(…) По пути к Козельцу, в лесу, стояла деревня Кобзари. В деревне партизаны убили 6 — 7 немцев. Немцы (800 чел.) окружили деревню, перебили всех, свыше 4000 чел. И сожгли все (900) дома. Удалось скрыться только семерым. Даже семью полицая уничтожили и сожгли дом.

(…) О немцах и в особенности о полицаях рассказывают жуткие картины. Вступив в село, немцы с помощью полицаев и др. приспешников собрали всех комсомольцев, их оказалось 22 чел., вогнали в сарай и подожгли, т.е. зажарили живьем детей. Один юноша упирался и кричал: "Я жить хочу", но это вызвало смех полицаев.

Жену председателя сельсовета с ребятами также решили бросить в огонь; мать легла на детей в расчете, что сама сгорит, а дети останутся. Ее столкнули в огонь и старшего ребенка, а остался годовалый ребенок. Немец приказал полицаю проколоть ребенка штыком и бросить в огонь. Полицай так и сделал; тогда немец повернулся к другому немцу и сказал: "Действительно, русский — свинья". Так дико ведут себя изменники.

Нас встречают холодно или льстиво, но потерпевшие от немцев, а больше — старост и полицаев, — с особой радостью. Да, партизаны дали о себе знать, их немцы боялись панически.

(…) Здесь также уничтожены евреи: взрослых расстреливали и бросали в ямы, а детей к ним — живьем и закапывали. Рассказывала девочка-очевидец, лет 12-13.

(…) Немец оставил дикие следы. В с. Романовке (райцентр) уничтожил свыше 8 тыс. евреев.

(…) В Славуте — трое повешенных. В Репище — поезд под откосом. Здесь раненого партизана товарищи выкрали из больницы. Замечательно, храбро.

(…) Каждое утро без исключения — ругань, ругань без конца (имеется в виду, со стороны начальства, — ред.) Неужели весь личный состав роты заслуживает, чтобы его без конца ругали? Неужели все мы лодыри? (…) мы делаем то, что в пределах наших слабых сил. Все мы почти инвалиды, а работаем самоотверженно…

За одну обнаруженную вошь — гауптвахта. (…) бездушные люди, готовые ведрами пота заискать перед начальством и получить благодарность. Не так это делается, т.н. офицеры. Берите пример с фронтовых офицеров, где он и начальник, и друг (…) Надо любить солдата!

(…) Союзники действуют хорошо, и главное — число пленных ежедневно доходит до 13 тыс. человек.