23 января 2026 года – 240 лет со дня рождения гениального зодчего Огюста Монферрана. В созвездии архитекторов, которые создавали в России свои знаменитые шедевры, выходцу из Франции принадлежит особое место. Его творения – Александровская колонна и Исаакиевский собор в Петербурге стали не только уникальными произведениями искусства, но и достижениями технической мысли, прорывом в инженерных решениях.

Что круто изменило судьбу зодчего? Какие мистические истории связаны со стройкой века, которую вёл Монферран? И почему не выполнили его последнюю волю? О взлётах и тревогах великого мастера – в материале SPB.AIF.RU

Альбом для императора

Полное имя Монферрана – Анри Луи Огюст Рикар де Монферран. Его отец был верховым наездником, однако он рано умер и мальчика воспитывал отчим – художник и гравёр. По мнению биографов, именно он обучил пасынка рисованию. В 1806-м способного юношу приняли в Королевскую школу архитектуры, но уже шли наполеоновские войны и он сразу был призван на военную службу и зачислен в конногвардейский полк. Воевал храбро: участвовал в нескольких битвах, в том числе под Арно и Лейпцигом, где получил два ранения, в голову и бедро, оставшись навсегда хромым, был удостоен ордена Почетного легиона.

Выйдя в отставку, он занимает небольшую должность в генеральной инспекции архитектуры Парижа, участвует в строительстве церквей, но фактически остаётся без заказов и перспектив. И здесь – счастливое стечение обстоятельств. В 1814-м в Париж приезжает императорАлександр Первый. Монферран воспользовался случаем и преподнёс монарху победившей армии свой «Альбом разных архитектурных проектов, посвящённых Его Величеству Императору Всероссийскому Александру I».

Среди рисунков в роскошном с золотым тиснением альбоме (сейчас хранится в собрании Эрмитажа) были проекты загородного императорского дворца, публичной библиотеки, Триумфальной арки «Храброму Российскому воинству» и «Колонны в честь всеобщего мира» (будущей Александровской), конной статуи в честь императора. Причём рисунки были не только прекрасно выполнены, но и под каждым шёл краткий перечень необходимых строительных материалов, указывалась стоимость затрат и подчеркивалось, что она будет небольшой. Александру I, который как раз думал, как поднять Петербург на новую высоту, такой обстоятельный подход очень понравился и он пригласил архитектора в Россию.

В Петербург Монферран прибыл в июле 1816 года. Ему было 30 лет, он никого не знал, не имел связей и высоких покровителей. Правда имелось рекомендательное письмо к близкому к императоруАвгусту Бетанкуру, (гениальный инженер, изобретатель, строитель мостов, создатель Института путей сообщения – прим. ред.), который сразу увидел незаурядный талант молодого француза. Монферран тоже решил с первых шагов громко заявить о себе. Так он отказывается от места рисовальщика на Императорском фарфоровом заводе и принимается за первую самостоятельную работу – дворец Лобанова-Ростовского. Сегодня это знаменитый «Дом со львами» напротив Адмиралтейства. Именно его упоминает Пушкин в поэме «Медный всадник»: «…где над возвышенным крыльцом с подъятой лапой, как живые, стоят два льва сторожевые».

Собор строили 40 лет

Дворец получился великолепным, так что, когда Александр I велел Бетанкуру подобрать архитектора для перестройки Исаакиевского собора, тот предложил кандидатуру Монферрана. И не ошибся. Огюст, или как его звали в России Август Августович, подошёл к делу с присущей ему вдумчивостью и профессионализмом. Он изучил самые известные храмы Европы, разные архитектурные стили и предложил 24 проекта собора, которые снова переплел в изящный альбом для представления царю. В 1818 году императором была утверждена смета на фантастическую сумму 506 300 рублей.

Возведение собора шло 40 лет (Смольного – 87 лет, прим. ред.) Сменяя друг друга, трудились тысячи ремесленников и рабочих. Роспись, убранство были поручены самым известным художникам своего времени. Происходящее стало не только грандиозной стройкой, но и испытательным полигоном для новейших технологий. Одна только забивка 10,7 тысяч свай заняла пять лет. На стройплощадке Исаакия также проложили железнодорожные рельсы и это задолго до открытия в России первой железной дороги. Крупные грузы, камень, древесину и песок, доставляли по воде, на набережной их выгружали на платформы на конной тяге и по рельсам везли к месту строительства.

