это глупость совершеннейшая. Я не узурпатор и бог ему судья – знаете, он мне абсолютно безразличен. Я в данном случае не за судьбу чиновничества ратую, или еще за что-то. Но когда ребята – представьте себе, на одной площадке в смену работают больше тысячи спасателей сразу. Когда под водой работает 62 водолаза здесь, и почти 200 человек внутри машинного зала, и когда — я действительно это сегодня только прочитал, эту фразу – она же заканчивается не полностью говорят про Афанасьева. Все знают сейчас героя-Афанасьева.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Героем его сделала прокуратура Абакана.

С.ШОЙГУ: Но никто не знает фамилию нашего парня, Саши Барковского, который спас этих самых двоих людей. Потому что он спас их 17-го, а этот слух, что там стучат люди, дошел до Афанасьева аж 19-го.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Получается, что единственный кто ответит за все – это Афанасьев.

С.ШОЙГУ: Когда у человека поворачивается язык, ну, в данном случае, пальцы или руки, сказать на наших ребят, на спасателей, что они этих людей не спасают, потому что это дорого — то есть, они их слышат, но не спасают, потому что это дорого.