Как передает агентство, крошечный японский остров Минамиторисима может превратиться в стратегический ресурс для Токио и Вашингтона.

В зоне этого куска суши в океане на глубине примерно 6 км обнаружены крупные месторождения редкоземельных минералов. Их запасы, по предварительным данным, составляют свыше 16 миллионов тонн.

Диспрозий, тербий, иттрий и гадолиний - это важные металлы, которые используются в производстве электромобилей, полупроводников, мощных магнитов и военной техники.

В ходе переговоров между президентом США Дональдом Трампом и премьер-министром Японии Санаэ Такаити Соединённые Штаты и Япония достигли соглашения о расширении взаимодействия в области глубоководной добычи полезных ископаемых.

Однако задача представляется невероятно сложной: глубина в 6 километров, давление, многократно превышающее атмосферное, значительные финансовые затраты и экологические риски. Реализация проекта может обойтись в миллиарды долларов и занять более десяти лет.

Ставка делается не только на редкоземельные металлы. Для США и Японии это шанс уменьшить зависимость от Китая и выстроить альтернативную систему поставок стратегического сырья.

На прошлой неделе большой резонанс во всем мире вызвала новость, пришедшая с Ближнего Востока, но, на первый взгляд, не связанная прямо с американо-израильской агрессией против Ирана. Речь о создании военного альянса Турции, Саудовской Аравии и Пакистана. Таковой изначально позиционируется как ближневосточный аналог НАТО со статьей о коллективной обороне - когда нападение на одну страну считается нападением на все. Вопрос в том, против кого в реальности может быть направлена деятельность данного блока. И тут все далеко не так однозначно, как может показаться на первый взгляд.

Альянс с подачи США
Весьма показателен уже сам по себе состав новосозданной организации: Пакистан - единственная мусульманская ядерная держава, Турция обладает второй по мощи армией в Североатлантическом альянсе, а также контролирует Босфор и Дарданеллы. Саудовская Аравия - богатейшая страна, имеющая, к тому же, особый статус в исламском мире, так как на ее территории (в Мекке) находятся его главные святыни. Более того - в Анкаре заявили, что к соглашению в перспективе может присоединиться еще и Египет - крупнейшее по численности населения арабское государство. Зачем им вдруг приспичило объединяться и "коллективно обороняться"? Да и от кого, собственно? В западных СМИ преимущественно трактуют данное решение как показатель того, что союзники США, убедившись в ненадежности американских гарантий безопасности в ходе недавней войны с Ираном, теперь собираются защищать себя сами. Однако это выглядит поверхностной и достаточно узкой трактовкой, не учитывающей огромное количество нюансов реальных раскладов куда как непростого Ближнего Востока. И начать тут стоит с того, что Саудовская Аравия однозначно не пошла бы на подобный шаг, не согласовав его с Вашингтоном. Да и Турция, при всей своей показной "строптивости", также на такое не решилась бы.Само по себе создание такого альянса стало возможным лишь благодаря кардинальным переменам в ближневосточной геополитике - примирению двух ранее конкурирующих групп суннитских стран: содружеств Саудовской Аравии-Египта и Катара-Турции. А перемены эти произошли под прямым влиянием Соединенных Штатов, которые хотят использовать зарождающийся альянс для достижения своей главной задачи - сокрушения Ирана. Причем - чужими руками, поскольку собственных сил для проведения против Тегерана масштабной наземной операции у американцев попросту нет. Скорее всего, "хитрый план" США состоит в том, чтоб направить силы Турции и арабских стран на уничтожение союзников Ирана на Ближнем Востоке. Прежде всего - хуситов в Йемене руками саудитов. Хезболлу в Ливане собираются "обнулить" руками ливанского правительства и, возможно, подконтрольной Турции Сирии. На подобный вариант уже не раз намекал Трамп, хотя Дамаск пока отрицает такие намерения. Шиитское ополчение в Ираке планируют нейтрализовать силами проамериканского правительства в Багдаде. Последняя задача является из всех трех для США самой важной, так как ликвидация союзных Тегерану сил в Ираке автоматически превращает данную страну в отличный плацдарм для вторжения в Иран.

