В передаче показали фрагмент интервью, которое президент России дал политическому обозревателю ВГТРК Андрею Кондрашову. В нем Путин рассказал о своей роли в марш-броске на Приштину, в результате которого батальон ВДВ в ночь на 12 июня 1999 года взял под свой контроль ключевой аэродром в Косово раньше войск НАТО.

Путин рассказал в интервью, как принималось решение об операции. По его словам, перед марш-броском к нему обратился начальник Генштаба Вооруженных сил России Анатолий Квашнин. "И он мне сказал о том, что есть такая идея: захватить этот аэропорт, - рассказал Путин. - На вопрос „Зачем", он ответил: „Ясно, что нам придется оттуда когда-то уйти, но будет чем торговаться". Знаю, что он не рискнул это согласовывать с высшими должностными лицами, в том числе в министерстве обороны, но вот это было сделано. Со мной он на этот счет во всяком случае разговаривал и спрашивал мое мнение, а я ему так сказал, что если считаешь целесообразным, так и делай".

Дмитрий Киселев, комментируя слова президента, сказал, что по факту Владимир Путин стал "тем самым должностным лицом, который, если и не приказал, то уж точно благословил идею начальника генштаба Квашнина". Киселев отметил, что уже тогда Путин продемонстрировал, "сколь важны воля и решимость в политике".

Генерал-полковник Леонид Ивашов, в 1999 году участвовавший в операции по захвату аэропорта Слатина, заявил телеканалу "Дождь", что Владимир Путин никак не мог знать об этой операции, а Анатолий Квашнин и вовсе выступал против ее проведения. В 1999 году Ивашов был начальником Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны России.

"Операция планировалась без участия [главы Генштаба] Квашнина, потому что решили [сведения об операции] ему не передавать. Мы ограничили вообще эту операцию высокой степенью скрытности. В полной мере знали об этой операции шесть человек во всем министерстве обороны. МИД не знал об этом, ФСБ мы не предупреждали", - утверждает Ивашов.

По его словам, тогдашний министр обороны Игорь Сергеев получал согласие на операцию лично у первого президента России Бориса Ельцина. Леонид Ивашов отметил, что, когда Квашнин узнал об операции, то попытался развернуть батальон обратно. Ивашов утверждает, что после обсуждения с Виктором Заварзиным, командовавшим операцией, батальон продолжил движение в сторону Приштины.

Отвечая на вопрос, мог ли Совет безопасности России благословить эту операцию, Леонид Ивашов сказал: "Это полная ложь. Полная ложь". Он подчеркнул, что Путин не мог участвовать в операции, поскольку не знал о ней.

Родственники студентов говорят, что им придется сдавать зачет по "перекодировке национального сознания", "пси-вирусах" и "прочей ерунде"

В эту сессию студенты РТУ МИРЭА сдают зачет по курсу "Национальная система информационной безопасности". Что именно попадет в билеты по курсу, они узнали накануне зачета. "Буквально пару дней назад преподаватель выслал четвертому курсу теоретическую основу для подготовки, а именно слайды одной из прочитанных им лекций. В презентации фигурируют термины „план Даллеса", „духовная война", „перекодировка национального сознания", „пси-вирусы" и прочая ерунда, недостойная даже термина „псевдонаука". Основываясь на этих слайдах, реальные студенты через несколько дней будут сдавать абсолютно реальный зачет. Поверить, что это происходит наяву, мне трудно", - рассказал "Медузе" родственник одного из студентов.

Презентация, которую собеседник передал "Медузе", действительно содержит такие формулировки. Судя по заглавному слайду, она предназначена для студентов Института комплексной безопасности и специального приборостроения - одного из подразделений МИРЭА, занятого подготовкой студентов "в области обеспечения информационной безопасности". Однако большая часть материалов посвящена не криптографии или безопасности коммуникаций, а "видам воздействий в условиях ведения информационных войн". К тактикам "духовной войны" презентация относит, например, "перекодировку национального самосознания" и "замену национального костюма на одежду „унисекс"".

Отдельно выделяются инструменты "психотронной войны": "пси-вирусы", "психокорректирующие игры", НЛП и HAARP - согласно популярной теории заговора, этот расположенный на Аляске американский исследовательский комплекс способен управлять человеческим сознанием. Упоминается в слайдах и "информационно-биологическая война" - например, к "расовому оружию" отнесено "информационное воздействие на генном уровне: генно-модифицированные и синтетические продукты, наркотики, лекарства, алкоголь, „энергетические напитки"".

