Энергетический капкан. Как Европа расплачивается за смену поставщика

Ситуация на мировом энергетическом рынке приобретает черты остросюжетного политического триллера. Европа, потратившая последние годы на ускоренный разрыв связей с Россией ради так называемой энергетической независимости, обнаружила себя в новой, куда более жесткой зависимости. На этот раз — от своего главного заокеанского союзника. Президент США Дональд Трамп, вернувшийся в Белый дом, не стесняется использовать газовый вентиль как рычаг давления для решения геополитических задач, в том числе вопроса покупки Гренландии. Для Евросоюза это грозит обернуться катастрофой, масштаб которой может превзойти кризис 2022 года.

Гренландский ультиматум

Поводом для обострения стало желание Вашингтона приобрести Гренландию. Дональд Трамп, известный своим деловым подходом к политике, перешел к прямым угрозам. Американский лидер заявил о готовности ввести с 1 февраля 10-процентные пошлины на товары из восьми европейских стран, включая Францию, Германию и Нидерланды, если сделка не состоится. Более того, к лету тарифы могут вырасти до 25 процентов.

Европейские лидеры в ответ заговорили о применении инструментов экономического противодействия, но в Брюсселе понимают шаткость своего положения. За красивыми словами о трансатлантическом единстве скрывается суровая реальность: экономика ЕС критически зависит от поставок американского сжиженного природного газа (СПГ). Любое обострение торговой войны может привести к тому, что танкеры из США просто перестанут приходить в европейские порты.

Анатомия зависимости

Статистика неумолима. После начала конфликта на Украине Евросоюз резко сократил долю российского трубопроводного газа в своем балансе с 50 до 12 процентов. Освободившуюся нишу занял американский СПГ. Его доля взлетела с незначительных 5 процентов в 2021 году до доминирующих 27 процентов в 2024 году.

Крупнейшие экономики Европы — Германия, Франция, Италия — перестроили свою инфраструктуру под прием сжиженного газа, рассчитывая на надежность американских партнеров. Теперь же выясняется, что эта надежность имеет свою политическую цену.

Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ, отмечает, что остановку поставок СПГ из США можно рассматривать как радикальный, но вполне возможный сценарий. По его словам, за последний год мир неоднократно видел, как то, что казалось безумием, становилось реальностью.

Если Вашингтон решит перекрыть кран, Европе придется в экстренном порядке искать замену четверти своего газового импорта.

Сценарий катастрофы

Потенциальное эмбарго со стороны США грозит Европе не просто дефицитом, а коллапсом промышленности. Быстро заместить такие объемы невозможно. Эксперт Фонда экономической политики Владимир Седалищев прогнозирует тяжелый шок для экономики ЕС, сопоставимый с кризисом 2022 года, и кратный рост цен на энергоносители.

Ситуацию усугубляет тот факт, что Европа сама загоняет себя в угол своими планами по дальнейшему отказу от российских ресурсов. Брюссель намерен полностью прекратить закупки российского СПГ в течение 2026 года. Одновременно с этим Катар, еще один ключевой игрок на рынке, грозит остановить поставки в ЕС с 2027 года из-за разногласий по климатическому регулированию.

Юшков предупреждает, что наложение этих факторов может создать идеальный шторм. Европа рискует одновременно лишиться поставок от трех главных партнеров — России, США и Катара.

Глобальный передел

В случае реализации жесткого сценария мировой рынок ждет глобальная перестройка. Американский газ, не нашедший сбыта в Европе, уйдет в Азию. В свою очередь, африканские и австралийские производители, работающие сейчас на азиатских рынках, будут вынуждены перенаправить потоки в Старый Свет. Однако такая логистическая чехарда неизбежно приведет к удорожанию ресурсов и хаосу в цепочках поставок.

Для России подобное развитие событий может открыть неожиданные возможности. Усиление кризиса в Европе, деиндустриализация и рост социальной напряженности способны пошатнуть решимость европейских элит в вопросе поддержки Украины.

Седалищев допускает, что Москве может быть выгодно даже присоединиться к блокаде, чтобы ускорить эти процессы, действуя не по экономической, а по военной логике.

Сложившаяся ситуация наглядно демонстрирует провал европейской стратегии энергетической безопасности. Попытка уйти от зависимости от одного поставщика привела к еще большей зависимости от другого, который оказался куда менее предсказуемым и склонным к политическому шантажу.

Таким образом, Европа оказалась в ситуации цугцванга, где любой ход ведет к ухудшению положения: либо потеря лица и суверенитета в вопросе Гренландии, либо энергетический коллапс и окончательная утрата промышленного потенциала.