Несмотря на то что в России нет и пока не предвидится прецедентного права, когда одно решение суда будет применяться к аналогичным последующим, правозащитная практика показывает: конкретное проявление милицейского произвола можно с помощью языка судебных решений перевести в осязаемый для кошелька денежный эквивалент. Ориентируясь на этот своеобразный прейскурант, несложно оценить: сколько государство заплатит за убийство милиционером родственника, удаленную после общения со стражем порядка селезенку и лопнувшую барабанную перепонку, пишет "Новая газета".

— Цена за летальный исход: 100-300 тыс. рублей
— Стоимость пыток и увечий: 10-150 тыс. рублей
— Тариф за "клетку": от 6 до 450 тыс. рублей
— Сколько стоит то же самое за рубежом

Четкой тарификации морального вреда по делам о милицейском произволе в российском законодательстве нет. Каждый судья определяет сумму компенсации по-своему. При этом далеко не всегда так, как оценивают ущерб сами жертвы.

Одним из критериев для оценки эффективности компенсации как средства защиты является обязанность присуждать суммы компенсации, адекватные присужденным Европейским судом по правам человека в аналогичных делах (решение Scordino v. Italy (no.1) §§ 202-206 и 213). Анализируя касающиеся России дела, Европейский суд указал: присуждаемые российскими судами по аналогичным делам суммы компенсации в сравнении с практикой самого суда были необоснованно занижены.