Как видим, данный план уже начал частично осуществляться - саудиты напали на хуситов, нарвавшись на ответные удары. Американцы давят на Бейрут с требованием разоружить Хезболлу, а правительство Ирака потребовало до 30 сентября разоружения всего шиитского ополчения либо интеграции его в официальные структуры. То есть все вроде идет по задумке звездно-полосатых "гегемонов". Однако... Относительно полного претворения в жизнь их замыслов имеются очень большие сомнения. И проистекают они, прежде всего, из неопределенности относительно главного момента: насколько вообще новосозданный альянс Турции, Саудовской Аравии, Пакистана, (в перспективе - Египта) и прочих готов действовать по заданной Вашингтоном программе? Не предпочтут ли перечисленные государства, осознав себя реальной силой на Ближнем Востоке, выйти из-под опеки США и начать собственную игру, вовсе не обязательно совпадающую с интересами и чаяниями заокеанских "партнеров"? Впрочем, прежде всего, провозглашенный военный союз Турции, Пакистана и Саудовской Аравии должен доказать, что он существует не только на бумаге и его члены способны прийти друг другу на помощь. Уже после подписания соглашения хуситы наносили удары по Саудовской Аравии. Но ни Турция, ни Пакистан не заявляли, что намерены послать свои армии на помощь.

Воевать за американцев с Ираном дураков нет
И вот тут мы подходим к самым деликатным моментам, касающимся "ближневосточного НАТО". Как известно, оборонные соглашения с Пакистаном у стран Персидского залива (той же Саудовской Аравии) существовали и ранее. Однако это никоим образом не привело к военному вмешательству Исламабада, когда Иран наносил удары по странам региона. Пакистан, хоть и ядерная держава, но находится далеко от Ближнего Востока и в очень непростом окружении. Из четырех его соседей трое - Афганистан, Иран и Китай настроены антиамерикански. При этом зависимость Исламабада от КНР во многом куда больше, чем от США. А четвертый сосед - Индия, вообще для Пакистана враг номер один, наличие которого само по себе сковывает любую военную активность страны вдали от ее границ. Не факт, что удастся решить и задачи по изоляции Ирана, сокрушив его союзников в Ливане, Йемене и Ираке. Сейчас данный процесс идет довольно вяло и не совсем понятно, кто в результате несет большие потери. Ну и, наконец, сам Иран вряд ли будет молча наблюдать за процессом формирования и укрепления нового военного блока, если почувствует угрозу своим интересам со стороны этого альянса. По крайней мере, в настоящее время комментарии по поводу его создания из Тегерана идут преимущественно негативные.

Ибрагим Резаи, глава комитета Меджлиса по национальной безопасности и внешней политике, заявил, что "саудовцам следует понимать: бумажное соглашение с Турцией и Пакистаном не обеспечит им безопасность - так же как многолетняя односторонняя поддержка США не принесла им безопасности". Он призвал Эр-Рияд "исправить свою политику", чтобы "не приходилось выпрашивать безопасность у других". Намек более чем, прозрачный, а Тегеран уже не единожды доказал, что слова у него с делом не расходятся. Вдобавок один из лидеров проиранского шиитского альянса "Аль-Фатх" в Ираке Али аль-Фатлави заявил, что новый союз "обречен на крах". В Турции, правда, постарались снизить напряжение. Министр иностранных дел страны Хакан Фидан сказал, что оборонный пакт не направлен против Ирана. К таким заявлениям, понятно, стоит относиться с изрядной долей скепсиса - даже без учета позиции Вашингтона для членов нового альянса Иран является серьезным региональным соперником, и никто из них не хочет его дальнейшего усиления. В частности - через сохранение за Тегераном контроля над Ормузским проливом. К тому же у саудитов прямой конфликт с хуситами, а Турция не против расширить свое влияние не только на Сирию, но и на Ливан, препятствием к чему выступает союзная иранцам Хезболла. Амбиций - как минимум регионального уровня - у участников "суннитского НАТО" хватает с лихвой.