В презентации указано имя ее составителя - Виталий Григорьев. В МИРЭА Григорьев возглавляет одну из кафедр. "Этот персонаж заведует целой кафедрой „Информационное противоборство", - говорит „Медузе" родственник одного из студентов. - Поэтому я полагаю, что наша группа не единственная, которую заставляют сдавать зачёт по основам лубочной и кустарной пропаганды". Идентичную презентацию изучали студенты второго курса, вспомнил студент МИРЭА, попросивший не называть его имя. Одна из студенток подтвердила, что "разбор понятия „гибридная война" входит в преподаваемый [Григорьевым] курс". Другой пожелавший остаться анонимным студент говорит, что преподаватель рассказывал "много чего интересного" про "боевые мемы"; слушавший Григорьева в прошлом семестре собеседник считает, что "у нас все преподаватели такие, кто ведет нацбезопасность или подобное".

Как утверждают слушатели Григорьева, к лекционному материалу преподаватель нередко примешивает политику. "Митинги на Болотной площади - это попытка осуществить „цветную революцию", а „цветные революции" осуществляются через соцсети, а соцсети - это оружие, нацеленное на деструктив в России. А в Китае очень хорошо, потому что интернет заблокирован, - вспоминает знакомый с высказываниями Григорьева собеседник. - А на любые комментарии студентов он говорит, что у них нет никакой аргументации". Согласно переданной "Медузе" презентации, работающие в стране правозащитные организации Григорьев относит к сфере потенциально деструктивных "операций против России", а "гражданский контроль за деятельностью спецслужб" и "гражданский контроль за выборами" трактует как способы внешнего влияния на политическую ситуацию в стране.

В разговоре с "Медузой" Григорьев подтвердил, что является автором и презентации, и всего курса "Национальная система информационной безопасности". Вопросы журналистов о своем курсе Григорьев считает актом "той самой информационной войны, про которую я рассказываю". А сам лекционный материал подтверждается источниками, утверждает преподаватель. "Про пси-воздействие вы можете почитать на сайте Министерства обороны: просто зайдите на сайт и задайте вопрос, как Министерство обороны борется с пси-воздействием!" - говорит Григорьев.

Появление в учебных материалах теорий заговора преподаватель объясняет так: "Я ссылаюсь не на „план Даллеса", а на директиву Совета национальной безопасности 1948 года. Все знают, что за этой директивой стоял именно Аллен Даллес. И ваши журналистские собратья на официальных каналах телевидения называют это „планом Даллеса", я видел это на Первом канале!"

Только в эту сессию зачет по курсу "Национальная система информационной безопасности" Григорьеву сдают две тысячи студентов. "Они сдают зачеты на этой неделе. Вот кто-то один - скорее всего, тот, кто не сдал тот зачет, - обратился на ваш ресурс и, к сожалению, вы реагируете на этого одного человека", - заключил Григорьев.

МИРЭА готовит специалистов "для быстро развивающихся наукоемких отраслей науки и техники"; в вузе есть собственная лаборатория big data и искусственного интеллекта; "индустриальными партнерами" вуза называют "Яндекс" и Samsung Electronics. Родственника одного из студентов беспокоит, как лекционный курс Григорьева мог появиться в стенах технологического вуза. "Насколько мне известно, довольно-таки тяжело в рамках нашей бюрократии организовать даже факультативный курс, - говорит собеседник „Медузы". - Выходит, кто-то одобрил такую программу, пускай даже задним числом. Не возникло никаких неурядиц, и теперь четверокурсники, пишущие дипломы, вынуждены учить этот бред. Про релевантность подобных предметов для технических специальностей, полагаю, говорить не стоит".

Григорьев в разговоре с "Медузой" упомянул, что готовится "докладывать ректору" по содержанию курса. Пресс-служба вуза в ответ на запрос "Медузы" объяснила, что презентация Григорьева является частью четырехчасовой вводной лекции к курсу "Национальная система информационной безопасности". "Терминология и понятия, которые якобы являются ненаучными и используются в преподавании дисциплины, рассматриваются как примеры того арсенала средств, который используют в зарубежных странах для воздействия на российскую молодежь и ведение информационной войны, - говорится в комментарии РТУ МИРЭА. - Основной посыл: чтобы побеждать, надо знать врага, его идеологию и методы борьбы".

