Исполнитель русского шансона Михаил Гулько скончался из-за остановки сердца. В июле музыкант отметил 95-й день рождения.

"Ушел из жизни Михаил Гулько - легендарный исполнитель, один из тех артистов, без которых невозможно представить историю шансона по-русски...", - говорится в сообщении "Радио Шансон".

Будущий известный музыкант родился 23 июля 1931 года в Харькове. В политехническом ВУЗе он освоил профессию горного инженера и посвятил ей 12 лет. Сцена появилась в его жизни параллельно с этим ремеслом. Позднее на Камчатке Гулько окончил дирижерско-хоровое отделение музыкального училища и руководил местным ансамблем.

В конце 1970-х шансонье эмигрировал в США и поселился в Нью-Йорке. Именно там вышел его первый виниловый альбом "Синее небо России", в который вошли одни из самых узнаваемых хитов "Белая береза", "Колыма", "Поручик Голицын" и "Эшелон".

Гулько сотрудничал с Михаилом Шуфутинским, Сергеем Коржуковым, Вадимом Козиным и Михаилом Таничем. От последнего в 2002 году музыкант получил диплом "Академик шансона", а в 2007-м он стал лауреатом премии "Шансон года".

Сын бывшего вице-губернатора Петербурга Игоря Албина задержан по подозрению в убийстве 54-летнего мужчины в Москве. Об этом 12 августа сообщил источник РЕН ТВ.

По словам собеседника, преступление произошло вечером 10 августа. Подозреваемый Александр Хотин находился в своей квартире на улице Говорова со знакомым Александром Куманцевым. Между мужчинами вспыхнула ссора, в ходе которой фигурант несколько раз ударил гостя ножом.

Раненый сумел выбраться в подъезд самостоятельно. Оттуда его забрала бригада скорой помощи и доставила в больницу. Врачи боролись за жизнь пострадавшего, однако спустя несколько часов он умер.

Подозреваемого задержали на следующий день в Можайске. При осмотре его квартиры следователи нашли в санузле нож со следами крови. Хотина доставили в столичный СК, возбуждено уголовное дело.

Задержанному 33 года, он является сыном Игоря Албина, бывшего министра регионального развития РФ и экс-вице-губернатора Петербурга, ранее носившего фамилию Слюняев. Как утверждает источник, отец и сын давно не поддерживают общение.

Отмечается, что Хотин попадает в поле зрения правоохранителей не в первый раз. В 2011 году он участвовал в драке возле бара в Костроме, но суд прекратил дело за малозначительностью. В 2022 году его судили по статье о мошенничестве.

Politico: в ЕС выступают против ускоренного приема стран в объединение

Навроцкий отказался считать Балтику внутренним морем НАТО

Обмеление Дуная привело к тому, что обнаружились затопленные некогда корабли нацистской Германии, причем в большом количестве. Они участвовали в неудачном прорыве под командованием инженер-контр-адмирала Циба вверх по Дунаю в конце августа 1944 г. Поскольку Румыния вышла из войны против СССР и начала воевать против Германии, было решено эвакуировать находившиеся в этой стране немецкие корабли, нагруженные военными материалами, вооружением, немецкими военнослужащими и гражданскими беженцами.

Первой потерей флотилии стал прорыватель минных заграждений № 194, поврежденный советской артиллерией, севший на мель и захваченный в плен вместе с сорока пятью находившимися на его борту немцами.

Трофеем советских моряков стал не только этот корабль. Так, например, в районе Турну-Мэгуреле разведчики Дунайской флотилии обнаружили большое скопление брошенных немецких судов. Четыре больших морских танкера оказались с авиационным бензином для немецких самолетов. На остальных были ящики с боеприпасами, на баржах - большие запасы продовольствия. 26 августа на корабли флотилии был погружен и немецкий штрафной батальон. При отходе вверх по Дунаю импровизированный караван пополнялся всё новыми и новыми немецкими кораблями. По пути флотилия постоянно вступала в столкновения с румынской береговой артиллерией.

Вскоре караван из более чем ста кораблей растянулся на 20-25 км. Особенно ожесточённый бой с румынами произошёл у г. Черновод. Немцы потеряли 11 кораблей и 480 человек. В свою очередь от немецкого артиллерийского огня (на кораблях флотилии находилось около 100 немецких орудий) в городе погибло до 6 тыс. солдат и гражданских лиц. Румынские боевые корабли-мониторы предпочитали не вступать в бой и не оказывать помощи своим береговым батареям, а двигаться вслед за немецкими кораблями, захватывая повреждённые артиллерийским огнём и брошенные экипажами суда.

Положение импровизированной флотилии осложнялось с каждым часом. До 8 тыс. человек, находившихся на бортах кораблей, скоро стали испытывать недостаток продовольствия. В какой-то степени ситуацию спасли запасы изюма, обнаруженные на одном из судов. Но, к большому огорчению для командования флотилии, найдены были и большие запасы спиртных напитков, что привело к резкому ослаблению дисциплины. Но командованию удалось взять ситуацию под контроль.

У г. Туртукай корабли попали под огонь румынской тяжёлой батареи, установленной в бетонной башне, пробить которую судовые пушки просто не могли. 75-мм орудия были самыми тяжелыми из находящихся на немецких кораблях. От огня пришлось укрыться в болгарских водах (Болгария тогда ещё оставалась союзником Германии). Однако пройти по болгарскому фарватеру большая часть кораблей просто не могла. Прорываться немцы решили утром 28 августа. Перед этим румынам была послана радиограмма с обещанием воздушного удара силами двухсот пикирующих бомбардировщиков. Это было блефом чистейшей воды, поскольку в обстановке крушения фронта и стремительного наступления Красной Армии никаких немецких пикирующих бомбардировщиков поблизости просто не было. Но... немецкий ультиматум подействовал - мимо тяжёлой батареи немецкие корабли прошли без единого выстрела.

29 августа караван добрался до болгарского порта Свиштов, где выгрузил 700 тяжелораненых, а также гражданских беженцев. 30 августа произошла новая артиллерийская перестрелка с румынскими береговыми батареями, которые были уничтожены немецким огнём. 1 сентября стало известно, что район Железных Ворот, находившийся выше по течению, уже занят войсками 2-го Украинского фронта.

Хотя красноармейцы в отличие от румын и не имели заранее оборудованных береговых батарей, все попытки флотилии пробиться, поддержанные атаками немецких сухопутных частей извне, окончились безрезультатно. Когда стало ясно, что эвакуироваться вверх по течению невозможно, было принято решение топить корабли и отходить по югославской территории.

Но первый же немецкий эшелон взорвался на мине, подложенной югославскими партизанами. Пять недель остатки группы Циба под непрерывными ударами югославов отходили к Белграду. Лишь своевременное прибытие на помощь спешенным остаткам флотилии полка "Бранденбург" позволило уцелевшим немцам выйти на соединение со своими войсками...

Возникает ощущение, что нынешнее появление затопленных некогда немецких кораблей - своеобразное напоминание впадающим в новую воинственную горячку немцам о том, что желание "убивать русских" чревато большими неприятностями.