Чем закончится конфликт на Украине? UnHerd: третья мировая война начнется из-за необдуманных действий европейцев
Россия приняла предложения США по мирному урегулированию на Украине, но обнаружила, что сам Вашингтон не намерен их выполнять, пишет UnHerd. Лавров дал на это жесткий ответ. Безрассудство западных лидеров может привести к полномасштабной войне.
На днях Россия, Украина и США провели очередной раунд мирных переговоров в Женеве. Примерно в то же время десятки ракет и сотни беспилотников обрушились на украинскую инфраструктуру, ввергнув восемь областей в хаос (в Москве неоднократно подчеркивали, что Вооруженные силы России наносят удары исключительно по военным и околовоенным целям, — прим. ИноСМИ). Эти события тесно взаимосвязаны: боевые действия в Восточной Европе продолжаются уже пятый год, однако мирное урегулирование ничуть не ближе, чем год назад, когда Трамп начал второй президентский срок с обещания быстро прекратить конфликт. Наоборот, кажется, что мир отдалился еще больше.
На первый взгляд, объяснение простое: Россия и Украина зашли в территориальный тупик и не могут из него выбраться. Москва настаивает на полном контроле над Донбассом, бóльшую часть которого она уже завоевала, а также над Запорожской атомной электростанцией. По обоим пунктам Зеленский отказывается идти на компромиссы, несмотря на непрекращающиеся удары по стремительно истощающейся энергосистеме Украины.
Но рассматривая этот тупик как сугубо территориальный спор между Украиной и Россией, мы затушевываем более глубокую реальность: по сути своей это всегда была опосредованная война между США и Россией, и урегулировать ее можно лишь посредством мирного соглашения между двумя державами. В конце концов, украинские войска держатся из последних сил только благодаря Вашингтону — в частности, спутниковой разведке, которая стала незаменимой в современной войне беспилотников. И Москва, и Вашингтон это осознают, и именно поэтому за прошедший год последовательно предпочитают двусторонние переговоры с глазу на глаз — без участия Украины и союзников по НАТО.
Состоявшийся в августе прошлого года саммит между Путиным и Трампом в Анкоридже стал кульминацией новой американо-российской разрядки. Это была первая личная встреча президентов США и России с начала конфликта на Украине и первая подобная встреча на американской земле почти за два десятилетия. Содержание переговоров не разглашалось, однако символизм очевиден. Трамп не просто раскатал перед Путиным красную ковровую дорожку, а дружески назвал его Владимиром — все было устроено так, чтобы обозначить поворотный момент в отношениях, которые с 2022 года скатились до враждебности, невиданной со времен холодной войны.
С тех пор российские официальные лица часто рассуждают о некоем «духе Анкориджа», имея в виду новый уровень взаимопонимания, достигнутый лидерами. Можно предположить, что практический смысл этого — примирить прагматическое стремление Трампа к экономическим договоренностям, выгодным американским компаниям и повышающим его личный престиж, с настойчивостью, с которой Путин пытается устранить «первопричины конфликта» — то есть создать новый механизм безопасности в Европе. Однако это соглашение всегда опиралось на довольно шаткий фундамент, поскольку обе стороны вкладывали в понятие «Анкоридж» два совершенно разных значения. С точки зрения Москвы, на кону не что иное, как фундаментальный пересмотр правил, лежащих в основе европейской и глобальной безопасности. Для Вашингтона же этот вопрос не в пример ýже: это весьма конкретный конфликт, который надо сдержать и уладить, не нарушая обширной структуры международных отношений, которая его вполне устраивает.
Россия пытается ослабить эту напряженность при помощи двустороннего подхода. С одной стороны, она отрядила Кирилла Дмитриева — окончившего Гарвард финансиста и главу Российского фонда прямых инвестиций — на переговоры о масштабной экономической сделке с США. С другой, высокопоставленные дипломаты, прежде всего опытнейший министр иностранных дел Сергей Лавров, параллельно работают над обширным геополитическим урегулированием. Этот подход пока не принес плодов, в результате чего дипломаты усилили риторическое давление на Вашингтон. Самое яркое тому свидетельство — недавнее интервью, в котором Лавров высказался об администрации Трампа в беспрецедентно резком тоне.