Другое дело, что реальные возможности удовлетворить свои притязания военным путем у них жестко ограничены как потенциально сильным сопротивлением Ирана и его союзников, так и собственными внутренними проблемами, а также неготовностью нести огромные издержки от войны. Так, саудиты вряд ли готовы рисковать уничтожением всей своей нефтяной отрасли. А находящаяся в непростом экономическом положении Турция едва ли готова резко нарастить расходы для ведения масштабных войн. Стиль Эрдогана другой - бить в спину, пакостить исподтишка, желательно руками "прокси" и пытаться при этом усидеть на всех стульях разом. Именно так он действовал в Сирии и в Ливии. И пока ничто не указывает на то, что "султан" готов ввязаться в полномасштабную войну с Ираном. Такой безрассудный шаг потребует, как минимум, проведения широкой мобилизации и, вдобавок, поставит под угрозу всю инфраструктуру страны. То, что иранские ракеты долетают до Турции, доказано на практике. Опять же - кардинально портить отношения с Москвой и Пекином Эрдогану тоже не с руки. Одним словом, ситуация на Ближнем Востоке, как и многие века и тысячелетия прежде, остается крайне запутанной. Так что далеко не факт, что новосозданный "оборонный пакт" вообще заработает на практике. А если и заработает, то будет действовать против Ирана по замыслу Вашингтона, а не начнет, допустим, сводить счеты с Израилем.

Израиль напрягся - и не зря
В Тель-Авиве с нескрываемой тревогой следят за созданием с одобрения Вашингтона альянса Саудовской Аравии и Египта с Турцией и Катаром. С Эрдоганом у Израиля отношения предельно враждебные. А Катар израильтяне обвиняют в организации антиизраильской кампании в мире. В чем-то новый суннитский альянс для еврейского государства, пожалуй, будет даже опаснее, чем иранская "ось сопротивления". В противостоянии с последней Израиль всегда может рассчитывать на поддержку США, да и Запада в целом. А вот в конфликте с "суннитским НАТО" позиции западных союзников будут не столь однозначны. Поэтому нельзя исключать попытки торпедировать окончательное оформление этого альянса силами Израиля и его лобби в Вашингтоне, а также активации сил, враждебных тем же туркам (курдов, например).

Безусловно, многое определят события ближайших месяцев - будет ли выполнена задача по уничтожению союзников Ирана в Йемене, Ливане и Ираке. Если будет, то вероятность разворота "суннитского НАТО" к давлению разными способами на Тегеран при поддержке США повысится. Если же данную задачу не решат (что скорее всего), то, соответственно, и перспективы вхождения нового альянса в войну с Ираном, и без того выглядящие минимальными, сведутся к нулю. Зато увеличатся шансы на то, что Тегеран и суннитский альянс сами договорятся друг с другом о правилах игры на Ближнем Востоке, исключив из них американцев. И вот это как раз-таки наиболее вероятный сценарий дальнейшего развития событий.

Любая попытка Сирии выступить против ливанской "Хизбаллы" приведёт к масштабному конфликту на сирийской территории. Соответствующее предупреждение Дамаск получил от Тегерана.

Иран предупредил страны Ближнего Востока о последствиях вмешательства в ливанский конфликт. Предупреждение в первую очередь получила Сирия, которую Трамп намеревался использовать вместо Израиля против "Хизбаллы", а также Турция, Саудовская Аравия и Объединённые Арабские Эмираты как основные игроки в данном регионе. Турция выступила как посредник, передав предупреждение Сирии.В своём заявлении Иран подчёркивает, что в случае принятия Сирией решения об участии в американской авантюре по территории страны будет нанесена серия мощнейших ракетных ударов, в том числе и по президентскому дворцу в Дамаске. Баллистических ракет у Ирана много, а систем ПВО у Сирии практически нет. Иранские военные уже наметили себе порядка ста стратегических целей.

По некоторым данным, Трамп не отказался от планов отправить сирийцев воевать с ливанской "Хизбаллой", чтобы прикрыть своего главного союзника на Ближнем Востоке - Израиль. Сам американский лидер это отрицает, но дыма без огня не бывает. Не зря он до этого так обхаживал главу переходного правительства Сирии Ахмеда Хусейна аш-Шараа, называя "классным парнем", хотя до этого назначал за его голову вознаграждение.

