8 мая, приближаясь к Новороссии и собираясь перейти государственную границу и черту, отделяющую меня от мирной жизни, я написал, что самое актуальное мое чтение - это Молитвослов и "Спутник и Погром".

"Наступает момент, когда каждый из нас у последней черты вспоминает о Боге", - из известной песни Игоря Талькова "Бывший подъесаул". Черта эта, надеюсь, для меня не последняя. Но о Боге в минуты опасности вспоминаешь всегда, и тогда Молитвослов становится "настольной книгой". "Спутник и Погром" же - настоящий источник вдохновения, которое черпаешь в пламенных текстах и ярких иллюстрациях. Два месяца назад плакаты авторства СиП были развешаны в Севастополе, когда решалась его судьба, а сегодня билборд "300 стрелковцев" украшает многострадальный, но героический Краматорск.

"Погромы - будут", - подумал я тогда, перекрестился и шагнул в неизвестность. По ту сторону я нахожусь со своими товарищами уже две недели.

Поскольку период нашего относительно мирного существования походит к концу и сегодня для нас наступит новая неизвестность, постараюсь фрагментарно описать наши луганские две недели. Полноценную картину, к сожалению, дать не могу: во-первых, в силу невозможности описать вещи, представляющие интерес для противника, во-вторых, в силу невозможности описать вещи, представляющие интерес для некоторых служебных людей из РФ (где мне, как говорится, еще жить), и, в-третьих, я нахожусь не в журналистской командировке и не с политической миссией, поэтому специальным сбором информации и переговорами не занимался.