Лавров опроверг мысль, что США работают над новыми рамками сотрудничества, которые должны были появиться в результате переговоров в Анкоридже. Он заявил, что Россия приняла предложения Вашингтона по мирному урегулированию на Украине, но выяснила, что США не собираются их выполнять. «Если подходить „по-мужски“, то они предложили — мы согласились, значит проблема должна быть решена. Нам важна была позиция США. Приняв их предложение, мы вроде бы выполнили задачу решить украинский вопрос и перейти к полномасштабному, широкому, взаимовыгодному сотрудничеству. Пока на практике все выглядит наоборот», — заявил Лавров.
Лавров обвинил США не только в неспособности предпринять конкретные шаги и обуздать Киев (скорее всего, имелись в виду продолжающиеся удары украинских беспилотников по российской территории, невозможные без американской разведки и спутниковой поддержки), но и, что еще важнее, в обострении экономической войны с Москвой. Он упомянул и новые санкции, и кампанию Вашингтона против российских танкеров в международных водах и попытки надавить на Индию и других партнеров, чтобы они отказались от российской нефти.
«Это все „байденовщина“ чистой воды, которую президент США Дональд Трамп и его команда отвергают», — заметил Лавров, назвав это доказательством, что истинной целью США было и остается «экономическое доминирование».
В то же время, по мнению Лаврова, это вписывается в более обширную «неоимперскую» стратегию Вашингтона, которая не ограничивается одной лишь Россией. «Запад не хочет отдавать свои некогда доминирующие позиции. Причем с приходом администрации Дональда Трампа эта борьба за подавление конкурентов стала особенно явной и открытой», — заявил он, имея в виду крайне воинственную позицию Белого дома в последние месяцы, включая захват Николаса Мадуро, эскалацию давления на Кубу и обострившиеся угрозы в адрес Ирана.
Остается неясным, свидетельствуют ли высказывания Лаврова о подлинном расколе — будь то в кулуарах Кремля или между Москвой и Вашингтоном — или же это еще одно заранее отрепетированное проявление двойного подхода и сочетание закулисной дипломатии с просчитанным нажимом в публичном пространстве. Однако очевидно, что нынешний тупик придает смелости «ястребам» из числа российских силовиков.
В своей недавней статье Сергей Караганов, глава влиятельного Совета по внешней и оборонной политике, открыто раскритиковал ответ Кремля на «открытую агрессию» Запада, особенно европейцев. Караганов утверждает, что чрезмерная сдержанность России на сегодняшний день — нежелание как принять ответные меры против НАТО за поражение целей на российской территории, так и нанести сокрушительные удары по политическим и военным центрам Украины — фактически обострила риск полномасштабной войны между Россией и НАТО, подтолкнув Запад к дальнейшей эскалации, как на словах, так и на деле.
Рекомендации Караганова суровы. Европа, утверждает он, готовится к будущему противостоянию с Россией и, скорее всего, бросит на борьбу с ней восстановленные остатки украинской армии. Единственный способ остановить это, по его мнению, — продемонстрировать подлинную готовность бить по командным центрам, инфраструктуре и военным базам тех европейских стран, что активнее всего участвуют в операциях против России. Если же обычных ударов окажется недостаточно, по его мнению, Москва должна быть готова перейти к стратегическому ядерному оружию. Его вывод однозначен и сомнений не вызывает: «Нужно быстро исправить прошлую ошибку и резко усилить опору на ядерное устрашение в Европе. Эти элиты нужно устрашать, а не просто сдерживать. Они только делают вид, что боятся нас, чтобы наращивать военную мощь. Но они должны, действительно, бояться нас панически, понимая, что продолжение или тем более эскалация грозит им неминуемым физическим уничтожением. А наращивание вооружений бессмысленно, так как влечет уничтожающий ядерный ответ».