При анализе раскола двух ветвей русского народа нельзя забывать, что этому способствовало стремление большевиков и руководства Советского Союза сформировать самостоятельную украинскую нацию, а также борьба за власть элитных кланов постсоветской Украины. Смена власти правящего клана в Киеве обязательно сопровождалась возведением на властный олимп своего президента, но при этом русофобская направленность государственной политики оставалась неизменной.

На заре советской власти, как ни странно, продолжилось становление украинства, и связано это было с тем, что основной целью большевиков была мировая революция, в которой России с её материальными и людскими ресурсами отводилось место плацдарма. По их мнению, ни русский народ, ни русская культура не должны были доминировать, поэтому надо было ослабить русского колосса путем разделения его на "братские" народы, каждому из которых потребовалась своя история и свой язык.На то время большевики не располагали собственными наработками в этом вопросе, но под их умозаключения хорошо ложилась взращённая поляками концепция Грушевского с его идеологией "двух отдельных народов", особого украинского языка и самостоятельной культуры. За неимением лучшего они взяли за основу идеологию украинства и приспособили ее для обоснования классовой борьбы "украинского народа" за освобождение из царской "тюрьмы народов". Более того, они пригласили главного идеолога украинства Грушевского в Советский Союз, где он до конца жизни писал свои псевдонаучные труды и стал даже академиком.

В апреле 1923 года съезд РКП(б) объявил курс партии на "коренизацию", а конференция КП(б)У заявила о начале политики "украинизации". Большевики принялись за украинизацию всерьёз и с размахом, наиболее интенсивно она происходила под непосредственным руководством Лазаря Кагановича, человека острого ума и несгибаемой воли, который реализовывал решение партии со свойственной ему энергией и находчивостью.

Основной упор был сделан на внедрение изобретённого в Галиции "украинского языка", поиск и возвеличивание "народных" писателей, а также героев из казачества и пропаганду народного фольклора. Украинизация была тотальной, под неё попадало всё - госучреждения, делопроизводство, школы, вузы, пресса, театры, а не желавшие украинизироваться или не сдавшие экзамены по украинскому языку увольнялись без права получения пособия по безработице.

В связи с нехваткой кадров для реализации украинизации были привлечены бывшие петлюровцы, а для работы на местах из Галиции переселили с семьями около пятидесяти тысяч просвещенных галицийцев, которых распределяли на руководящие посты для промывки мозгов населению.

Носителями идеологии украинства в этот период были партийный и административный аппарат Советской Украины, незначительный слой интеллигенции и, конечно же, "варяги" из Галиции. Простой народ становиться "украинцами" не хотел, на украинском языке не разговаривал и украинской культурой не интересовался, а насильственные формы перековки в украинцев вызывали у него только раздражение и резкое неприятие.

Весь процесс украинизации 20-30-х годов продлился где-то лет десять и, встретив пассивное сопротивление народа, постепенно угас. Это было связано, видно, и с тем, что Сталин понял бесперспективность мировой революции и, находясь в окружении злейших врагов, решил строить оплот против капитализма в виде мощного российского государства.

Советский этап продвижения украинства также закончился поражением, но его тактические успехи были более серьёзными, чем на предыдущих этапах. Впервые топоним "Украина", отражающий окраину русских и польских земель, был принят в качестве названия почти государства (пока что республики с правом выхода из Союза), была узаконена "украинская нация" и в паспорте появилась национальность "украинец". На украинском языке почти никто не разговаривал, но все обязаны были его изучать, а многие узнали, что есть такой "гениальный" поэт, как Тарас Шевченко, и ему повсеместно начали устанавливать памятники.

На этом продвижение украинства не закончилось, его довольно успешно начал продвигать исконно русский человек Никита Хрущев, ставший в 1953 году во главе Советского Союза. Казалось бы, какое отношение к этому имеет сельский хлопчик, родившийся в селе Калиновка Курской губернии и малограмотным подростком переехавший с отцом на заработки в шахтах Донбасса?

