Удивительное дело — в Общественной палате РФ озаботились тем, что в российских школах «высок уровень травли на национальной почве», назвав одной из причин боязнь учителей вмешиваться в подобные «специфические» ситуации.

Речь, если что, про травлю русских детей детьми мигрантов, причем далеко не всегда словесную — могут побить, могут изнасиловать, могут покалечить. Подобные случаи, где жертвами «этнического буллинга» становятся русские дети, происходят почти ежедневно.

И это не обязательно условные Котельники, где во многих учебных заведениях дети мигрантов уже составляют большинство. Достаточно даже небольшой группы этнических отморозков, чтобы затерроризировать целую школу.

В данной ситуации перекладывать ответственность на учителей — самое простое, что можно сделать. Но не они превратили страну в проходной двор. И не они создали ситуацию, при которой диаспоры в ряде случаев трансформировались в полноценные этнические ОПГ с претензией на политическую субъектность.

Напротив, учителя, бесправные и запуганные, очень хорошо знают из новостей, что если сегодня они слишком строго отчитают оборзевшего детеныша, то уже завтра в школу заявится его отец, который просто изобьет их перед классом. То же касается русских детей, зачастую атомизированных и растущих в неполных семьях.

С детьми мигрантов всё наоборот. За ними:

1) Сплоченность;

2) Опора на диаспору и диаспоры (которые могут конкурировать между собой, но демонстрируют потрясающее единство и взаимовыручку, когда речь идет о конфликте с коренным населением);

3) Как следствие, ощущение полной, абсолютной безнаказанности.

Причем нужно понимать, что очень часто, не всегда, но почти всегда, дети транслируют именно то, что видят дома. И когда ребенок, чьи родители приехали из условного Таджикистана, генерирует вокруг себя ненависть к русским, с очень большой долей вероятности это означает, что именно такое мнение он слышит от своих родителей.

Таким образом, в очередной раз всё упирается в старые, много раз проговоренные и пережеванные со всех сторон проблемы:

1) Устаревшие правовые нормы, в частности, связанные с тем, что исключить ребенка из школы очень сложно, а иногда невозможно;

2) Правовую незащищенность учителей перед лицом тех, за кем в полный рост стоят диаспоры со всем их финансово-политическим ресурсом;

3) Само восприятие мигранта не как временного работника, который приезжает под конкретную задачу, а затем возвращается с деньгами домой, а как того, кто является ценностью самой в себе и перед кем нужно вывалить целый мешок льгот и бонусов, в том числе в виде возможности привозить сюда семьи и отправлять детей в общеобразовательные школы.

Причем в последнем случае универсального рецепта не существует в принципе. Дети мигрантов, отправленные в общие классы — это просадка успеваемости для всех, а создание отдельных классов — это формирование этнических протогруппировок уже на этапе младшей и средней школы. Другое дело — что эти протогруппировки и так создаются.

Так что нет хорошего решения. Нет и не будет, пока не изменится сам подход к миграционке и к тому, в какое будущее мы все движемся