Прорывом в инженерной мысли стал и механизм установки многотонных колонн. Всё это в болотистом грунте. Монферран писал: «Мы шли в ногу с прогрессом в области чисто технической и в постройке собора доказали в некоторых случаях нашу инициативу в деле внедрения в строительство новейших открытий». Собор открыли в 1858 году и он стал одним из символов города на Неве. Сейчас там ежедневно проводятся богослужения.

Также всемирную славу архитектору принесла Александровская колонна, которую возвели в честь победы над Наполеоном. Её высота превышала все существовавшие тогда монумента – 47 метров. Реализация проекта заняла почти шесть лет.

Огромную гранитную скалу Монферран лично отыскал недалеко от Выборга. Работа кипела и на Дворцовой площади. Сначала на глубине пяти метров нашли подходящий песчаный материк и забили под основание 1250 шестиметровых сосновых свай. Затем котлован залили водой и срезали сваи по уровню водного зеркала — это обеспечило безупречную горизонтальность. Фундамент соорудили из гранитных блоков, а сверху водрузили четырёхсоттонный гранитный пьедестал. Предстояла самая сложная задача — установить колонну. И здесь оригинальную подъёмную систему предложил Бетанкур. Сегодня макет необычного механизма можно увидеть в Музее истории Петербурга в Петропавловской крепости.

30 августа 1832 года посмотреть на небывалое зрелище собрались тысячи людей, прибыл Николай I, вся царская семья и дипломатический корпус. Чтобы поставить колонну, привлекли две тысячи солдат и 400 рабочих, которые тянули пеньковые канаты. И вот каменная глыба приподнялась, поползла, а затем оторвалась от земли и её завели над пьедесталом. По команде канаты были отданы – колонна плавно опустилась на место. На всё ушло 1 час 45 минут. Народ кричал: «Ура!», а довольный Николай от души поблагодарил архитектора: «Монферран, вы себя обессмертили!»

Однако когда восторги улеглись, жители стали… жаловаться. Боялись, что колонна упадёт, ведь она стояла только за счёт собственного веса в 600 тонн. Чтобы развеять страхи, знаменитый архитектор стал прогуливаться с собачкой прямо под столпом, причём делал это каждое утро многие годы.

Предсказание сбылось?

Конечно, у такого человека нашлось много не только единомышленников, но и недоброжелателей. Критиковали Монферрана за непонимание русских традиций даже Стасов и Брюллов, а сколько было написано доносов, проведено проверок, в том числе по расходованию бюджета – не счесть. Нервозности добавляли и различные мистические истории. Так затянувшееся на четыре десятилетия строительство Исаакия породило слухи о предсказании. Якобы ясновидец сказал архитектору, что он умрет, как только достроит собор. Вот Монферран и не спешит…

Случайность или нет, но гениального творца не стало через месяц после освящения собора. Ему было 72 года. И хотя причиной стал постоянный стресс, обширное воспаление и приступ ревматизма, вокруг шептались, что «предсказание сбылось». Слухами окутано и завещание Монферрана. Он просил похоронить себя в Исаакиевском соборе, но император отказал. Официальная причина – храм православный, а архитектор был католиком. В тоже время живёт легенда, что среди скульптур святых, поклоном приветствующих Исаакия Долматского,Александр II заметил самого Монферрана, держащего голову прямо и решил, что это гордыня. В итоге жена увезла тело в Париж, где и состоялись похороны.

Сегодня имя Монферрана навсегда связано с нашим культурным наследием и является гордостью России и Петербурга. Он поднял и установил на постамент в Московском Кремле 200-тонный Царь-колокол, восстанавливал после пожара интерьеры Зимнего дворца. Проектировал особняки и государственные памятники, в том числе конный монумент Николаю I. Француз по рождению, именно в России он получил все возможности для работы и творчества, здесь раскрылся его талант. И город чтит и помнит своего великого мастера .