Продолжение:

Немцы искали на Востоке жизненное пространство, которое они не смогли заполучить за морем, и затем способствовали остракизму памяти, который стремится стереть роль России в победе над нацизмом, и который мы видели в деле почти повсюду на Западе в виде бойкота церемонии в честь 70-летия окончания Второй мировой войны, запланированной 9 мая в Москве.

Что касается американцев, то они подхватили эти аргументы, приукрасив их речами о свободе и демократии, которые нацелены не на то, чтобы освободить народы, а чтобы легитимизировать проникновение их компаний и нео-капиталистических ценностей. Иначе бы они не поддерживали Саудовскую Аравию!

Разжигается ли текущая напряженность между Россией и Западом русофобами?

Да. После того, как она снизилась в 2001 году сразу после 11 сентября, она снова окрепла, когда Россия отказалась присоединиться к вторжению Соединенных Штатов в Ирак в 2003 году. В связи с украинским кризисом русофобии дана, очевидно, воля, чтобы утверждать, что русские вторглись в Украину, что является ложью.

Возвращение Крыма в Россию стало последствием переворота Майдана в феврале 2014 года, когда произошло свержение законного президента Януковича и ввод запрета на русский язык. Русофобы стремятся забыть об этом первом эпизоде, начавшем кризис, который привел к референдуму о независимости Крыма через несколько недель.
Вы критикуете то, как Запад отвернулся от Солженицына после его возвращения в Россию. Разве он не стал пан-русистом в то время?

Солженицын всегда бескомпромиссно любил Россию. Это патриот, который сначала боролся против коммунистического тоталитаризма, а затем, после 1991 года, против неуправляемых олигархов и неолибералов, которые распродавали свою страну.

Тезис панрусизма является одним из аргументов, предъявляемых русофобами, чтобы оправдать западные вторжения в Россию. Так было в 1812 году с Наполеоном, в 1914 году с немцами, в 1941 году с нацистами и в 90-х годах с Европейским Союзом и НАТО, которые захватили бывшую Югославию, Восточную Европу и балтийские страны, затем попытались аннексировать Грузию в 2008 году и Украину в 2014-м.

Кто такие «понимающие Путина» люди, которые выражают понимание политики Владимира Путина?

Так в Германии называли людей, таких как бывший канцлер Шредер или главный редактор газеты «Хандельсблатт» Габор Штайнгарт, которые пытались вести разумные речи в отношении России и советовали, что предпочтительнее понять российское поведение, прежде чем его оценивать. Ненависть к Путину не является политикой, как сказал Генри Киссинджер.
В устах русофобов это выражение звучит как оскорбление и используется для того, чтобы дисквалифицировать собеседника, выдавая его за друга Путина. В Германии, Франции, Британии и в США считаться «понимающим Путина» означает сразу лишиться доступа к дискуссионным страницам крупных изданий и самых популярных программ телеканалов.

Бывший американский советолог Стивен Ф. Коэн хорошо продемонстрировал это явление в США и обеспокоен тем, что свобода слова там сегодня менее возможна, чем в худшие периоды холодной войны…

Есть ли в Швейцарии люди, поддерживающие Владимира Путина и его действия?

Мне такие неизвестны. Есть российские интересы, как есть французские или американские интересы. Я как президент Швейцарско-российской торговой палаты выступаю за расширение торговли. Но мы не получаем никакого финансирования. Есть дружеские связи, культурная близость.

И ощущение несправедливости. Я возмущен тем, как с Россией обходятся в западных СМИ. Если я занимаюсь чем-то, то это отвечает моим убеждениям. Я не защищаю Путина. Мне не платят, чтобы это делать. Однако я думаю, что русофобские сети очень хорошо организованы и структурированы.

Кто эти люди?

Это, в первую очередь, военные (которые стремятся продать вооружения) и круги, близкие к НАТО. Затем нефтяники, обманутые в своих надеждах на овладение российской нефтью в 2003 году. Наконец, это балтийские страны и Польша, очень активно действующие в Соединенных Штатах, которые планомерно стремятся выступать против России.

Они сохранили воспоминания о пятидесяти годах советской оккупации и твердый антикоммунизм. Эти русофобские лоббисты очень активны в Вашингтоне и Брюсселе. При каждой американской попытке сблизиться с Россией они подают голос, так как они не заинтересованы во взаимопонимании.
Является ли русофобией критика людей, близких к Владимиру Путину?
Естественно, можно критиковать высшие чины независимо от их страны. Но когда эта критика становится систематической и когда она не уравновешена альтернативной точкой зрения, то появляется русофобия. К сожалению, перекос в освещении ведущими западными СМИ делает это системой.
Между тем, что мы наблюдаем? Уровень жизни в России повысился за последние десять лет. Демократия расширилась, как и качество судебной системы. Конечно, все это далеко от совершенства. Но почему систематически подчеркиваются недостатки, замечаемые в России, и никогда — недостатки стран, союзниц Запада, например, Саудовской Аравии, где демократии нет, а правосудием является скорый суд?
В России существует значительная коррупция, изобличаемая в частности «Транспаренси Интернэшнл». Является ли русофобией выделение этого факта?

Но кто финансирует «Транспаренси Интернэшнл»? Каковы критерии классификации? У НПО тоже есть свои планы, диктуемые в том числе теми, кто их поддерживает финансово, среди которых частные лица и фонды. В силу этого они служат также антироссийским лоббистам.
Авторам, в частности американским, изобличающим русофобию, урезают бюджет и лишают доступа к крупным СМИ, как это показывает Стивен Ф. Коэн. Однако, если бы я писал тексты, осуждающие Путина, у меня были бы все необходимые денежные средства. Но я думаю, что такой способ влияния на информационное содержание посредством финансирования является манипуляцией.
Однако недостатки российской правящей команды хорошо задокументированы. Свежий пример — книга американского университетского преподавателя Карен Дауиша «Клептократия Путина»**. Разве эта книга фальшивка?
Эта книга является пропагандой, как сотни других книг по этой теме. Конечно, они описывают определенную реальность. Но как и всякая пропаганда, они маскируют суть. Почему практически нет книг, изобличающих коррупцию в Японии, которая между тем намного более значительна, чем та, что распространена в России? Также они не стесняются называть Владимира Путина авторитарным лидером. Но почему же тогда не осуждают диктатуру нефтяных монархий, которые приговаривают гомосексуалистов к смерти? Книга Карен Дауиша напоминает заказную работу, предназначенную для обоснования санкций.
Я показываю, каким образом антипутинские рассуждения — Путин-взяточник, Путин-шпион КГБ, коррумпированный Путин, Путин-Сталин, Путин-Гитлер, Путин-авторитарный лидер, Путин, ностальгирующий по империи — произносятся так, чтобы опорочить Россию в глазах западного общественного мнения, и служат для легитимизации экспансии Запада на российскую периферию.