Преподаватель Григорьев - выходец "из аппарата Совета безопасности" и Высшей школы КГБ

Виталий Григорьев - ветеран военной службы, который с 1986 по 1996 год преподавал в Высшей школе КГБ СССР (с 1992 года - ИКСИ Академии ФСБ России). Собеседник "Медузы", имеющий доступ к базе данных Федеральной налоговой службы, утверждает, что до МИРЭА Григорьев работал в учебно-методическом центре ФАПСИ (с тех пор этот институт тоже вошел в систему ФСБ). Также Григорьева называют человеком, который "длительное время работал в системе обеспечения национальной безопасности России, в аппарате Совета безопасности". Григорьев - постоянный участник конференций, посвященных информационной безопасности; целый ряд его выступлений касается вопроса "цветных революций". На эту тему он говорил на мероприятии, организованном при участии ФСО и ФСБ летом 2017 года.

В 2016 году Григорьев представил в Торгово-промышленной палате доклад "Социальные технологии „оранжевых революций"" - часть слайдов из сопровождавшей выступление презентации идентичны тем, что "Медузе" передали студенты МИРЭА. При участии Григорьева на базе МИРЭА проходит конференция "Интеллектуальные системы в информационном противоборстве" - в 2020 году на ней планируется секция по "применению методов... информационных войн... в цифровой экономике": будут "рассматриваться вопросы переноса/адаптации методов военного противоборства в информационной сфере в бизнес-среду".

Григорьев - член-корреспондент РАЕН и автор многих публикаций. Так, в его статье "Информационные вирусы - новое оружие массового поражения" рассмотрены "вопросы деструктивного пси-воздействия на сознание/подсознание человека посредством новых информационных технологий". Аннотация другого исследования - "Новая стратегия США по сдерживанию/изматыванию России в рамках концепции „преэмптивной войны"" - звучит непривычно для научной публикации. "В статье проведен анализ... стратегий рефлексивного управления, роевого воздействия сетецентрических инструментов ведения „гибридной войны" и „управляемого хаоса" путем точечного „акупунктурного" воздействия на „болевые" точки РФ („точки уязвимости"), когда регулярные и синхронизированные воздействия... должны позволить... добиться результата без непосредственного применения военной силы, при этом демонстрируя разящий „силовой трезубец НАТО"... по сути, приближая НАТО к Москве на расстояние „пистолетного выстрела" при взведенном курке", - гласит аннотация.

Предназначенная для подготовки к зачету презентация Григорьева цитирует как реальные документы - российскую Конституцию, президентский указ "О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации", "Военную доктрину Российской Федерации", - так и несуществующие материалы, включая "план Аллена Даллеса". Под видом фейкового документа Григорьев цитирует выдержки из меморандума Совета национальной безопасности США от 18 августа 1948 года, который не предлагал подрыв советского строя методами пропаганды, хотя и называл Россию "очень серьезной проблемой" и призывал "скорректировать советскую политику". Причем Григорьев цитирует американский меморандум не по оригиналу, а по его переработанной версии из пропагандистского романа "ЦРУ против СССР" - автор романа, историк Николай Яковлев, был завербован КГБ для проведения "идеологических операций".

Также презентация рассказывает о "Доктрине Герасимова" - внешнеполитической программе, разработку которой приписывают российскому военачальнику Валерию Герасимову; ее же иногда называют концепцией "гибридной войны". Доктрина переосмысляет военные действия: согласно приведенной на одном из слайдов цитате самого Герасимова, "любая „цветная революция" - это государственный переворот, организованный извне. А в основе лежат информационные технологии, предусматривающие манипуляцию протестным потенциалом населения". Развивая слова генерала Герасимова, Григорьев называет этапами ведения гибридной войны в том числе "запуск механизмов управляемой диффузии боевых мемов" и "запуск „социального лазера" разрушения... противника".

"Огорчает... что некоторые предметы морально устарели. <...> Все же бы хотелось как-то фильтровать программу, - жалуются студенты МИРЭА на свой вуз на профильном форуме. - Есть те, кого преподавателем назвать не поворачивается язык". В отличие от будущих инженеров и программистов, студенты направления "информационная безопасность" на университет не жалуются: в этом августе они делились, что "если обратиться к заведующему кафедрой или его заместителю, то он поможет найти тебе стажировку по профессии в органах (ФСБ, ФСТЭК) или в какой-нибудь госструктуре уже на третьем курсе - или раньше, если ты мегапрофи своего дела".

Сам Григорьев убежден, что его лекции по курсу "Национальная система информационной безопасности" содержательны и достоверны. "Я просто знаю мнение нашего руководства страны по этому вопросу. И ничего более я в своих лекциях не говорю, - говорит он. - Понятие „гибридной войны" введено министром обороны Шойгу, это официальная реакция нашего руководства, об этом и Путин высказывался. Вы что-то имеете против высказывания нашего руководства?"