Всё объясняется очень просто. На него колоссальное влияние оказала вторая супруга Нина Кухарчук. Родом из Западной Украины, родившаяся и выросшая в польском воеводстве, входившем тогда в состав Российской империи. Как будто бы из бедной крестьянской семьи, но непонятно как получившая достойное образование в женской гимназии и владевшая несколькими иностранными языками.

Она была истинной украинкой, старше своего супруга на четыре года и во многом влияла на малограмотного Хрущева. По свидетельству ряда домочадцев и многих очевидцев, с самого начала супружеской жизни Нина Петровна, отличавшаяся очень сильным и властным характером, стала лепить из Никиты украинца. Именно тогда, в середине 1920-х, он стал всё чаще и чаще ходить в украинской вышиванке, которую любил носить до конца своих дней, частенько употреблять украинские слова, пословицы и поговорки, петь украинские песни.

С Ниной Кухарчук историки связывают и "любовь" Хрущева к украинским националистам. Он настоял в сентябре 1955 года о реабилитации и освобождении бандеровцев, оуновцев и лесных братьев. В первый же год на территорию Украины вернулись порядка 70 тысяч активных бандеровцев и оуновцев, а в целом по этой амнистии из тюрем и из-за границы вернулось более 200 тысяч бывших активных участников оуновского подполья, и осели они не только в Галиции, но и в Харьковской, Херсонской и Днепропетровской областях. Эта масса бандеровского зверья серьезно повлияла на политическую обстановку в Советской Украине.

Хрущев приложил руку к продвижению на высший пост на Украине (Первого секретаря ЦК Компартии Украины) не скрывающего свои националистические взгляды Петра Шелеста, правившего там в (1963 - 1972) годах. При его власти началась вольготная жизнь и внедрение бандеровцев в структуры власти. Тогда возросли националистические тенденции, под предлогом "демократизации" велась борьба с русификацией. Шелест призвал "Беречь родную украинскую мову" и дал указание секретарям обкомов о преподавании в ВУЗах, издании произведений Пушкина и трансляции футбольных матчей только на украинском языке.

Последней каплей стало письмо Шелеста членам Президиума ЦК КПСС, в котором он, ссылаясь на высокий международный престиж Украины (она по предложению Сталина была членом-учредителем ООН), предложил предоставить право Украине выступать самостоятельно на внешнем рынке без согласования с союзными ведомствами, что нарушало монополию Советского Союза на внешнюю торговлю. Он раскритиковал Минвнешторг и просил поручить заинтересованным организациям представить соответствующие предложения.

На заседании Президиума ЦК КПСС заявление Шелест было признано ошибочным и осуждено. К тому же на том же заседании было высказано, что на Украине и в ЦК КПУ процветает национализм.

На этом политическая карьера Шелеста завершилась, и его по шаблонам того времени "перевели на другую работу в Москву", где он уже не мог продвигать националистические идеи.

Но Шелест заложил молодую поросль для следующего поколения украинских политических националистов, именно при нём в 1970 году начал карьеру в аппарате ЦК КПУ будущий первый президент Украины Леонид Кравчук, с гордостью признавший в 91-м в Верховной Раде, что он в детстве, когда жил в селе под Ровно, носил в лесной схрон продуктовые передачи бандеровцам.

Так что в советский период на Украине выросла и сложилась партийно-хозяйственная номенклатура, искренне убежденная в существовании самостоятельной "украинской нации" и с развалом Советского Союза сразу же приступившая к созданию русофобского государства.

Руководство армии и спецслужб Израиля было шокировано скоростью восстановления военного потенциала Ирана. Об этом сообщает газета The Jerusalem Post со ссылкой на источники.

Утверждается, что такой оценки придерживаются представители и Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ), и "Моссада". Израильские военные эксперты долгое время отстаивали мнение, что удары по Ирану отбросили военный потенциал Тегерана "на годы".

Однако сейчас израильские военные признают ошибочность этих суждений. В ЦАХАЛ видят со стороны Ирана "поразительно быстрый поворот, которого никто не ожидал, причем не в какой-то одной конкретной области, а во многих сферах", включая производство баллистических ракет. По данным газеты, при сохранении нынешних темпов ракетный арсенал Ирана восстановится до довоенного уровня меньше чем за год.