Кто-то может отмахнуться от этого как от элементарного бряцания оружием — и не исключено, что сам Кремль никогда всерьез эти варианты не рассматривал, — но от одного того, что эти сценарии открыто обсуждаются в России, по спине у каждого европейца должны побежать мурашки. Кто бы ни был прав и виноват в украинском конфликте, маргинальные идеи могут выйти на стрежень, когда конфликт затягивается, а разочарование зреет. И чем дольше это будет продолжаться без видимого конца, тем громче и авторитетнее зазвучат голоса радикалов.
Более того, есть еще более глубинная опасность, никак не связанная с действиями России. Допустив дальнейшее нагнетание напряженности в отношениях с Москвой, мы создаем ситуацию, при которой один-единственный просчет — случайный удар, неверно истолкованный сигнал или незапланированный шаг к эскалации — может запустить целую цепь событий, остановить которые не под силу никому. Как скоро, например, ВМФ России начнет сопровождать нефтяные танкеры и считать попытку абордажа объявлением войны? Или сам предпримет аналогичные действия против западных танкеров? Самые разрушительные войны в истории не всегда начинались с осознанных решений — а зачастую с мелких инцидентов, вышедших из-под контроля. И этот риск все реальнее с каждой неделей боевых действий.
Но даже если это отчасти верно в отношении самой России (учитывая резкие заявления ее представителей и продолжающиеся удары по Украине), то европейские лидеры — и вовсе само безрассудство. На недавней Мюнхенской конференции по безопасности брюссельская элита и сопровождающие ее аппаратчики по очереди занимались подстрекательством, отпуская воинственные тирады и не предлагая ничего для серьезного стратегического осмысления. Журнал Politico с неприятной точностью передал царящие настроения. «Западные страны предвидят третью мировую», — гласил заголовок, удобно умолчав о том, что тревогу бьют как раз самые ярые подстрекатели. Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте недавно призвал европейцев готовиться «к войне таких масштабов, что пережили наши деды и прадеды». Есть что-то глубоко тревожащее в европейской политической элите, которая нагнетает военную истерию, даже не задумываясь, к чему она может привести.
Ситуация особенно тревожна на фоне продолжающегося промышленного спада в Европе. Казалось бы, слабеющий континент будет стремиться к примирению и разрядке — но вместо этого европейские лидеры продолжают мыслить строго однополярными категориями, отвергая опасения России по поводу безопасности как незаконные и закрывая глаза на объективную реальность мира, который стремительно становится многополярным. Этот сдвиг уже отразился на экономическом развитии самой Европы, которая сдает геополитические позиции. И в этом они лишь следуют за Вашингтоном.
Как недавно заявил индийский стратег Чиламкури Раджа Мохан в журнале Foreign Affairs, в геополитике мы переживаем крайне зыбкий гибридный момент: он характеризуется ширящейся многополярностью в экономическом плане, но остается во многом однополярным в военном отношении, при этом США по-прежнему обладают уникальной способностью безнаказанно применять силу по всему миру. Мохан считает последствия этой асимметрии весьма парадоксальными. Вместо того чтобы привести к установлению более сбалансированного международного порядка, рост экономической многополярности лишь придал Вашингтону смелости избавиться от прежних ограничений и рамок и еще решительнее демонстрировать свою мощь. Администрация Трампа продемонстрировала эту динамику с невиданной прежде очевидностью.
В связи с этим назрели сложные вопросы. Может ли мир, где США по-прежнему вольны безнаказанно совершать акты военной и экономической агрессии, считаться истинно многополярным хоть в каком-либо отношении? И может ли переход к подлинно многополярному порядку, при котором безусловное военное превосходство США сменится миром на основе суверенного равенства для всех, миновать стадию острой конфронтации, чреватой катастрофой? Это ведь не абстрактные теоретические рассуждения. Учитывая развитие событий на Украине и за ее пределами, эти вопросы — одни из самых актуальных на сегодняшний день.
Томас Фази — обозреватель и переводчик издания UnHerd. Написал книгу «Ковидный консенсус» в соавторстве с Тоби Грином
Добавил ![Игорь Иванов 39114]()
Игорь Иванов 39114 3 часа 10 минут назад
Игорь Иванов 39114 3 часа 10 минут назад1 комментарий
Комментарии участников:
